Творчески-исследовательская работа на тему: " Валентин Иванович Филатов... Информация к размышлению..." (Из опыта преподавания творчества В.И.Филатова). Объём 205 листов.Творчество В.И.Филатова на уроках русского языка и литературы.
учебно-методический материал (литература) на тему
Институт повышения квалификации при АГУ
Творчески – исследовательская работа на тему:
«Валентин Иванович Филатов… Информация к размышлению…»
/Из опыта преподавания творчества В.И. Филатова/.
/Издание третье, доработанное/
Автор: Учитель русского языка и литературы МБОУ СОШ № 7 Кошехабльского района Ганагина Марина Рифкатовна
|
Я явлюсь в стране просветлённой…
Валентин Филатов
Памяти
Валентина Ивановича Филатова,
Владимира Высоцкого, Игоря Талькова,
Владислава Листьева, Булата Окуджавы,
Галины Старовойтовой
…
посвящается!
Посвящается Воскресшей России!
- … кажется, самую душу и самую
надежду почти в единовременье
потеряла с этими именами
российская литература…
И кажется, сама совесть
навсегда осталась с ними в литературе…
Валентин Распутин
-3-
«Правде жмут ботинки?
Снимите их-
Пусть ходит босиком.
А тесные ботинки
Пусть примерит ложь-
Посмотрим,
Не лгала ли правда?»
/Юзеф Озга Михальский/.
/эпиграф к самиздат. сб-ку В.И. Филатова/.
… Радетели пошлого сыты.
Их доля светла и легка.
А крылья Икара Разбиты
За дерзость обнять облака…
Ш. Бодлер.
От них исходит ощущение надежности. В присутствии этого человека слабый может чувствовать себя спокойно и уверенно.
Взглянешь на такого человека,
И тебе сразу ясно:
Это прочный человек,
Он не продаст друга,
Не обидит ребенка,
Не ударит собаку.
Не выступит в защиту лжи.
/Артист Леонид Филатов/.
-4-
В наше кошмарное время
только поэзия может нас удержать
в человеческом облике…
/На з. форзаце сб-ка В.И. Филатова/.
…И стоят на Руси пожарища
Выгорающей доброты.
Мы давно забыли Всевышнего,
Он для нас оказался лишний.
Мы легко обижаем ближнего,
Потому, что он саамы ближний.
«Болезнь». В.И. Филатов.
-5-
И я уже не плачу, не кричу
От осознанья боли и потери,
Но всё ещё с надеждою стучу
В пустые души, в запертые двери.
В.И. Филатов. «Беженец».
Дверям закрытым- грош цена.
Замку- цена копейка.
Б. Окуджава.
«Песенка об открытых дверях».
… Чтобы сказать Земле и небесам,
Меня явившим в мир, как есть такого,
И чьим-то понимающим глазам
То самое единственное слово…
В.И. Филатов. «Слово».
А я боюсь непонимания
В дебате, взгляде и строке…
Непонимание, как камень,
Зажатый потом в кулаке.
В.И. Филатов.
…Чернеет небо, гаснут звезды,
Надежды гаснут, гаснут люди,
А время мчится скорым поездом
В своих судах и самосудах…
…Но трудно, трудно в мире спится!
А поезд, словно гончий пес…
И ивы, как самоубийцы,
Стволами рвутся под откос.
В.И. Филатов.
«Чернеет небо, гаснут звезды».
-6-
… «Носил он совесть близко к сердцу».
Считаю себя русским патриотом,
потому что мне не безразлично, что происходит с Россией.
Игорь Тальков.
… Лучше я загуляю, запью, заторчу,
Все, что за ночь кропаю- в чаду растопчу,
Лучше голову песне своей откручу,
Но не буду скользить, словно пыль по лучу,
… Если все-таки чашу испить мне судьба,
Если музыка с песней не слишком груба,
Если вдруг докажу, даже с пеной у рта-
Я умру и скажу, что не всё суета!
Владимир Высоцкий.
… Мне судьба- до последней черты, до креста
Спорить до хрипоты, а за ней- немота.
Убежать и доказывать с песней у рта,
Что не то это все, не тот и не та.
…Только чашу испить не успеть не бегу,
Даже если разлить- все равно не смогу.
Или выплеснуть в наглую рожу врагу,_
Не ломаюсь, не лгу- не могу.
Не могу!
Владимир Высоцкий.
-6а-
… И уходя в ночной тиши-
Без долгих слов решайте:
Огонь сосны с огнём Души
В печи перемешайте.
Пусть будет теплою стена
И мягкою скамейка-
Дверям закрытым- грош цена.
Замку- цена копейка.
Булат Окуджава.
«Песенка об открытых дверях».
-7-
«И у меня сердце есть, якоже и у вас».
Иова, 12.
/эпиграф к I сборнику, изданному посмертно
В.И. Филатова- «Полет не имеет конца»./
А на нейтральной полосе цветы
Необычайной красоты.
Вл. Высоцкий.
/слова к книге Марины Влади
«Владимир, или прерванный полет»/.
Я свами, люди.
Александр Вампилов.
Писатель- если нерв великого народа,
не может быть поражен,
как поражен народ.
…
Вот так пройдет человек по земле
без крика, без возгласов,-
поглядит на всё тут – и уйдёт.
А потом хватятся: Кто был-то!
Кто был!
Василий Шукшин.
-8-
Соплеменники, окажите честь-
Зачеркните «был»
Напишите «есть».
П. Вегин.
Нам времечко выпало то ещё,
И что еще будет- бог весть.
Одно б сохранить нам сокровище:
Оно называется честь.
Зависит всё, что в мире есть
От недоступной выси.
Но наша честь,
Но наша честь
От нас самих зависит.
…
А может быть, сегодня или завтра
уйду и я таинственным гонцом…
Игорь Тальков.
+++ ---- Может быть, потому и курим,
что думаем,- она последняя,
сигарета…
Может быть, потому и любим,
что думаем, - она последняя
эта весна…
Может быть
потому и хотим мы
свободы безумства и света,
Что жалким мгновеньем
пред вечностью жизнь нам дана.
1989 г. В.И. Филатов.
--- чёрной полосой В.И. Филатов отмечал стихи /некоторые/ уже в последние дни жизни
-9-
Напутствие.
«И дым Отечества нам сладок и приятен».
М.Ю. Лермонтов.
Живи, поэт! Стихам дороги нет:
Меняют нынче муз на проституток.
Средь сатанинских времени примет
Не потеряй божественный рассудок.
Живи, поэт! Пройди и Рим и Крым,
Судьба ж тебе подарит безответно
Отечества приятно-сладкий дым
И первый сборник, изданный посмертно.
Валентин Иванович Филатов
-10-
- Что такое счастье, ветер?
- Счастье- это жить,
А еще вести
Добрые носить!
1991 г. В. Филатов. «Что такое счастье, ветер?»
10.
+ + + Говорят, что на счастье подкова,
Я нашёл её, счастья не ждя…
Над моей головой непутевой
Серебристые нити дождя…
Валентин Филатов
Из «Дальневосточной тетради». 10.
-11-
С утра дуэль. Так может быть и лучше:
Себя судьбе представить самого…
Как тяжело! У Пушкина был Пущин.
А у него нет в мире никого!
Кому поведать все свои печали?
Заря уже искупана в крови…
Ужель конец? Ведь было лишь начало
И творчества, и муки, и любви…
И не с кем разделить уже тревогу…
Никто беду уже не отвратит.
И он один выходит на дорогу.
И сквозь туман кремнистый путь блестит.
/Валентин Филатов. «Лермонтов»./
Великий Поэт России!!!
Погиб Поэт. Да, именно погиб. 1 ноября 1998 года с нами не стало Валентина Ивановича Филатова. Он не просто умер, он погиб, защищая Землю от «чёрной чумы».
Как фреска на обугленной стене,
На дне очей распятая тревога,
Ещё надежды млеет там немного,
И капля веры теплится на дне…
И больно просыпаюсь я от сна,
Я не хочу назад, где наши зимы!
Кровь будоражит яркая весна,
И вновь ее пути неизъяснимы…
И не спастись уже, и не уйти
В своей склеп души, где раскололись плиты.
Но жизни луч, как в страшном забытьи,
Сияет нам. Ещё не всё прожито.
Ещё не все растерзаны года
На клочья
Запоздалого прозренья…
-12-
И падает горящая звезда,
И вечно длится светлое мгновенье!
1993 г. /В. Филатов. «Как фреска на обугленной стене»./
Неоднократно на белом снегу творится черное дело. «Снег, черные прутья деревец, двое чёрных людей проводят третьего, под мышки, к саням- а ещё один, другой, спиной отходит. Уводимый- Пушкин, отходящий- Дантес. Дантес вызвал Пушкина на дуэль, то есть заманил его на снег и там, между чёрных безлистых деревец, убил.
Двое: любой и один, то есть вечные действующие лица: поэт и чернь.1
А.С. Пушкин… безжалостно убитый на белом снегу чёрной рукой Дантеса, светской черни, которая не могла понять Души Поэта и постоянно искала средств его унижения, жаждала его мучений.
Черные прутья деревьев и поэт со своими светлыми чувствами вновь «один выходит на дорогу». Но как ни странно, Поэт с его страстной судьбой всегда выбирает себе «чёрную долю, чёрную думу, чёрную жизнь»1.
И мечтает явиться когда-то в мир светлых грёз, светлых дум и воспоминаний, в страну гениев, «в страну просветлённую, где прекрасные облака»2.
И хотя поэта предупреждают:
«Довольно без тебя поэтов есть и будет;
Их напечатают- и целый мир забудет.
Страшись бесславия!»
Пугают: «Артист! И ты в толпе служителей Парнаса!
Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;
За лаврами спешить опасною стезей
И с строгой критикой вступаешь смело в бой!»
Советуют:
«Артист, поверь ты мне, оставь перо, чернилы,
Забудь ручьи, леса, унылые могилы,
В холодных песенках любовью не пылай;
Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай!»
- М. Цветаева «Мой Пушкин.»
- В.И. Филатов «Облака».
-13-
Критикуют, бронят:
«Артист, не тот поэт, кто рифмы плесть умеет
И, перьями крыпя, бумаги не жалеет,
Хорошие стихи не так легко писать,
Как Витгенштеину французов побеждать.
Меж тем как Дмитриев, Жержавин, Ломоносов,
Певцы бессмертные, и честь и слава россов,
Питают здравый ум и вместе учат нас,
Сколь много гибнет /их?/ книг, на свет едва родясь!
…
И Фебова на них проклятия печать.
Задумываются над их жизнью, забегая вперед и предугадывая, что их ждет, судьбу:
«Не так, любезный друг, писатели богаты;
Судьбою им не даны ни мраморны палаты,
Ни чистым золотом набиты сундуки:
Лачужка над землёй, высоки чердаки-
Вот пышны их дворцы, великолепны залы.
Поэтов хвалят все, питают лишь журналы…
…Их жизнь- ряд горестей, гремяща слава- сон.
… Счастлив, кто ко стихам не чувствуя охоты,
Проводит тихий век без горя, без заботы…
… Спокоен, весел он. Артист, он- не пиит.»
Просят: «Подумай обо всем и выбери любое:
Быть славным – хорошо, спокойным- лучше вдвое.»1
Поэт отвечает:
«С презреньем покачав кудрявой головою,
Когда на что решусь, уже я не отступаю,
И знай, мой жребий пал, я лиру избираю.
Пусть судит обо мне как хочет целый свет,
Сердись, кричи, бранись,- а я таки поэт.»2
___________________________________________________________________________
- А.С. Пушкин «К другу стихотворцу»
- А.С. Пушкин. «К другу стихотворцу».
-14-
Но:
Казалось мне, кругом стояла ночь.
Тем более, что так оно и было.
Вл. Высоцкий.
При жизни Валентина Ивановича не было издано ни одного стихотворения, при жизни Владимира Высоцкого - не напечатано ни одного стихотворения, не вышло ни одного тома его стихов. Ночь. Так называл он время, в которое жил.
Когда в стране моей горестно,
Позорно иметь успех. Вл. Высоцкий.
Не нравится мне век,
Не нравились мне люди.
Вл. Высоцкий.
Но толку нет от мыслей,
Когда повсюду им опроверженье.
Вл. Высоцкий.
Я маялся: быть или не быть?
И мы всё ставим каверзный вопрос.
И не находим вечного ответа.
Вл. Высоцкий.
Владимир Высоцкий понял, что практически жить невозможно. Не эти ли постоянные вопросы, которые задавал себе Вл. Высоцкий и не находил ответа на них, привели Поэта к тому, что он перестал бороться с своей болезнью, за свою жизнь. Не это ли привело его к черной черте его жизни, а А.С. Пушкина- к Чёрной речке.
И удивительно то, что Храм Спаса Нерукотворного Образа в Санкт-Петербурге- стал последней обилью и для А.С. Пушкина и, восстановленный уже в 80-е годы, для Владимира Высоцкого /здесь отпевали и А.С. Пушкина- 10 февраля 1837 г. И Вл. Высоцкого- 25 июля 1980 г.- первого барда современной России./
/А слово «бард» имеет огромное значение. Во II книге Владимира Мигре «Звенящие кедры России» в главе «Звенящий меч барда» читаю:
- Ты что это, Анастасия, фразы как-то странно строила, когда о празднике говорила? И слова произносила так, что прямо буква каждая в отдельности звучала…
- Старалась я картину праздника в деталях, в образах подробных произвести.
-15-
- Ну а слова при чем? Какое в них значенье
-За каждым словом множество событий, радостных картин воспроизвела. И все они теперь в реальность воплотятся. Ведь мысль и слово- главный инструмент Великого Творца. И этот инструмент из всех плотско живущих только человеку дан.
- Так почему тогда не всё, что люди говорят, сбывается?
- Когда с душой и словом разрывается нить.
Когда пуста душа и образ вялый, тогда слова пусты, как хаотичный звук. И ничего собой не предрекают.
- Фантастика какая-то. И надо же, всему ты, как ребеночек наивный, веришь.
- Какая же фантастика, Владимир, ведь массу же примеров можно привести из жизни вашей и твоей конкретно, какую силу слово возымеет, если за ним сформировать присущий образ?!
- Так приведи понятный мне пример.
- Пример? Пожалуйста. На сцене человек стоит перед залом и говорит слова. Актер, к примеру, одни и те же будет говорит слова, их люди слышали не раз, но только одного с дыханьем затаенным будут слушать люди. Другого не воспринимать. Слова одни и те же, но разница огромная. Как ты считаешь? Почему так происходит?
- Так то же актеры. Их учат долго в институте, одни отличники, другие- так себе. Потом они на репетициях заучивают тексты, чтоб с выражением их говорить.
- Их учат в институтах, как в образ вжиться, что стоит за словом. Потом, на репетициях они стараются его воспроизвести. И если актеру удается все же сформировать за десятью процентами произносимых слов невидимые образы, то зал с вниманием будет его слушать.
А если в половину говоримых слов кому-то образ удается вставить, то гениальным вы того актера назовёте. Ибо его душа с душами сидящих в зале напрямую говорит. И будут плакать ил смеяться люди, почувствовав душою всё то, что хотел передать им актёр. Вот что такое инструмент Великого Творца!
- А ты, когда что-либо говоришь, во сколько слов способна образы вложить? В десять процентов или пятьдесят?
- Во все. Прадедушка так и научил меня.
- Во все? Ну надо же! Во все слова?!
- Прадедушка сказал, что можно образ во все буквы. И я научилась за буквой каждой строить образы.
- Зачем за буквой? Буква смысла не имеет.
- Имеет буква смысл! За каждой буквой на санскрите,- фразы, слова. В них тоже буквы, дальше много слов, так бесконечность скрыта в каждой букве.
-16-
- Ну надо же. А мы вот просто так лопочем все слова.
- Да, часто просто так говорятся и те слова, которые прошли тысячелетия. Прошли, пронизывая время и пространство. И образы, забытые, стоящие за ними достучаться. И охраняют души наши и сражаются за них.
- И что же это за слова такие? Хотя б одно известно мне?
- Известно. Думаю, как звук. Но что стоит за ним- забыли люди.- Анастасия опустила ресницы и некоторое время молчала. Топот тихо, почти шепотом, попросила:
- Произнеси, Владимир, слово «бард».
- Бард,- сказал я.
Она вздрогнула, словно от боли и сказала:
- О, с каким безразличием и обыденностью ты произнес это великое слово! Забвением и пустотой ты дунул на трепещущий огонек свечи. Огонек, пронесенный через века, и, быть может, адресованный тебе или кому-то из живущих сегодня далекими родителями. Забвение истоков- опустошение сегодняшнего дня.
- Чем тебе не понравилось мое произношение? И что я должен помнить, связанное с этим словом?
Анастасия молчала. Потом тихо зазвучавшим голосом стала произносить фразы, идущие словно из вечности:
- Еще задолго до Рождества Христова на Земле жили люди, наши прародители, которые назывались кельтами. Своих мудрых учителей они называли друидами.
Перед знамениями материального и духовного миров друидов преклонялись многие народы, населявшие тогда Землю. В присутствии друида воины кельтов никогда не обнажали оружие. Чтобы получить звание нач. ступени друидов, нужно было 20 лет индивидуально обучаться у Великого Духовного Наставника: жреца друида. Получивший посвящение- назывался бард. Он имел моральное право идти в народ и петь. Вселять в людей свет и истину своей песней, формируя словами образы, исцеляющие души.
На кельтов напали римские легионы. Последняя битва происходила у реки. Римляне увидели, что среди воинов- кельтов ходят женщины с распущенными волосами. Римские военачальники знали: когда ходят эти женщины, для победы над кельтами нужно превзойти их по численности в шесть раз! Ни опытные римские военачальник, ни сегодняшние исследователи- историки не могут понять почему. А всё дело в этих безоружных женщинах с распущенными волосами.
-17-
Римляне выставили войско в девять раз превосходящее кельтов по численности. Прижатая к реке, погибала последняя сражающаяся семья кельтов. Они стояли полукругов, за их спинами молодая женщина кормила грудью крохотную девочку и пела. Пела светлую негрустную песню, чтобы не вселились в душу девочки страх и печаль, чтобы были с ней образы светлые. Когда девочка отрывалась от соска материнской груди, из взгляды встречались, женщина прерывала песню и всякий раз ласково называла девочку «Барда».
Уже не было обороняющегося полукруга. Перед римскими легионерами на тропе, ведущей к кормящей женщине, /и, встретившись взглядами, они улыбнулись друг другу/стоял с мечом в руках окровавленный, молодой Бард. Он повернулся к женщине и, встретившись взглядами, они улыбнулись друг другу.
Избранный Бард не смог удерживать римлян, пока женщина, спустившись к реке, не положила крохотную девочку в лодку и не оттолкнула лодку от берега.
Обескровленный Бард последним усилием воли бросил к ногам молодой женщины свой меч.
Она подняла меч. Она в течение четырех часов непрерывно сражалась с легионерами, не подпуская их к реке. Легионеры уставали и сменяли друг друга на
тропе. Римские военачальники в недоумении молча наблюдали, почему опытные и сильные солдаты не могут нанести даже царапину на тело женщины?
Она сражалась четыре часа. Потом сгорела. Ее легкие высохли от обезвоживания. Не получив глотка воды, из потрескавшихся красивых губ дымилась кровь. Медленно опускалась на колени и падая, она смогла еще раз послать слабую улыбку вслед уносимой течение реки лодке с маленькой будущей певуньей Бардой и уносимую сквозь тысячелетия для сегодня живущих, спасенному ею слову и образу его. Не только во плоти суть человеческая. Неизмеримо больше и значимое, невидимые чувства, стремления, ощущения,- лишь частично отображаются в материальном, как в зеркале.
Девочка Барда стала девушкой, потом женщиной и матерью. Она жила на Земле и пела. Ее песни дарили только светлые эмоции людям, как луч всеисцеляющий, помогали они разгонять пасмурность души. Многие житейские невзгоды и лишения пытались загасить источник этого лучика. Невидимые темные силы пытались пробраться к нему, преодолеть единственное препятствие- стоящих на тропе. Суть человеческая не во плоти. Обескровленное тело Барда послало в вечность улыбку света, отображая свет невидимой сути человеческой. И сгорали легкие молодой матери, держащей меч, дымилась кровь из трещинок её губ, подхвативших светлую улыбку Барда. И сейчас, поверь мне, Владимир.
-18-
Пойми. И услышь звон невидимого меча Барда, отражающего натиск злобного и тёмного на тропе к душам его потомков. Пожалуйста, произнеси ещё раз слово «бард».
- Не смогу… пока ещё не смогу сказать его с должным значением. Потом я обязательно произнесу его.
- Спасибо за непроизношение, Владимир.
- Скажи, Анастасия, ты ведь можешь сказать. Кто из сегодня живущих является прямым потомком той, кормящей женщины и девушки- певуньи Барды, сражающейся на тропе Барда. Кто мог забыть такое, чей это род?
- Подумай, почему возник в тебе такой вопрос?
- Хочу взглянуть на него или на них, не помнящих такое. Не помнящих своего родства. Не чувствующих.
- Может быть, ты хочешь удостовериться, что это не ты- не помнящий?
- При чём здесь… Я понял, Анастасия, не отвечай. Пусть каждый думает.
- Хорошо,- ответила она и замолчала, глядя на меня.
И я молчал некоторое время под впечатлением нарисованной Анастасией картины, потом спросил:
- Почему именно это слово для примера ты привела?
- Чтоб показать тебе, как образы, стоящие за ним в реальном мире, вскоре воплотятся. Тысячи струн гитарных трепещут сейчас под пальцами сегодняшних бардов России. Ещё когда помечтала обо всем там, в тайге, они первые почувствовали. Их души… сначала только в одной загорелся трепещущий огонёк и вздрогнула тоненькая струна гитары, потом подхватили, откликнулись души других. Скоро их услышат многие. Они- барды, помогут увидеть новую зарю. Зарю просветления душ людских. Ты услышишь их песни. Новые песни, рассветные.
Вселять в людей свет и истину своей песней, формируя словами образы, исцеляющие души.- Таким был и Валентин Иванович Филатов.
Когда его хоронили, все честные люди в России понимали, что погублена жизнь ещё одного Великого Человека России, в груди которого билось сердце гражданина, борца и Поэта!
Майский (п. Майского) парк, где когда-то бегал мальчик Валя, шумел осенней листвой, и, вернувшись бог весть из каких далёких далей, пели свои весёлые песни птицы, прощаясь с последними теплыми солнечными днями.
По перелескам, по деревням
В перегоревшую траву,
-19-
Роняя красную листву,
Заголосят в ночи деревья…
Плач затеряется в ночи,
Никем не понятой и горькой,
А утром солнце по пригоркам
Качнет последние лучи…
И будет всё уже не так,
Но только мало кто заметит,
Как плачут в ночь навзрыд по лету
Больные птицы на кустах…
1971 г. В.Филатов «Начало осени»
+++ Октябрь упал в озера и замолк.
Туманом белым ночи заволок…
Я подхожу к холодному окну,
Из форточки пью залпом тишину…
Пью светлое полночное вино,
Креплёное туманом и луной…
И пламя звёзд колышется в груди,
И кажется, что вечность впереди…
1975 г. В.Филатов. «Октябрь упал в озера и замолк».
/Из цикла «Восьмой цвет радуги»/
В этот первый день ноября осеннее сияющее утро не предвещало ничего грозного. В безоблачной синеве пролетали прекрасные, самые лучшие в мире облака, заливались, беззаботные птицы, а жители поселка Майского (не отмеченного даже на карте) от мала до велика, поражённые внезапной смертью Поэта- чернобыльца, опустили в землю тело
-20-
русского Поэта. Теперь, когда его не стало, многие поняли, что этот Человек- ураган, одним казавшийся резким, насмешливовысокомерным, другим- добрым и нежным, одним- весёлым, другим- печальным, был им бесконечно дорог. И все плакали. На могиле читали его стихи, говорили прощальные слова. А дочь- Виктория Валентиновна, когда гроб опускали, навзрыд, обезумев от горя и боли, выкрикнула: «Господи! Тебе тут было так трудно! Пусть хоть там будет легче!!!»
И хотелось верить, что ТАМ ему будет легче.
Ах, какое с небес сияние!
Всё напитано Божьим светом…
Даже кажется – нет расстояния
Между этим и ТЕМ светом…
… Я, задыхаясь от счастья,
Так легко ухожу в небеса!
В. Филатов «Свет».
А до этого:
В избах царило какое-то молчаливое, торжественное и скорбное волнение. Надевали новые рубахи мужики, бабы повязывали тёмные платки и, не обмениваясь ни единогым словом, шли молча до поворота на большак, где уже стояла всё растущая толпа. Тихо плакали. Есть такая легенда. Когда человек появляется на свет, он обязательно плачет, а все вокруг улыбаются и говорят: «Здравствуй, дорогой!» и, если когда настанет его последний час, он один улыбается, а все вокруг плачут и говорят: «Прощай, дорогой!»- то Человек не зря прожил жизнь.
Но на душе было тяжело, и в голове звенело: «Эх, вы-ы, господа хорошие, такого Человека не уберегли».
«Вот так пройдет человек по земле без крика, без возгласов,- поглядит на всё тут- и уйдёт. А потом хватятся: «Кто был-то! Кто был!»
И вспомнились строки из стихотворения Валентина Ивановича:
«Откуда появляется зима» (моё любимое).
Откуда к нам является зима?
Быть может, появляется сама
Из радостей, печалей, белизны.
Улыбок детства? Ранней седины?
А может, переходит к нам от птиц,
От наших улетающих границ?
-21-
А может быть, от милых рук пришла,
Которые не дали нам тепла?
От облаков холодных, от берез,
Хранящих под корою капли слёз…
А может, просто время подошло,
И лебедь приподнял своё крыло.
И, закружившись, солнце заслонил,
И белый пух на землю уронил…
А может, ты расскажешь мне сама,
Откуда появляется зима?
…И не с кем разделить уже тревогу…
Никто беду уже не отвратит.
И он один выходит на дорогу.
И сквозь туман кремнистый путь блестит.
+++ Будет осень качать перелески,
Будут листья лететь с деревьев,
Будет ветер холодный и резкий,
Мне над крышей тянуть напев…
Отдышусь от всего, успокоюсь,_
Ни к чему суета в октябре…
Я туманом осенним умоюсь
В желтоватой вечерней заре.
Куст шиповника облетевший
Я поглажу по голове,
И плоды его перезревшие
Отыщу меж листьев в траве.
Он склонился, как виноватый,
Тихо ветками разведёт,
За плоды свои горьковатые,
И за то, что к зиме не цветет…
-22-
(Сейчас, когда Поэта не стало, эти строки по-другому откликаются в моём сознании: возможно, в них слышится извинение за плоды его творчества (стихи его никто никогда не прочтёт, о нём никто не узнает, труд его напрасен???),- и хоть Поэт ни в чём не виноват- он хотел лучшего- он не понят- (это наше общество виновато в том, что таких!!! Людей не замечают, равнодушно проходят мимо, мало того- ещё и топчут)-
Он склонился, как виноватый,
Тихо ветками разведёт
…за то, что к зиме не цветёт.
Что еще нужно! Что нужно, чтобы поняли, стихи прочли, напечатали- только лишь осталось «зацвести зимой». Чтобы тебя заметили, увидели. Поняли. Понимание и сочувствие – они отсутствуют в нашем обществе, в сердцах людей. Ис лова одного героя, промелькнувшего сегодня на экране, меня взволновали: «Мне ничего не нужно было от
Вас. Я пришёл к Вам и хотел только одного, чтобы Вы выслушали меня и посочувствовали. Но у меня такое ощущение, что понимание и сочувствие отсутствуют, их просто нет в природе»./
Прохрустят под ногами льдинки,
Я воды наберу из ручья,
Обниму по пути осинку,-
Не осудят. Она ничья.
/«Как жену чужую, обнимал берёзку»
Как в песне!
Но как тут красиво, нежно…/
Какая чувствуется любовь к родной природе. Я тоже часто обнимаю деревья, милые кедры, родные рябинки!
Приберу в своей маленькой горнице,
Хлеб нарежу, достану вина,
И присяду за стол у оконца
Ждать, чтоб в гости пришла луна.
Ах, как печь моя жарко пылает!
-23-
В рыжих отблесках вся стена!
В синий сумрак печаль уплывает…
Прозимуем, а там весна!
/«В октябре»/ с.209
/какая вера в изболевшей душе поэта- всё будет хорошо! Наконец, настанет и весна!/
«Никто не нёс за ним орденов на бархатных подушках, ни медалей, ни боевого золотого оружия (а ведь нужно! Было нести!). Но у него было золотое и грозное оружие, принадлежавшее только ему и завещанное родине и миру: его слово, рожденное «из пламя и света».
Слово. Вместо посвящения.
А надо мною, вечностью дыша,
Склоняется луна желтоголово,
И мечется усталая душа
В предчувствии единственного слова.
Чтобы сказать земле и небесам
Меня явившим в мир, как есть такого,
И чьим-то понимающим глазам
То самое единственное слово.
Валентин Филатов.
Как Поэт хотел, чтобы его понимали!
А я боюсь непонимания
В дебате, взгляде и строке…
Непонимание, как камень
Зажатый в потном кулаке.
В. Филатов.
Чернеет небо, гаснут звезды,
Надежды гаснут, гаснут люди…
А время мчится скорым поездом
-24-
В своих судах и самосудах.
И радость скоро забывается,
Как за окном экспресса даль…
Всё улетает, изменяется…
И в мире чувствует печаль.
Пусть в пестроте разноголосья
Мы все привыкли принимать,
Но ночью снятся, снятся росы
И тополей прозрачных рать…
Но трудно, трудно в мире спится!
А поезд, словно гончий пёс
И ивы, как самоубийцы,
Стволами рвутся под откос.
1971 г. В. Филатов.
И вот уже рисуется иная картина. Картина печали, людского горя, и ивы (рисуют)- «как самоубийцы». Жизнь снова в чёрных красках: когда угасает надежда – гаснут звёзды – гаснут люди – небо чернеет: чёрная пыль, серые облака.
И не случайно Чёрно – быль – от чёрного чего-то?
Вы не задумывались над этим?:
«Нет сынков здесь обкомовских и райкомовских нет, - их спасает стронция папин пост, партбилет».
А кто же спасёт Поэта?
И снова стреляют в «живот поэта». «И нас этим выстрелом в живот ранят».
И снова, как два века назад, А.С. Пушкина на Чёрную речку, посылают Поэта в Чернобыль.
Почему именно его???
Эта смерть не моя –
есть ущерб и зачет
жизни кровно моей,
лбом упершейся в стену».
Б. Ахмадулина
-25-
А четыре века назад, еще в XVI веке, в эпоху английского Возрождения Вильям Шекспир /1564-1616/, творивший в царствование Елизаветы /1558-1603/, на рубеже старого мира (феодального) и начала нового (капиталистического). Происходили перемены в жизни страны, людей, промышленного производства. Сначала драматург с насмешкой провожает старый мир и с улыбкой приветствует новый, мир светлой гармонии. Но новые отношения порождают мир стяжательсва, пошлости, крушение иллюзий и отсутствие идеалов. Именно в этот период рождается величайшая трагедия Шекспира «Гамлет» /1601 г./.
И здесь, ещё раз повторяю, 4 века назад, а людей беспокоит и волнует именно один и тот же вопрос, прошедший через века.
Быть или не быть?
И все те же социальные вопросы встают перед людьми; проблемы, веками мучившие человечество. Выбрать «белое» или «черное»: выступить в защиту правды и справедливости.
Что благородней?
И устали главного героя Гамлета произносятся слова:
Быть или не быть – таков вопрос:
Что благородней духом - покоряться
Пращам и стрелам яростной судьбы
Иль, ополчась на море смут, сразить их
Рольтаоборством? Умрешь, уснуть-
И только; и сказать, что сном кончаешь
Тоску и тысячу природных мук,
Наследье плоти,- как такой развязки
Не жаждать? Умереть, уснуть.- Уснуть!
И видеть сны, быть может? Вот в чём трудность;
Какие сны приснятся в смертном сне,
Когда мы сбросим этот бренный шум,-
Вот что сбивает нас; вот где причина
Того, что бедствия так долговечны;
Кто снёс бы плети и глумленье века,
Боль презренной любви, судей медливость,
Заносчивость властей и оскорбленья,
Чинимые безропотной заслуге,
-26-
Когда б он сам мог дать себе расчёт
Простым кинжалом? Кто бы плёлся с ношей,
Чтоб оказать и потеть под нудной жизнью,
Когда бы страх чего-то после смерти-
Безвестный край, откуда нет возврата
Земным скитальцам,- волю не смущал,
Внушая нам терпеть невзгоды наши
И не спешить к другим, от нас сокрытым?
Так трусами нас делает раздумье,
И так решимости природный цвет
Хиреет под полётом мысли бледным,
И начинанья, взнесшиеся мощно,
Сворачивая в сторону свой ход,
Теряют имя действия.
Перевод М. Лозинского
Боже мой! Каждый раз перечитывая Шекспира, удивляюсь его языку и логичности изложения мыслей и чувств. Чудо! «Чудо художественного совершенства». Не потому ли самой любимой ролью Вл. Высоцкого – актёра, была роль Принца Датского Гамлета. «Я не могу не играть Гамлета», - Вл. Высоцкий.
Принц Датский продлил жизнь Владимира Высоцкого.
Но на протяжении веков перед обществом вставали одни и те же проблемы.
И вспоминаются слова Омара Хайяма:
… Даже самые светлые в мире умы
Не смогли разогнать окружающей тьмы,
Рассказали нам несколько сказочек на ночь-
И отправились, мудрые, спать, как и мы.
…Тот, кто следует разуму,- доит быка,
Умник будет в убытке наверняка!
В наше время доходней валять дурака,
Ибо разум сегодня в цене чеснока.
… Удивленья достойны поступки Творца!
-27-
Переполнены горечью наши сердца,
Мы уходим из этого мира, не зная
Ни начала, ни смысла его, ни конца.
… Не одерживал смертный над небом побед.
Всех подряд пожирает земля – людоед.
Ты пока ещё цел?
И бахвалишься этим?
Погоди: попадёшь муравьям на обед!
Но вернёмся снова к Храму Спаса Нерукотворного Образа в Санкт – Петербурге напомню: в храме отпевали и провожали в последний путь русских христиан: Великого Поэта России А.С. Пушкина и Великого Поэта – барда Вл. Высоцкого. И похоронен А.С. Пушкин у стен Святогорского монастыря.
Помню храм в переулке Воровского
Ломали его, спеша…
Собирались, глазели взрослые,
Забыв про меня, малыша.
Я стоя одиноко в сторонке,
Грыз сухой макухи кусок,
Оттеснял любопытных звонкий
Милицейский казенный свисток.
Помню, бабы крестились и плакали,
Напрягался изношенный трос,
Трактор дергался, балки падали,
А весь храм будто в землю врос!
Злились хмурые работяги,
Активист что-то чиркал в лист…
- Ну и крепко сидит, чертяка,-
С похмелюги бурчал тракторист.
- Отслужил,- говорили, - хватит!
- Бога нету! Тащи динамит!
Храм держался в нервной схватке,
-28-
Как бунтующий инвалид.
А вокруг здоровенные дяди
С гиком трос на себя тянули,
И на них высыпались снарядиками
В сорок третьем засевшие пули.
Свитый крест под колёсами газика
Угасал в пелене дождя…
А напротив, - наверное, к празднику, -
Поднимали портрет вождя.
Осыпались со стен святые,
Связь времен распадалась в прах…
Божий Храм, переживший Батыя,
Погибал на моих глазах.
А потом я увидел, как в сутолоке,
Он из множества дыр пробитых,
Вдруг заплакал сухой штукатуркой
Над безбожной толпой любопытных.
1982 г. Валентин Филатов «Помню Храм».
+ + +Ах, как много святынь растоптали!
Ах, как много сломали церквей!
Но душою богаче не стали,
И, наверно, не стали умней…
Накомандовались, нарулились,
Накричались до хрипоты,
И без истины очутились,
Без надежды, любви и мечты.
К черту авторитеты липовые!
Нет на свете второго Христа.
Нет святее таинства исповеди
И молитвы, коль совесть чиста.
-29-
Не упрятать правду обманно,-
Воссияет, как свет с небес.
Откровение Иоанна-
Не история КПСС.
Не плодите элиту кретинов,-
Будет помниться навсегда,
Как в системе однопартийной
Погибала живая вода.
Как тузы в застойном болоте
Раздувались, как пузыри,
Как мы шли к коммунизму вроде,
И совсем не туда пришли.
Не играйте людьми и словами,
Если память веков жива,-
Пусть над нашими головами
Воссияет Храм Покрова!
И над нашими городами,
Над просторами площадей
Пусть взметнется трёхцветное знамя
Неподкупной России моей!
1989 г. В. Филатов. «Ах, как много святынь растоптали!»
Белое и чёрное.
Жизнь и смерть.
Правда и ложь.
Доброта и жестокость.
Любовь и ненависть.
Счастье и горе.
Стих и проза.
Лед и пламень.
Праздники и будни.
-30-
Совесть и долг-
вечные, как день и ночь, нетускнеющие, нестареющие темы искусства, которые никогда не перестанут волновать человечество.
Жесткость и доброта? – У кого это? – У Владимира Солоукина.
«Бойся серпа без молота, молота без серпа»- у В.И. Филатова.
«Притча о правде и лжи» - у Вл. Высоцкого.
«Красное и чёрное»- у Стендаля.
Вождей возносите в золоте,
Иль сбрасывайте со столпа,
Но бойтесь серпа без молота,
Молота – без серпа!
Если меняют идолов,
Значит, вере- труба.
Ах, русская наша планида,
Индейка, копейка, судьба!
Помянем, зальем прощальным,
Кто песню свою не допел…
Когда пел Джамбул про Сталина,
Бабель шёл на Расстрел.
Когда гарцевал Ворошилов,
Сияя на белом коне,
Блюхера пули прошили
В застенках. Не на войне.
По тюрьмам таланты прятали,
Берггольц на пытки вели,
Ахматову не печатали,
Цветаеву не берегли…
Знали они иль не знали,
Кто сделал кровавый пир?
Крикнул: - Да здравствует Сталин!
Перед расстрелом Якир.
-31-
Кощунством было неверие
В свершенья великих дел.
И зорко Лаврентий Берия
С портретов на нас глядел.
Чтоб выжить, порой отрекались
От брата и от отца,
И на собраниях каялись,
Слёзы смахнув с лица…
Ах, были замахи былинные,
И вождь в кумаче на виду,
И голод на Украине
В тридцать третьем году.
- Чево ж вы творите, сволочи!
Казак, рыдая, брал.
Но как Мамай, Каганович
До зёрнышка хлеб отбирал.
Сейчас говорят: - Перегибы!
Неправилен был, мол, путь…
А вы бы сейчас смогли бы
Раскулачить кого-нибудь?
Тогда за быка да корову-
В Сибири – век голоси!
А нынче дельцов хоромы
Попробуй-ка потряси!
У всех – круговая порука,
От взяток растёт капитал.
В двадцатом за эти штуки
Дзержинский бы расстрелял!
Вздымайте лживые стяги,
-32-
Свой оградив уют!
Одеколон работяги
На ваших помойках пьют.
Не всё покупается золотом.
История – не глупа.
Бойтесь серпа без молота.
Молота- без серпа!
1988 г. Валентин Филатов. «Больное».
Друзьям.
Россия ещё не погибла,
Пока мы живы, друзья…
Могилы, могилы, могилы –
Их сосчитать нельзя.
Стреляли людей в затылок,
Косил людей пулемёт.
Безвестные эти могилы
Никто теперь не найдёт.
Земля их надежно скрыла
Под ровной волной травы.
В сущности – не могилы,
А просто ямы и рвы.
Людей убивали тайно
И зарывали во тьме.
В Ярославе, в Тамбове, в Полтаве,
В Астрахани, в Костроме.
И в Петрограде, конечно,
Ну и, конечно, в Москве.
Потоки их бесконечны
С пулями в голове.
Всех орденов кавалеры,
-33-
Священники, лекаря.
Земцы и землемеры
И просто учителя.
Под какими истлели росами
Не дожившие до утра
И гимназистки с косами,
И мальчики – юнкера?
Каких потеряла – не ведаем
В мальчиках тех страна
Пушкиных и Грибоедовых
Героев Бородина.
Россия – могила братская,
Рядами, по одному –
В Казани, в Саратове, в Брянске,
В Киеве и в Крыму…
Куда бы судьба не носила
Наступишь на мертвеца,
Россия – одна могила
Без края и без конца.
В чёрную свалены яму
Сокровища всех времен:
И златоглавые храмы,
И колокольный звон.
Усадьбы, пруды и парки,
Аллеи в свете зари,
И Триумфальные арки,
И белые монастыри.
В уютных мельницах реки,
-34-
И ветряков крыло.
Старинные библиотеки
И старое серебро.
Грив лошадиных космы,
Ярморок пестрота,
Праздники и сенокосы,
Милость и доброта.
Трезвоя скромность буден;
Яркость песенных слов.
Шаляпин, Рахманинов, Бунин,
Есенин, Блок, Гумелёв.
Славных преданий древних
Внятные голоса.
Российские наши деревни,
Воды, недра, леса.
Россия – одна могила,
Россия – под глыбой тьмы…
И всё же она не погибла,
Пока ещё живы мы.
Держитесь, копите силы,
Нам уходить нельзя.
Россия еще не погибла,
Пока мы живы, друзья…
Вл. Солоухин
Чёрное и белое…
«Если б это было так просто!- что где-то есть чёрные люди, злокозненно творящие чёрные дела, и надо только отличить … их и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца? В течение жизни одного сердца эта линия перемещается на нём, то теснимая злом, то освобождая
пространство рассветающему добру. Один и тот же человек бывает в свои разные _____________________________________________________________________________
- Рой Медведев «Уроки времени»- слова А.И. Срлженицына о I ч. «Архипелага ГУЛАГа»
-35-
в равных жизненных положениях – совсем разным человеком.
То к дьяволу близко. То к святому. А имя – не меняется, и ему мы приписываем всё»1. В этом глубоком замечании А.И. Солженицына мы видим по крайней мере частичное объяснение той драмы и того грехопадения очень многих большевиков, которые ещё до того, как они стали жертвой сталинского террора, были уже отнюдь не последними винтиками в созданной Сталиным машине произвола.
Во имя святости одного – топчем и жжём, разрушаем храмы.
На территории страны уничтожено более 90% культурных исторических памятников. Это, главным образом, храмы, церкви, усадьбы, особняки, дома старинные, красивые книги, иконы… Более 90%! Когда я это узнала, душа моя и заболела, и загорелась. Россия, начиная, с 17-18-го годов, потеряла около 70-ти миллионов человек, не считая войны.
И сейчас мы пожинаем плоды этого. Что такое миллион лучших русских интеллигентов уехали в эмиграцию? Туда же уехали не самые плохие люди… Туда уехали философы, писатели, художники, мыслители, священники. Огромное количество людей было истреблено…
Не издавались книги талантливейших русских писателей, не издавались у нас в России: Борис Зайцев, Иван Бунин, Набоков, Замятин, Вл. Соловье, Бердяев, Сергей Булгаков, Франк, Троцкий, Клюев, Ремизов, Розанов, А. Ахматова, М. Цветаева, Н. Гумелёв, Б. Пастернак и многие другие…
Как не воскликнуть с негодованием:
«Кто, по какому праву лишил целые поколения русских людей возможности читать русские книги и тем самым перерезал связь между поколениями, выстригал ножницами целые периоды родной истории, литературы, философской мысли? Кто сознательно, продуманно, преступно нарушал преемственность наследования, а значит, и в развитии родной культуры? Кто был заинтересован в том, чтобы целые поколения людей выросли тупее, глупее, невежественнее, однообразнее, примитивнее, забитее – а как следствие этого- духовный паёк и держал на этом пайке в течение десятилетий?!» «Нас с самого детства никто не учил любить людей, ближних, нас учили ненавидеть врагов.»
Есенин был практически недоступен, он не издавался… Есенин! И вот результат…
Да, действительно, нравственность оставляет желать лучшего.
Сейчас в Российской Федерации 800 тысяч! Пустых домов. Народ разбежался просто, а это значит, что корни оборваны. Ему нечего любить. И сколько надо времени, чтобы научить народ снова любить свою землю. Если бы вернуть десять миллионов крестьян (которые по-настоящему любили землю, работали на ней). Их вернуть, работящих…
(раскулаченных, расказаченных). Если бы вернуть крестьян, умерших с голода на Украине, в Поволжье, на Северном Кавказе в 33 году.
-36-
Было продано около 5 тысяч картин из Эрмитажа- на запад, за бесценок.
Сбросили колокола, изменили сам пейзаж, сам ландшафт земли изменился.
Ущерб нанесли и плодороднейшие земли – их заливали водой.
Но если землю возможно через столетия восстановить. Возможно ли вернуть умнейших людей России! Интеллигенцию – это тонкий озоновый слой- который защищал нашу землю от смертельных ультрафиолетовых лучей. Этот слой частично истребили, частично он погиб во время гражданской войны, потому что офицерство – это тоже интеллигенция. Лермонтов был офицером. Фет, Толстой… Офицеры- это была интеллигенция России. А сколько ушло в изгнание!
С детских лет по телевидению и радиовещанию, в газетах, в кинофильмах нам внушали, что эмигранты – это предатели, изменники. Эмигранты- это охвостье, «эмигрантское отребье»… жалкие, озлобленные, бессильные своей озлобленностью. Но они оказались в эмиграции не по своей воле, не их вина в разлуке с родиной, это их трагедия. У Н.М. Карамзина в его «Истории государства Российского» читаем: «Бегство не всегда измена. Гражданские законы не могут быть сильнее естественного: спасаясь от мучителя, но горе гражданину, который за тирана мстит Отечеству»…
Я думаю, может быть, потом можно будет восстановить храмы и дворцы, вырастить леса, очистить реки, но невозможно восстановить уничтоженный генетический фонд народа!
Из письма отца Павла Флоренского к Мамонтовой, написано в июле 1917 года: «Всё то, что происходит кругом нас, разумеется, мучительно. Однако, я верю и надеюсь, что, исчерпав себя, нигилизм докажет свое полное ничтожество, всем надоест, вызовет ненависть к себе, и тогда, после краха всей этой мерзости, сердца и умы обратятся к русской идее, к идее России, к святой Руси… Я уверен, что худшее ещё впереди, а не позади, что кризис еще не миновал. Но я верю, что кризис очистит русскую атмосферу, даже всемирную атмосферу, испорченную едва ли не XVII века».
Пророческие слова…
Но времена меняются, а святыни остаются.
Он стоит на площади, как бы возносясь в небо, и низкие октябрьские облака, уже набитые снегом (в средней России) едва не цепляются за его золоченые кресты и резное узорочье куполов. Храм Василия Блаженного, названный в честь московского юродивого (пострадавшего за народ), погребенного под его сводами, а в соборном ряду Храм Покрова «что на рву», построенный в середине XVI века в честь победы русского оружия над казанским ханством Золотой Орды, он воистину увековечил ликующую радость народа самим своим обликом дав название площади, на которой стал – Красная, то бишь красивая и которая стала с той поры нашей главной народной площадью. После долгого
-37-
молчания вновь говорят его звонницы, а под резные каменные своды приходят не только экскурсанты, но и те, для кого он ставился, - верующие. И это ещё одно знамение нашего времени, не отступление, не повторение пройденного, а уважение истории, духа народного, его воли и веры.
Первое богослужение в восстановленном (воскресшем из мертвых)- Храм Василия Блаженного состоялось в Покров- в один из великих праздников православной церкви. Возникновение его восходит к правлению греч. императора Льва Премудрого, когда
византийская империя переживала тяжелые времена. В стране опустошались набегами сорванцов. И вот, как повествует писание во Влахернах, на окраине Константинополя, в церкви юродивому Андрею и его ученику Епифанию случилось чудесное видение: во время всенощной в четвёртом часу утра, Андрей «возвел очи свои вверх и увидел царицу небесную, покровительницу всего мира, пресвятую деву Богородицу, стоящую в воздухе и молящуюся, сияющую солнечным светом и покрывающую людей своим чистым амофором- покрывалом, простёртым над молящимися, возвестив род человеческий, что никогда не оставит его своими молитвами, милосердно охранит его своим спасительным покровом».
На Русь этот праздник пришёл почти два с половиной столетия спустя, вскоре после принятия Христианства, и всегда торжественно отмечался церковью. Наши предки поклонялись Богородице, Матери Иисуса Христа, считали, что она несёт людям свет правды и мира, радости и любви, всегда готова утешить их, поддержать их силы, благословить на успех.
В этот день во всех церквях звучит праздничный тропарь в честь иконы Покрова пресвятой Богородицы. Вот он:
«Днесь благовернии люди, светло празднуем, осеняем Твоим, Богомати, пришествием, и к Товему взирающее пречистому образу, умильно глоголем: покрый нас честным Твоим покровом и избави нас от всякого зла, молящи Сына Твоего, Христа Бога нашего, спаси души наша».
С верой в это примем этот светлый день и мы.
… не играйте людьми и словами,
Если память веков жива,-
Пусть над нашими головами
Воссияет Храм Покрова!
1989 г. (В. Филатов)
В это верил и Валентин Иванович Филатов. (Царство ему небесное).
-38-
… И над нашими городами,
Над просторами площадей
Пусть взметнется трехцветное знамя
Неподпутной России моей!
Валентин Филатов
Валентин Иванович был настоящим христианином. Хорошо знал все праздники православной церкви (в стих. «День Святого Валентина»…) Это о нём и о таких, как он, осознавших смысл жизни, написал своё стихотворение Марк Лисянский «Дорога к храму»:
Сквозь боль, сквозь подступающую полночь,
Когда померкнет свет, угаснет сила,
Я позову любовь к себе на помощь,
Она меня от всех невзгод хранила…
Встречая вечность, как страну иную,
Глее слиты все концы и все начала,
Я музыку услышу неземную,
Она меня от всех тревог спасала.
Я позову к себе на помощь маму,
Мою печаль, защиту и отраду,
У каждого своя дорога к храму.
Но этот храм еще построить надо.
Слово «храм» здесь воспринимается иначе: Храм как средоточение большой и бескорыстной любви. И наше собственное счастье покоится в храме, основой которого являются Добро, Милосердие, Правда, Красота, Истина. Ещё с давних времён дорога в нему пролегала через человеческое сердце.
В одном из сочинений своей ученицы – Лукашевич Надежды- читаю:
«О чём я думаю, когда за окном – снег…»
Половина жизни проходит
В мечтах, потому, быть может,
И сладка она так, жизнь.
Ч. Айтматов.
-39-
Я сижу возле окна, а снег за окном – падает, падает… и белые снежинки представляются мне людьми. Снежинки, так же, как и люди, все разные, с разными судьбами. Белые, пушистые «человечки» по-разному выбирают свою судьбу. Одни опускаются на дно грязной лужи, как некоторые люди спускаются на дно жизни; другие – заботливо укрываю землю и деревья, олицетворяя собой добрых людей, находящихся в постоянной заботе о ближних. И есть другие снежинки, которые падают и летят бесцельно, и есть другие люди, жизнь которых проходит «просто так», их жизнь бессмысленна. Снег идёт, идёт… И я, сама того не замечая, начинаю задумываться о смысле своей жизни, о том, какие люди будут меня окружать. Хотелось бы, чтобы отношение между мной и окружающими меня людьми были столь же чистыми и нежными, как снег, чтобы во всём мире «белое», наконец, победило «чёрное»,но и в то же время исчез холод зимы и всем было тепло и светло. Но я понимаю, что наша жизнь тем и дорога нам, что не все мечты в ней сбываются! И где-то там, по другую сторону земного шара, живут люди своей жизнью, и где-то в какой-нибудь стране, точно так же сидит возле окна моя ровесница и думает о том же, что и я. Надеюсь, что в какой-то момент люди всё же решат объединиться и строить новый мир, мир, полный тепла и искренности!»
/Насколько философское сочинение!/ Смысл жизни. Действительно, именно ради любви к ближнему мы посланы в этот мир. А это так непросто. Когда вокруг неистовствует жестокость, жестокость в поступках, жестокость в мыслях, и- самое страшное – жестокость в чувствах!
-40-
Когда я вижу сломанные крылья-
Нет жалости во мне, и неспроста:
Я не люблю насилье и бессилье,-
Вот только жаль распятого Христа.
Вл. Высоцкий
Что с того, что мы пашем и сеем,
И с начальством у нас лады,-
Мы давно превратились в лакеев,
И на чай нам дают за труды.
За стукачество, за лизоблюдство,
За стремление угодить…
О великое наше холуйство,
Что вовек уже не убить!
Продавать научились товарищей,
На могилы их сыпать цветы…
И стоят на Руси пожарища
Вымирающей доброты.
Мы давно забыли Всевышнего,
Он для нас оказался лишний.
Мы легко обижаем ближнего,
Потому, что он самый ближний.
Что с того, что знаком нам Лукрецкий,
Ренессанс и запретные повести!
Долго ль жить нам с пороком сердца,
Осложненным скрерозом совести?
1990 г. Валентин Филатов.
«Болезнь».
С сочинением Надежды Лукашевич перекликается и стих Валентина Филатова – тоже философское – о смысле жизни, о вечности, о вечном…-
-41-
+ + + ---------
Может быть потому и курим,
что думаем, - она последняя,
сигарета…
Может быть потому и любим,
что думаем, - она последняя,
эта весна…
Может быть
потому и хотим мы
Свободы, безумства и света,
Что жалким мгновеньем
пред вечностью жизнь нам дана.
Валентин Филатов
Оно отмечено чёрной чертой ----------
смерти.
Видимо, в последние дни Валентин Иванович, лёжа уже в постели, тяжело больной, отмечал чёрной чертой стихи, говорящие о смерти, предчувствуя её приближение.
А в корце одного (своего) самиздатовских сборников чёрным фломастером не дописано:
Конец
Это страшно!..
-42-
«Моя родина там, где проплывают
самые прекрасные облака…»
/Жюль Ренар/.
Не хочу жить по чьи-то заветам,
Жать пшеницу на целине…
Я родился не в том столетье
И, наверно, не в той стране.
Мне страна костыляла в рыло,
Коль его подымал слегка,
Мне страна облака дарила.
С радиацией облака.
Что же спасибо ей за ученье,
За несбывшиеся мечты,
За весёлые приключения
От Одессы до Воркуты!
Ах, не плачусь я и не каюсь!
Плюну в бархат лживых знамён!
Может быть, я сейчас рождаюсь
Для каких-то иных времен…
Мне не надо вождей хвалёных, -
И без них на душе тоска.
Я явлюсь в стране просветлённой,
Где прекрасные облака!
1990 г. «Облака».
Валентин Филатов
-43-
Валентин Иванович Филатов мечтал явиться «в стране просветленной, где прекрасные облака».
Думал ли Валентин Иванович о смерти, когда писал видеть свою страну светлой, с прекрасными, самыми лучшими в мире облаками…?
На этот вопрос трудно ответить.
«А может быть, сегодня или завтра уйду и я томнственным гонцом…»- вспоминается сейчас невольно песня Игоря Талькова. Песня оказалась пророческой. Игорь Тальков ушёл внезапно. Война, с которой он мечтал вернуться в страну гениев, оказалась настоящей.
Оказалась настоящей и та война, с которой не удалось вернуться Валентину Ивановичу Филатову- Поэту с необыкновенно сложенной поэтической судьбой. Он ушёл, но стихи его остались…
«Напутствие»
«И дым Отечества нам сладок
и приятен».
М.Ю. Лермонтов.
Живи, поэт! Стихам дороги нет:
Меняют нынче муз на проституток.
Средь сатанинских времени примет
Не потеряй божественный рассудок.
Живи, поэт! Пройди и Рим, и Крым,
Судьба ж тебе подарит безответно
Отечества приятно-сладкий дым
И первый сборник, изданный посмертно-
Валентин Филатов.
так заканчивается пророческое стихотворение, лирическое размышление Валентина Ивановича. И странно: мы его стихи оценивали или оценили по достоинству только после его смерти…
И оценили ли? Поняли ли до конца.
-44-
Поняли ли до конца смысл всех написанных его строк? Ведь эта маленькая книжица под названием «Полет не имеет конца», изданная Майкопским книжным издательством в 1998 году, в январе (уже после смерти поэта), и перекликающаяся с названием книги Марины Влади «Владимир, или Прерванный полёт» («Vladimir ou le vol arête»)- книга воспоминаний французской актрисы – жены Владимира Высоцкого – лишь небольшая частичка всего творчества Валентина Ивановича Филатова. И неужели правда нашей суровой действительности так и не позволит нашим современникам окунуться в творчество нашего земляка: понять то, о чём нас просил Вл. Высоцкий. Он уже читаем всем миром. Его переводят и на разные языки (не даром я привела французское название книги Марины Влади). И я считаю творчество Великого Русского Поэта – Валентина Ивановича Филатова не менее талантливым. И хочу, чтобы его тоже признали как Поэта с большой буквы и читали… он мне очень Дорог, хотелось бы, чтобы и Вам стали близки и дороги его стихи… И всё…
Кто б ни был ты, о мой читатель,
Друг, недруг, я хочу с тобой
Расстаться нынче как приятель.
Прости. Чего бы ты за мной
Здесь ни искал в строфах небрежных,
Воспоминаний ли мятежных,
Отдохновенья ль от трудов,
Живых картин, иль острых слов,
Иль грамматических ошибок,
Дай бог, чтоб в этой книжке ты
Для развлеченья, для мечты,
Дл сердца, для журнальных сшибок
Хотя крупицу мог найти,
За сим расстанемся, прости!
/А.С. Пушкин «Евгений Онегин». стр. XVIX/.
Жаль, что в нашей стране признают, ценят и любят только мёртвых… Валентин Иванович Филатов… Вл. С. Высоцкий… Виктор Цой… Игорь Тальков… Влад Листьев… Булат Окуджава… Галина Старовойтова… Юлий Визбор… Александр Галич… (А. Розенбауму и А.И. Солженицыну в этом плане повезло)… Анна Ахматова… Марина Цветаева… Николай Гумелев… Борис Пастернак… А.И. Куприн… Иван Бунин… Осип
-45-
Мандельштам… Сергей Есенин… Николай Рубцов… Вл. А. Солоухин… Василий Шукшин… А.В. Вампилов…
В начиная с 18 века
Мартиролог или реестр каторги.
Рылеев- повешен.
Пушкин- убит на дуэли, 37 лет.
Грибоедов- зарезан в Тегеране.
Лермонтов- убит на дуэли… на Кавказе-26 лет.
Веневитинов- убит обществом, 22-х лет.
Кольцов- убит своей семьей, 33-х лет.
Белинский- убит, 35 лет голодом и нищетой.
Полежаев- умер в военном госпитале после службы солдатом на Кавказе в течение восьми лет.
Баратынский- умер после двадцатилетней ссылки.
Бестужев- умер на Кавказе совсем ещё молодым, после каторжных работ в Сибири.
Добролюбов…
Герцен А.И. кончает перечень замученных и безвременно погибших словами не отчаяния, а гнева, призывом нарушить рабье молчание.
XX век. Русских поэтом советская власть принялась уничтожать с начала 20-х годов. Расстрел Гумелева, отравление Блока. Павла Васильева чекисты посадили на кол (!), Ганина обезглавили, расстреляли Клычкова, Князева, Наседкина, Клюева и многих других.
Лишь Есенина не могли уничтожить гласно. Владимир Маяковский так рьяно осуждавший «самоубийство» Есенина, застрелился сам, спустя четыре с небольшим года. Вот уже странно так странно. «Есенина и Маяковского убили чекисты», - сказал на проповеди – исповеди священник О. Константин, протоиерей и настоятель Храма Спаса Нерукотворного Образа. «В числе близких знакомых и Есенина, и Маяковского фигурирует весьма однозная /вызывающая крайне отрицательное отношение к себе, крайне неприятная/ личность – кадровый функционер ВЧК – ОГПУ – НКВД Яков Агранов. Именно от него услышала признание об убийстве Есенина и Маяковского чекистами Юлия Солнцева. Тогда Агранов был первым заместителем Берии. Не исключено, что пьяная болтовня на вечеринке с актрисами оказалась роковой для замкомвнудел Агранова. Спустя несколько дней он был расстрелян как враг народа»1. Но не будем долго говорить об этом, а сделаем лишь вывод.
_____________________________________________________________________________
- Вячеслав Коробкин. «Убийство Есенина», «Уб-во Маяковского». Корреспондент, журналист.
-46-
Да, Поэт выбирает себе чёрную судьбу. Кажется, самую душу и самую надежду потеряла с этими именами российская литература… И кажется, сама совесть навсегда осталась с ними в литературе.
Да, у нас любят и ценят только мёртвых. С живыми же мы обращаемся не так, как они того заслуживают. Но, может, пройдет время, и всё станет по – другому?
… Радетели пошлого сыты.
Их доля светла и легка.
А крылья Икара разбиты
За дерзость обнять облака…
/Ш. Бодлер/.
В нас стреляли. И не убили.
Но кровью припахивал дым.
Нам с тобой подрезали крылья,
И не верили, что взлетим.
Ах, как верим, что смиримся
Мы с их жизнью бескрыло – пустой!
Мы взлетели. И яростно мчимся,
Вдохновленные высотой!
Над полями, над рощами милыми,
Сквозь пальбу одуревших солдат,
Мы летим с тобой однокрылые,
На багряный холодный закат.
Кто нас примет в земле неизвестной,
Кто нас, птиц одиноких, поймёт,
Кто послушает наши песни
Про такой небывалый полёт!
Нас бросает в морскую пучину
И о скалы на злом берегу,
Нас сжигает тоска – кручина
По горящему маяку.
Но судьбу не переиначишь.
-47-
Не слабей, дорогая, лети!
Ты летишь, ты все знаешь, та плачешь,
Потому, что маяк – не найти.
Потому, что прижавшись друг к другу,
Друг у друга не видим лица,
Потому, что летаем по кругу,
И полёт не имеет конца. –
В. Филатов. «Наш полёт».
Два имени можно соединить в последнем четверостишии – имя Сергея Есенина и Владимира Высоцкого с именем Валентина Ивановича Филатова.
«Лицом к лицу
Лица не увидать
Большое видится
на расстоянье.
Когда кипит морская гладь,
Корабль в плачевном состоянье».
/С. Есенин. «Письмо к женщине»/.
Тот ураган прошёл. Нас мало уцелело.
На перекличке дружбы многих нет.
Я вновь вернулся в край осиротелый,
В котором не был восемь лет.
Кого позвать мне? С кем мне поделиться
Той грустной радостью, что я остался жив?
С. Есенин. «Русь советская».
Вот что имел в виду Валентин Филатов. О каком корабле идёт речь! О нашей с вами родной, милой России, о которой Сергей Есенин с любовью говорил:
О Русь – малиновое поле, -
И синь, упавшая в реку, -
Люблю до радости и боли
Твою озёрную тоску.
-48-
Но на протяжении десятилетий нечитаем родной русской Россией, которую любил до боли в сердце, которую воспевал «всем существом в поэте».
Но и тогда,
Когда во всей планете
Пройдёт вражда племён,
Исчезнет ложь и грусть,-
Я буду воспевать
Всем существом в поэте
Шестую часть земли
С названьем кратким «Русь».
1924 г.
И невольно вспоминаются строки из песни Александра Розенбаума:
«Метелью белою
Сапогами по морде нам.
Что же ты сделала
Со всеми нами, Родина?!»
И строки стихотворения Валлентина Филатова:
Каждый день выносить перегрузки,
Каждый год горевать – бедовать…
Мы, наверное, трижды русские,
Коль сумели еще выживать!
1993 г.
Ф. Тютчев:
«Умом Россию не понять,
Аршином узким не измерить.
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.
К юбилею (100 лет) Сергея Есенина (1895-1925) Валентин Филатов написал стихотворение «Есенин».
Озера, перелески и луга,
И за рекою песня до рассвета…
В воде река купает облака…
-49-
Ах край рязанский – родина поэта!
Здесь он родился. И листва с деревьев
Кружилась в золотом очарованье
Кружились птицы в небеса взлетев,
Предчувствуя с Отчизной расставанье…
И были зимы, вёсны, месяц плыл:
Сияли звезды холодно и строго…
И синеглазый мальчик выходил
На жизненную трудную дорогу…
Свои он песни тихо напевал, в них рожь, берёзы, край Отчизны милый…
А по стране катился мутный вал
Переворотов, грязи и насилий…
Как трудно жить и время не проклясть,
И верить, что добро не гаснет в людях,
Что никогда России не пропасть
На огненно – кровавых перепутьях!
На запад отплывали корабли,
Но он не слушал лжи и отречений,
Он верил правду матушки – земли
В великое ее предназначение!
Ему б сто лет исполнилось сейчас.
Ах, стариков почтенных много знаю!
Его ж не представляю старых глаз,
И стариком его не представляю!
Он молод был. Он молод будет впредь
Стихом щемящим, песни чистою…
Нам всем дано когда – то умереть
Но дай, Господь, не одряхлеть душою!
Он навсегда Отчизны дивный сын,
-50-
Навечно с нами дар его чудесный,
Пусть мало жил, но как сказал Шукшин,-
Он жизнь прожил длиною ровно с песню!
А больше и не надо ничего:
Чтоб песня его душу нам щемила,
И не подвластна времени – его
Поэзии таинственная сила!
Как высоко взошла его заря!
А было, ведь ругали, запрещали…
А мы его когда-то втихаря
Ночами с упоением читали!
Он приходил к нам в песнях и стихах,
В кипении черёмухи весенней,
В сирени буйной, чистых облаках, -
Понятный и зелёной – Сергей Есенин!
Порой в пути не отыскать следа,
Метет метели, бьют дожди косые…
Мы всё осилим. С нами навсегда
Поэзия, Есенин и России!
1995 г. И Валентин Филатов!
Подумайте как сильно сказано! –
Мы всё осилим. С нами навсегда
Поэзия, Есенин и Россия!
Обратите внимание, на какие ценности указывает Валентин Иванович: каким должен быть человек –
Но дай, Господь, не одряхлеть душою.
Что должно волновать человека, как мы должны прожить жизнь. Да он и сам так! жил! – он жизнь прожил длинною равно с песню! Какое удивительное сравнение. Чем больше я углубляюсь в поэзию Валентина Ивановича Филатова – тем всё чаще удивляюсь тому, как точно, к месту он мог подобрать слова, эпитеты, сравнения! Как ярко они выцвечивают, высвечивают Душу самого автора! До глубины души проникаюсь его творениями. Он призывал к тому, чтобы песня Поэта душу нам щемила – в этом видел
-51-
назначение поэта и его поэзии! И оставался верен этой заповеди до конца своей жизни!
А помните, в чем видели назначение поэта классики русской литературы – М.Ю. Лермонтов: «звенеть, как колокол, на башне вечевой во дни торжеств и бед народных»; А.С. Пушкин: «глаголом жечь сердца людей»; Н. Некрасов: «лиру посвятил народу своему»; В. Маяковский: «светить всегда, светить везде до дней последних донца, светить- и никаких гвоздей – вот лозунг мой и солнца!»
Вернемся к выше поднятым вопросам:
Почему имя Владимира Высоцкого?
«Потому, что летаем по кругу
И полёт не имеет конца»
В. Филатов «Наш полёт».-
В.И. Филатов взял название первому сборнику- «Полёт не имеет конца» из своего творения «Наш полет». Марина Влади назвала свою книгу о Владимире Высоцком – «Владимир или Прерванный полёт».
Чем же близок Владимир Высоцкий Валентину Ивановичу?
Из книги Марины Влади читаю:
«Несколько дряхлых бюрократов в ответе за смерть многих советских артистов. Они не убивали их, как Сталин, и поэтому не отвечают публично и поимённо за злодеяния. Но мы знаем, что все они – палачи, что они лишили страну лучших творцов.»
Не часто ли мы думаем, что всеми успехами мы обязаны государству. Если человек – гений, то обязательно он своим воспитанием обязан государству. А таланты в это время «пропадают», голодают. Алла Пугачёва как-то в интервью по телевидению вспоминала:
«Раньше никаких льгот не было: я возила с собой кипятильник, варила в стакане яйцо, жила в обыкновенном общежитии, когда выезжала на гастроли».
Неужели так же относятся к гениям за рубежом? Владимир Высоцкий признан за рубежом, признан Иван Бунин, А. И. Куприн и другие. А у нас в России гении не нужны, умы тоже, не признаны при жизни. Мне думается, потому их не признают – потому, что большую часть заработанного или своим талантом, гениальным умом, трудолюбием, старанием, бессонными ночами, творчеством, гибкостью своего ума – они должны были бы отдавать государству (что они и делали). Их просто обкрадывали. Что давало государство эти людям? Что от него получали таланты?? – (Первый сборник, изданный посмертно…) и лишь после смерти гонорары от их творений, изобретений… переходили в «карман» государства.
Великолепный ученый, наделенный могучим интеллектом, Андрей Дмитриевич Сахаров, никогда не забывал, что атом представляет угрозу, если попадет в небрежные или
-52-
преступные руки. Всю свою жизнь он посвятил борьбе за мирное примирение атомной энергии. АД. Сахаров понимал, что эта энергия может и уничтожить человечество и сделать его жизнь счастливой. Андрей Дмитриевич желал свои открытия поставить на службу людям. Не думал о собственном комфорте, сосланный в Горький, он страстно защищал своих единомышленников, отсаивая право человека на свободу и счастье. Академик отказался от вполне заслуженных им наград, поставив условие: он примет их, если в стране не останется ни одного политзаключенного. В своем последнем выступлении, уже стоя на грани смертельного круга, А.Д. Сахаров сказал, что он гордится своей ссылкой и счастлив... вокруг него, маленького и сухонького, бушевали негодующие депутаты, кипели неприятие и злоба, а он жил...и был счастлив...
-Что такое счастье, ветер?
-Счастье это жить.
А еще повсюду вести добрые носить...
В.И. Филатов
... «С восемьдесят первого года Любимов показывал спектакль /речь о нем пойдет ниже/ в твой день рождения /имеется в виду день рождения Вл. Высоцкого/ и в годовщину смерти. Пять лет группа хранила в памяти текст и музыку, а играла всего два раза в год... Я пишу эти строки в 1987 году. Любимов уехал, Эфрос умер, театр остался сиротой. Никаких новостей о спектакле».
Почему актеры вынуждены были держать в памяти слова, а не записывать? (Почему А.И. Солженицын многие годы держал в памяти многие документы, а М. Цветаева - стихи... ?) Очень хорошо даёт ответ на этот вопрос Марина Влади - жена Вл. Высоцкого, которая искренне желает разобраться в непростых явлениях советской действительности конца 60- х-нач. 80-х годов, понять мотивы беспредельной любви В. Высоцкого к своей Родине. Пытался разобраться в этих явлениях и Валентин Филатов. Поэтому цитирую некоторые «страшные моменты» этой жизни, данные увиденные Мариной Влади. В последние годы жизни Вл. Высоцкий жил и работал благодаря ей, Мариночке /как он тепло о ней отзывается в своих письмах/. Вот последнее письмо Володи, написанное до 11 июня 1980 года ( а Вл. Высоцкий умер 25 июля 1980 года):
«Мариночка, любимая моя, я тону в неизвестности. У меня впечатление, что я смогу найти выход, несмотря на то, что я сейчас нахожусь в каком - то слабом и неустойчивом периоде.
Может быть, мне нужна будет обстановка, в которой я чувствовал бы себя необходимым, полезным и не больным. Главное - я хочу, чтобы ты оставила мне надежду, чтобы ты не принимала это за разрыв, ты - единственная, благодаря кому я смогу снова встать на ноги.
Еще раз - я люблю тебя и не хочу, чтобы тебе было плохо.
Потом всё встанет на своё место, мы поговорим и будем жить счастливо.
Ты. В. Высоцкий».
Подпись «ты», которую мы использовали в нашей переписке, появилась после того, как мы с тобой услышали однажды одну красивую индийскую притчу.
В день свадьбы невеста заперлась по обычаю в новом доме. Спустилась ночь, жених стучит в дверь, она спрашивает: «Кто там?» Он отвечает: «Это я». Она не открывает. И так проходит много дней, и она не хочет открыть. Наконец, он снова приходит однажды вечером. Она спрашивает: «Кто там?» Он отвечает: «Это ты», она открыла дверь и своё сердце».
После смерти Владимира Высоцкого очень много было разногласий по поводу памятника на его могиле.
«По поводу памятника на могилу между Володиной семьей и мной разразился скандал. В одном из стихов, названном «Памятник», Высоцкий оставил что-то вроде завещания, где ясно сказано, чего бы он не хотел видеть на своей могиле.
Давид Боровский - он около пятнадцати лет работал с Володей - устроил по моей просьбе выставку проектов памятника.
На мой взгляд, ничто так не напоминает блестящую и такую недолгую жизнь Владимира Высоцкого, как отколовшийся кусок звезды, оплавившийся в воздухе, оставивший огненный след в небе и завершивший свой стремительный полёт на могиле поэта. Прямоугольник земли, выступающая из него необработанная порода сверху- метеорит. И небольшая надпись - «Владимир Высоцкий». И даты. К несчастью, это не подходило родителям. Они отвергли мою идею, варварскую и непонятную для них, под предлогом того, что эта тяжесть раздавит их сына. Им нужен был монумент во весь рост, хорошо узнающийся. Я надеюсь, что конкурс поможет нам найти компромисс».
Пока приходили к решению и выбирали вариант памятника, на могиле Вл. Высоцкого были горя свежих цветов, меняющихся каждый день, зимой и летом, руками друзей, - что может быть лучше? И это радовало Марину. НО...
«Ноябрь восемьдесят пятого года. Мне только что сообщили, что памятник установлен. Отныне на твоей могиле возвышается наглая позолоченная статуя, символ соц. реализма - то есть то, отчего тебя тошнило при жизни. И поскольку она меньше двух метров в высоту, у тебя там вид гнома с озлобленным лицом и гитарой вместо горба, окруженного со всех сторон мордами лошадей. Это уродливо, не лезет ни в какие ворота и смешно.
На цоколе надпись: «От родителей и сыновей». К счастью, меня не втянули в этот скандал. Открытие происходило только в присутствии родителей. Не было никого из моих друзей. Фарс продолжается...»
Марине Влади так и не удалось убедить родителей на необходимости другого памятника. Она защищала свой выбор, ссылаясь на стихи мужа. Говорила, что Высоцкий был поэтом, артистом, а не Героем Советского Союза и что реалистич. скульптура, выбранная родителями будет противоречить его образу. Но все напрасно...
Я при жизни был рослым и стройным
Не боялся ни слова, ни пули
И в привычные рамки не лез.
Но с тех пор, как считаюсь покойным,
Охромили меня и согнули,
К пьедесталу прибив ахилес.
Не стряхнуть мне гранитного мяса,
И не вытащить из постамента
Ахиллесову эту пяту,
И железные ребра каркаса
Мёртво схвачены слоем цемента –
Только судороги по хребту.
Я хвалился косою саженью:
Нате, смерьте!
Я не знал, что подвергнусь суженью
После смерти.
Но в привычные рамки я всажен –
На спор вбили,
А косую неровную сажень
Распрямили.
И с меня, когда взял я да умер,
Живо маску посмертную сняли
Расторопные члены семьи.
И не знаю, кто их надоумил,
Только с гипса вчистую стесали
Азиатские скулы мои.
Мне такое не мнилось, не снилось,
И считал я, что мне грозило
Оказаться всех мёртвых мертвей, -
Но поверхность на слепке лоснилась,
И могильною скукой сквозило
Из беззубой улыбки моей.
Я при жизни не клал тем, кто хищный,
В пасти палец.
Подойти ко мне с меркой обычной
Опасались
Но по снятии маски посмертной –
Тут же, в ванной, -
Гробовщик подошел ко мне с меркой
Деревянной.
А потом, по прошествии года,
Как венец моего исправленья,
Крепко сбитый, литой монумент
При огромном скопленье народа
Открывали под бодрое пенье,
Под моё - с намагниченных лент.
Тишина надо мной раскололась –
Из динамиков хлынули звуки,
С крыш ударил направленный свет,-
Мой отчаяньем сорванный голос
Современные средства науки
Превратили в приятный фальцет.
Я немел, в покрывало упрятан, -
Все там будем!
Я орал в то же время кастратом
В уши людям!
Саван сдернули - как я обужен!-
Нате, смерьте!
Неужели такой я вам нужен
После смерти?!
Командора шаги злы и гулки
Я решил: как во времени оном
Не пройтись ли, по плитам звеня? –
И шарахнулись толпы в проулки,
Когда вырвал я ногу со стоном,
И осыпались камни с меня.
Накренился я - гол, безобразен, -
Но и падая вылез из кожи,
Дотянулся железной клюкой,
И когда уже грохнулся наземь,
Из разодранных рупоров всё же
Прохрипел я: «Похоже- живой!»
И паденье меня и согнуло,
И сломало,
Не торчат мои острые скулы
Из металла!
Не сумел я, как было угодно –
Шито - крыто.
Я напротив, ушёл всенародно
Из гранита.
Вл. Высоцкий.
Это стихотворение мне хочется посвятить Валентину Ивановичу.
(а ведь еще при жизни Вл. Высоцкий предчувствовал, что именно всё так и будет - и тогда и написал это бессметное, относящееся ко многим поэтам:
«Я при жизни был рослым и стройным,
Не боялся ни слова, ни пули...»
«Этот пьяница, этот антисоветчик, этот отступник, этот бесталанный человек, этот мерзавец, этот враг, этот сумасшедший, этот плохой сын, этот отвратительный отец, этот опустившийся человек, который якшается с иностранкой, - это ваш сын, Семен Владимирович. Этот превозносимый публикой актёр, этот признанный творец, этот человек, страстно влюбленный в родную землю, неутомимый труженик, патриот, ясновидец, лишенный общения с детьми отец, терпеливый и снисходительный сын, человек, свободный и счастливый в своей личной жизни,- это тоже ваш сын, Семен Владимирович. Ваши медали, тяжело заработанные на войне, не дают вам сегодня права извращать истину. Вы никогда ничего не понимали. Песни вашего сына только резали вам слух. В вашем кругу его образ жизни считали скандальным. И вы предали его. И даже если вы не понимаете размеров вашего деяния, этот поступок был вдвойне преступлением: вы оклеветали человека, и это был ваш собственный сын. В течение двенадцати лет я старалась примерить вас. Но вас волновало лишь собственное спокойствие. Вы хотели, чтобы его творчество не выходило за общепринятые рамки. Вы никогда по-настоящему не интересовались произведениями вашего сына. Вы никогда не понимали его борьбы, потому что она не вписывалась в ваше представление о жизни. Во время ваших ужасных споров о памятнике на могиле меня поразила одна вещь. Вы несколько раз намекали мне, что ваше последнее пристанище будет рядом с сыном. Я ответила резко, что это всё-таки могила, а не коммунальная квартира. Но от вашей неожиданной известности, ежедневных знаков народного обожания по отношению к вашему сыну вы вошли во вкус почестей. Поставив этот абсурдный памятник, вы готовитесь высечь там своё имя. Вы. который никогда не поддерживал вашего сына в борьбе за правду, готовитесь разделить с ним посмертную славу». /»После смерти»/ Валентин Иванович мечтал /он при жизни не надеялся/... когда-нибудь явиться «в страну просветлённую».../где бы его творчество понимали, он был бы нужен людям.../ Почему?
При жизни Валентина Ивановича не многие лестно отзывались о нём и о его творчестве. Помню его за чтением своих стихов, в частности стихотворения см. выше «Больное». Когда я ещё впервые со студенческой скамьи Нижнетагильского пединститута, с далёкого Урала худенькой девочкой приехала в Элитовскую СШ № 14 работать. Первый День Учителя... Валентин Иванович читал свои стихи. Страстно, гневно. Многие не понимали- отчего Валентин Иванович нервничает, кричит, с надрывом, с болью в сердце произносит каждую фразу, каждую строку. Они не вдумывались в смысл прочитанных строк, - осуждали Поэта за его резкое чтение /им казалось он им в лицо бросает: «Чего же вы творите, сволочи!». Не понимали, насколько это всё мучает его в жизни. Он острее чувствует, острее переживает боль (Больное»), неправду, несправедливость этого мира. Они (Поэты) не такие, как мы. Они не похожи на нас. Они чище, справедливее нас. Они не молчат. А их не понимают... Это мучительно... Это больно...
И Валентин Иванович больше всего в жизни боялся непонимания.
А я боюсь непонимания
В дебате, взгляде и строке...
Непонимание, как камень.
Зажатый в потном кулаке.
Вокруг - кивающие хари,
Но ты уже давн пропал:
Непониманием ударят,
И с ног сшибают наповал!
Авторитет их несминаем,-
Так высоко они сидят,
И говорят: «Не понимаем».-
И понимать - то не хотят.
Спасибо за лихую славу,
За сигарет тягучий дым!
Узнал я как легко неправым,
И как тоскливо остальным.
...ты мокрый плащ с меня снимала,
Давала место у огня...
И нежно - нежно обнимала
Насквозь озябшего меня.
1970 г. Валентин Филатов.
«А я боюсь непонимания».
«Метеорит, упавший в самом центре Сибири, должен был символизировать на могиле жизнь Владимира Высоцкого».
/Вспоминаю спор в семье Филатовых, рассказанный дочерью Викой: «Как-то вечером за чашечкой чая зашёл разговор о том, что каждый хотел бы увидеть на совей могиле - какое посаженное дерево? И Валентин Иванович мечтал о том, чтобы на его могиле посадили калину красную, как у Василия Шукшина /т.к. очень любил В. Шукшина/.- Но об этом позже... и мечта В. Филатова сбылась. На могиле Поэта дочерью и родственниками посажена калина красная, по его просьбе.
«К несчастью, так не случилось с Владимиром Высоцким... но я узнала в восемьдесят пятом году, что астрономы Крымской обсерватории назвали вновь открытую планету между орбитами Марса и Юпитера ВЛАДВЫСОЦКИЙ. Она значится под номером 2374 в Международном каталоге планет.
Часто я смотрю на звёзды и улыбаюсь от мысли, что среди этого множества планет в огромной галактике блуждает маленькая светящаяся точка, и это вечно живое небесное тело связано с именем моего мужа.
«Послушай, всё равно мы знаем, что Ты здесь! Выходи! Заговори!» Так вечером 25 июля 1981 года публика общается с твоим голосом. В переполненном как никогда зале - такого не было даже на просмотре самых успешных запрещенных спектаклей - люди задают себе вопросы, слушают твои ответы - ясные и меткие, как и всё, что ты написал. На сцене подвешены на канатах ряды театральных кресел, покрытые большим белым полотном, которое в какой - то момент вдруг превращается в волны, а потом застывает, словно живой лёд. И в несколько секунд создаётся новая атмосфера для следующей сцены. Здесь собралась вся литературная Москва, эти враждующие друзья примирились на вечер. Сидя на обычном своем месте, Любимов тихонько плачет. Я сижу справа от него, и у меня по щекам тоже тоже текут слёзы, в отсутствии которых на похоронах меня упрекали. Меня поразила оригинальность решения. Меньше чем за три часа Любимову удалось выразить самое главное в твоей жизни, а значит, немного и в моей. Он показывает нам 20 лет жизни нашего поколения- 60-е - 80-е годы, - 20 лет кипучего творчества, 20 лет борьбы. Это - воспоминание обо всех друзьях, сосланных, брошенных в тюрьму, исчезнувших, загнанных, вычеркнутых из списка живых из - за невозможности работать из - за водки, наркотиков, от отчаяния. Ещё - это спектакль о любви: в нём показана наша встреча и всё, что было до и после - вплоть до последнего стихотворения. И ещё - это спектакль о твоей тяжёлой работе по восемнадцать часов в день, о твоей борьбе с отчаянием... моментами мне становится неловко - не используя ничего, кроме твоих стихов, Любимов, показал самые тяжёлые моменты нашей жизни. И начинается сатирическая часть. Публика, как всегда, стонет от смеха. Как здорово слышать мощную реакцию зала, знать, что все исписанные листочки, магнитофонные записи, отчаянные попытки определить «смерть», «допеть» не пропали даром - несмотря ни на какие запреты!
Мне судьба - до последней черты, до креста
Спорить до хрипоты, а за ней - немота,
Убеждать и доказывать с песней у рта,
Что не то это вовсе, не тот и не та
…
Пусть не враз, пусть сперва не поймут ни черта,
Повторю даже в образе злого шута.
Но не стоит предмет, да и тема не та,
Суета всех сует - всё равно суета.
Только чашу испить не успеть на бегу,
Даже если разлить - всё равно не смогу.
Или выплеснуть в наглую рожу врагу, -
Не ломаюсь, не лгу - не могу. Не могу!
…
Лучше я загуляю, запью, заторчу,
Всё, что за ночь кропаю - в чаду растопчу,
Лучше голову песне своей откручу,
Но не буду скользить, словно пыль по лучу.
Если всё- таки чашу испить мне судьба,
Если музыка с песней не слишком груба,
Если вдруг докажу, даже с пеной у рта, -
Я умру и скажу, что не всё суета!
Вл. Высоцкий.
«Юбиляр»
/1938 -1998/
Высоцкому сегодня - шестьдесят
Избавившись от времени кошмаров,
Не получив ни званий, ни наград,
Он стал известней многих юбиляров.
При жизни не издавший ни строки.
Он песнею вошёл в сердца народа.
Его шаги посмертные легки,-
Высоцкий молодеет год от года!
Пусть здравствует бессмертный юбиляр,
Вселенский бард, поющий - нерв эпохи:
В нас запылает совести пожар!
И не нужны овации и вздохи...
Валентин Филатов
Вспоминаются слова самого Вл. Высоцкого: «Я признан всеми, и всё-таки меня не печатают. Я ни член Союза писателей и не член Союза композиторов - официально я вроде не поэт и не композитор. Меня никто не запрещает, но никто и не печатает». А он мечтал печататься, мечтал о том, чтобы его книги читали...
Эти слова с болью отозвались в моём сердце, когда я их впервые услышала из уст самого Вл. Высоцкого по телевидению. И слова Леонида Филатова: «Беда Юрия Петровича Любимова - его театра /в котором работал Вл. Высоцкий/- это болото, оно не любило Вл. Высоцкого, это шулера, которые делали ему больно, доводили его». Вл. Высоцкий вспоминает:
«Я понял, какие вокруг люди. Стоит начать делать что - нибудь, чтобы понять, как мало на свете честных, порядочных людей. Чтобы понять, какие вокруг тебя люди, кто тебя окружает».
Это больно. Это было больно и Марине Влади. Она пела:
«Я несла свою беду
По весеннему по люду.
Подломился лёд - душа оборвалася.
Камнем под воду пошла, а беда хоть тяжела,
А за острые края задержалася...»
К сожалению, эта беда постоянно преследовала не только Вл. Высоцкого, но и Валентина Филатова.
Не потому ли с болью отзывается в его сердце.
«Плач по Высоцкому».
/Венок сонетов/.
Так талантливо написанный.
/Венок сонетов - сложное стихотворное произведение из 15 сонетов. Сонет - стихотворение, состоящее из двух катренов и двух терцетов. Первая строка каждого сонета повторяет последнюю стоку предыдущего. Заключительный сонет /магистрал/ состоит из первых строк каждого из четырнадцати сонетов, связывая их воедино./ Привожу строки, которые соответствуют и самому Валентину Ивановичу Филатову. /Венок сонетов настолько сложное произведение, что написать его удавалось немногим поэтам. «Плач по Высоцкому» В.И. Филатова /настолько/ яркое, выразительное произведение. Не помню авторов, которые бы настолько поняли Вл. Высоцкого и так хорошо и в то же время правдиво сказали о гениальнейшем Человеке нашей эпохи, нашем с вами современнике, Поэте - Владимире Семеновиче Высоцком/.
1.
Я плачу по Высоцкому Володе.
Ушёл, прожив чуть больше сорока.
Как рано отрывается мелодия,
Как рано обрывается строка!
В его стихах была и боль, и ярость,
Он рвался в неземные виражи,
Его душа по небу исстрадалась
Средь раболетья, мерзостей и лжи.
Средь подлости, бессилья и насилья
Он обретал невиданные крылья
И людям отдавал себя всего.
Ах, есть певцы нежнее и пригожее,
Есть даже чем-то на него похожие, -
Таких, как он, уж нету никого!
2.
Таких, как он, уж нету никого,
Чтоб был так честен, искренен и ясен,
И может быть, все это оттого,
Что путь пророка на Руси опасен.
Цветаева, ???, Гумелев,
Васильев, Маяковский и Есенин...
И мы молчим. И не находим слов,
Пред памятью вставая на колени.
Со всех сторон с небес глядят на нас
Зрачки их ясных непотухших глаз,
Чтоб равнодушья не было в народе.
Да, надо, надо, чтоб на раны - соль,
Да, надо, надо, чтоб сердца щемила боль,
Когда страна в разладе и в разброде!
3.
Когда страна в разладе и в разброде,
Когда в почёте спекулянт и мот, -
Хвала тому, кто в общем хороводе
Угодливые песни не поёт!
Когда тускнеет небо голубое,
И на клочки изодран прежний флаг,
Хвала тому, кто будет сам собою,
Не отступив от правды ни на шаг!
Высоцкий знал, что значит беспредел.
И потому, за нас страдая, пел.
Когда просвета нет ни одного.
Когда до слез за Родину обидно.
Когда в тумане солнышка не видно,-
Так не хватает голоса его!
4.
Так не хватает голоса его,
Когда сбивает плечи нам усталость,
Когда уже святого ничего,
В заблудших душах наших не осталось.
Ах, встань, Высоцкий! Глянь на наш разгром!
Боюсь, сейчас за праведное слово.
Как Листьева, убили бы тайком,
Или при всех, у сцены, как Талькова.
О, сколько б песен он сейчас сложил,
Рвясь к нашим душам из последних сил!
А он от нас хотел всего лишь малость:
Чтобы потом его поэтом называли.
И пусть не все Володю понимали, -
В таком певце столетие нуждалось!
5.
В таком певце столетие нуждалось;
В гульбе иль скорби, с кубком иль кайлом,
Эпоха в его песнях проявлялась,
Как на рентгене - собственным нутром!
Он знал эпохи ссадины и раны,
Знал времени неумолимый бег,
Он также знал, что поздно или рано
Поднимется пропащий человек!
И верил он - ещё не всё погибло.
И верил он, что есть в народе сила,
И что народ пойдёт не в тьму, а в свет.
А потому Высоцкий и эпоха
Верны друг другу были без подвоха.
Эпохе нужен был такой поэт!
6.
Эпохе нужен был такой поэт:
Его студенты слушали и воры,
Профессора, создатели ракет,
Могильщики, шахтёры, прокуроры,
Строители, солдаты и врачи,
И альпинисты, и посол в Карачи...
И даже протрезвевшие бичи,
Засевшие на дальней речке Ваче.
И слушали его звучащий стих
Латыш, татарин, белорус, адыг...
Душа его всем людям открывалась!
Он чувствовал тоску матроса в море.
Он понимал вдовы несчастной горе,
На боль людскую сердце отзывалось.
7.
На боль людскую сердце отзывалось.
Гитара, сцена... Падал пот с лица...
И на концертах публика влюблялась
В чуть хрипловатый баритон певца!
А он любил, чтобы цветы в подарок,
И не любил, чтобы за глаза - хула,
Жалел волков и ненавидел шавок.
Что тявкают на всех из - за угла.
/Помните песню М. Шуфутинского «Волк»/.
Ты пойми меня, пойми- нет чудес.
Сколько волка не корми - смотрит в лес.
Сколько волка не ласкай - смотрит вдаль.
А в глазах его - тоска и печаль.
Не заглушит предков зов бабья лесть.
У меня от нежных слов - в горле кость.
Гладь меня или не гладь - малый толк.
Всем ручным не может стать серый волк.
Зло не может стать добром
Мрак не бант.
Для меня твой тёплый дом - что капкан.
Зверобоем не привить белену.
Даже днём я буду выть на луну.
Цепь стальную попали - разорву
Но свободу не продам за жратву.
Если стану жить, твой двор сторожа,
Не простят мне мой позор кореша
И однажды у ворот - в час ночной
Горло мне перегрызёт брат родной.
Но зачем тебе такой лютый зверь.
Не держи меня - открой настежь дверь.
Пахнет плотью чьей-то след там вдали.
Отпусти меня, а нет - пристрели./
Он слишком был доверчив и заметен,-
Ах, сколько о Володе было сплетен!
Был даже на Высоцкого запрет.
И не прощала серая бездарность
Ему таланта песенную ярость.
В нём был прозренья негасимый свет!
8.
В нём был прозренья негасимый свет.
На всю страну таганским был рапсодом,
И Гамлету он находил ответ:
Быть или не быть. Да - быть. Всегда с народом!
Нас приучали мыслить одинаково.
Чтобы не сбиться на пути прямом,
Но был и он, что нынче на Ваганьково,
Учивший думать собственным умом.
Он песнями помог нам разобраться
Что - свято, а пред чем не преклоняться.
Но кто сейчас поможет всем нам, грешным?
Мы верим вождям, красиво верующим,
Но разуверяясь в нашем светлом будущем,
Себя опять мы чьей - то ложью тешим.
9.
Себя опять мы чьей-то ложью тешим,
Уходит век, все прошлое круша,
И кто-то усмехается по - прежнему,
Что снова наша куплена душа.
Игрался в вождей и демократов...
Кто ж на себя возьмет хоть часть вины
За то, что гибнут бедные солдаты
За чьи - то троны с разной стороны?
Ночами страх и запертые двери...
В каких краях ещё нас ждут потери?
И я взываю в ночь и утром вешним,
В апреле и метельном феврале
На горестной униженной земле:
- О помоги, Владимир, нам, ослепшим!
10.
О, помоги, Владимир, нам ослепшим,
Врывайся к нам сквозь мрак небытия!
Пой снова нам о нашем наболевшем,
Убереги от злобы и нытья!
Убереги нас песнею своей
От патоки пустого славословья,
От зависти расчетливых друзей,
С усмешкой нам желающих здоровья.
Мы плачем у могил своих любимых,
Но смерти зачеркнуть тебя не в силах,
И смерти не замкнуть твои уста.
Твой голос - в фильмах, книгах, на кассетах,
Врывайся к нам, чтоб мы не гнулись в бедах,
Пусть снова засияет нам мечта!
11.
Пусть снова засияет нам мечта,
И над землёю пусть горят рассветы.
О, Родина, вовеки будь чиста,
Побольше пусть живут твои поэты!
На Маркса уповали и на Троцкого,
На Сталина лихие трудодни...
Прости, страна, - я верую Высоцкого.
Он к Господу поближе, чем они!
Я верю - злом не уничтожить зло,
Я верую в поэзии крыло, -
Оно поможет людям подниматься.
А потому - не умирает бард!
Нет для него запретов и преград -
К нам в сердце его песни вновь стучатся.
12.
К нам в сердце его песни вновь стучатся,
И не ослабевает их накал,
И слышу я, как он кричит нам: Братцы,
Не ставьте мне почётный пьедестал!
Он не любил речей и монументов.
Когда с трибун - казённые слова...
Была одна отрада у поэта,
Чтоб песнею душа была жива.
И он оттуда, с Млечного Пути,
Приходит к нам сиренями цвести,
И листьями на клёнах распускаться.
Травою звонкой, шелестом берёз,
Весёлым громом свежих майских гроз
Он нас зовёт любить и возрождаться!
13.
Он нас зовёт любить и возрождаться,
И не играть у бездны на краю,
А более всего остерегаться,
Чтоб не попасть в чужую колею.
С ним никогда в одном строю не спеться
Рвачом стиха, взошедшим на Парнас,-
Высоцкого измученное сердце
Наверно, до сих пор болит за нас
Да будет время - выметут на свалку
Ворюгу, краснобая и гадалку,
И казнокрада выметут с поста...
А нынче им не спится, им не сладко:
Им песней бьет по морде правда - матка!
Жизнь все расставит на свои места!
14.
Жизнь всё расставит на свои места,
Кому - побег, иль мрак тюремных сроков,
Кому - хвала, признанья высота,
Ну а кому - забвение потомков.
Разбросанные камни соберут,
Поэтов мёртвых издадут стихи,
И светлый храм до неба вознесут,
Чтоб смертные отмаливать грехи.
И вновь для подрастающих внучат
О новой жизни песни прозвучат.
Напишутся поэмы и рапсодии.
Цель снова замаячит вдалеке,
И будет всё прекрасно, но в тоске
Я плачу по Высоцкому Володе...
15.
Я плачу по Высоцкому Володе.
Таких, как он, уж нету никого.
Когда страна в разладе и в разброде,
Так не хватает голоса его!
В таком певце столетие нуждалось.
Эпохе нужен был такой поэт.
На боль людскую сердце отзывалось,
В нём был прозренья негасимый свет.
Себя опять мы чьей - то ложью тешим...
О, помоги, Владимир, нам, ослепшим,
Йусть снова засияет нам мечта!
К нам в сердце его песни вновь стучатся,
Он нас зовёт любить и возрождаться.
Жизнь всё расставит на свои места!
1995 г. Валентин Филатов.
цикл «Тревожная тишина». К 15-летию со дня смерти В.Высоцкого.
Как странно, но когда читаешь «Плач по Высоцкому» Валентина Филатова, хочется заплакать по В.И. Филатову и сказать этими же словами о Валентине Ивановиче. И все эти строки - страстные, гневные, сказанные с любовью и болью – о нем самом!!! Горька судьба поэтов!
В нас убивала власть
Силу, талант и страсть,
И оставалась у нас
Горечь потухших глаз.
Мы выходим в мир,
Бросив тоску квартир,
Но оставалась тоска,
Как седина у виска.
Вместо дорог - забор.
В нас не стреляли в упор,-
Били из-за угла.
Вот вам и все дела!
Ссадины и синяки,
Да самогон с тоски...
К нам, притворяясь, шли
Девочки за рубли.
В друга рядился подлец,
Честным казался лжец,
И притворялась страна
Будто бы счастьем полна.
Ну-ка, налей полней!
Стали мы злей и умней.
Нас уже, как ни крути,
Не обмануть на пути.
Нас не возьмешь на испуг, -
Рвём этот замкнутый круг
Лести, коварства, лжи...
И прячут от нас ножи!
И ни к чему нам тужить, -
Жить нам ещё да жить!
А за небитых в стране
Битый - в двойной цене!
1996 г. В. Филатов.
«Застольная», из цикла
«Черное эхо»
Есть люди, которые метеоритом, ураганом свежего воздуха врываются в нашу жизнь, оставляя после себя яркий, неизгладимый след. Ещё при жизни они становятся легендой, одно упоминание имён которых согревают душу, делает добрее, чище. Таких людей много. Но хочется сказать о моих современниках, почти сверстниках, так как мы жили с ними рядом, мы общались с ними. Они дарили нам своё тепло. Помню, когда Валентин Иванович, словно ветер, врывался в школу, шёл по школьному коридору и, если ты находился на другом конце коридора, он громко и радостно кричал: «Маринка, здорово!» И сразу на душе становилось легче, теплее, хотелось стать лучше, чище душой, терпимее... И что - то внутри ликовало. И мужественнее переносил трудности, чувствуя рядом плечо друга, который не предаст, не продаст...
И сейчас думаю о том, какая же я всё - таки счастливая, что мне удалось видеть рядом - живого Поэта! Общаться с ним, восхищаться им, читать его! стихи!!! И иметь в подарок от него один из «нескольких», тогда ещё самиздатовских, сборников его стихов с его личной надписью: «Марине от автора. С наилучшими пожеланиями. Апр. 1995 г. Вал. Филатов»
И Венок сонетов - «Плач по Высоцкому» - еще в коричневой обложке, с любовью
оформленной автором для меня и подписью:
«Марине от автора в год 15-летия со дня смерти Высоцкого.
1995 г.»
И я очень горжусь этим, и тем, что знала этого человека, была влюблена в его стихи. И сейчас очень им дорожу. Спасибо Вам, Валентин Иванович, за ту Любовь и Дружбу, которую Вы мне дали.
Валентин Филатов... Владимир Высоцкий... Игорь Тальков... Влад Листьев... Булат Окуджава... Галина Старовойтова...
Для этих людей любить свою Родину означало - не молчать, не бездействовать! И я верю, что рано или поздно звезда и# Таланта, Правды, Доброты воссияет и не погаснет уже никогда. И целое поколение не будет задавать вопрос: «Кто эти люди... /как когда- то о Высоцком/.
Приутихла острая боль невосполнимой утраты, но по - прежнему не покидает чувство сожаления и горечи, что их нет с нами в столь трудное для нашей Родины время... Владимир Высоцкий покатался с женой по всяким заграницам и по весям, побывал в приличном обществе, но так и не был признан у себя на Родине.
Игорь Тальков только два раза успел побывать за границей - в Чехословакии и Германии. Больше не захотел никуда. «Я просто увидел, как живут чехи, и подумал: «Если так живут чехи, то из Америки я просто приеду больным и никогда не выздоровлю».
Валентину Ивановичу так и не удалось побывать за границей (если не считать ближнее Зарубежье - г. Чернобыль) о ней он слышал только по телевидению.
Но какая причудливая была у Высоцкого слава! С одной стороны, почти полное молчание в отечественной прессе, на радио, TV, с другой - поистине всенародная любовь. Его имя с неизменным постоянством собирало полные залы, будь то академическая аудитория или скромный зал Дома культуры где - нибудь в глухом посёлке шахтёров или старажителей. А как складывалась судьба Игоря Талькова знают лишь немногие. Так что же мешало Талькову заявить о себе раньше, хотя бы в 25 лет? Петь свои песни он начинал, когда ему было 23. Восемь лет! безуспешно пытался пробиться сквозь броню художественных советов радио, телевидения, студей грамзаписи... «Вы не член Союза писателей. Занимайтесь - кА лучше своим делом», - таков был ответ. Почти такой же, как и Высоцкому. А он работал. Много, упорно. Занимался, как считал сам, своим делом. Играл на бас - гитаре, писал песни, делал аранжировки.
Валентин Иванович - жил в одной из российских глубинок - посёлке Майском. О котором мало кто знал. И ему так и не удалось пробить эту «броню» при жизни. Его знали «немногие». Но эта малочисленная аудитория любила его, понимала. Надеюсь, что и его звезда таланта взойдет над Россией и будет ещё долго освещать «темной ночью» дорогу к Дому.
Близким другом Валентина Ивановича был заслуженный учитель Российской Федерации-
Дмитрий Валентинович Толмачев. У Валентина Ивановича есть цикл стихотворений -
«Подписи к картинам Заслуженного Учителя Российской Федерации-
Художника
Дмитрия Толмачёва»
Валентин Иванович
Валентин Иванович Филатов - Поэт.
Дмитрий Валентинович Толмачёв- Художник. Но вместе они могли быть как одно целое. Делали одно и то же. Но только Валентин Иванович - в стихах. А Дмитрий Валентинович - в картинах. Это очень талантливые люди. Но таланты нашей стране не нужны. Они не понимаемы. Изжили из школы Дмитрия Валентиновича. /Стандартные приёмы жизни!/ а ведь стены все в нашей школе любовью оформлены Дмитрием Толмачёвым. Это зелёные березовые рощи, голубые дали озёр, силуэты милых женщин, зовущих в прекрасный мир, розовые закаты, зовущие дали будущего, звездный мир планет. Он стремился сделать нашу школу красивее, светлее, а детей - своих учеников - добрее, чище. Он очень хороший, талантливый Учитель. Дети чувствуют Добро. Они тянутся к Дмитрию Валентиновичу, любят его.
И сегодня, когда он снова (к счастью!) в школе, снова ощущается дуновение свежего, чистого, тёплого ветерка. Дети повеселели, они с радостью идут на его уроки! /из слов моей дочери и других моих учеников/.
Валентин Иванович и Дмитрий Валентинович следовали правилу: не делать того, к чему душа не лежит, не писать о том, о чем не хочется. И в этом они находили прелесть своей жизни.
«Люди, которые получают всё и сразу, очень быстро сгорают. А так ты идёшь, ты надеешься, веришь. Ты знаешь, что у тебя должно получиться. Где - то светит звёздочка, и ты идёшь, тянешься... через ямы, канавы. Но она светит, и ты к ней идёшь».
Игорь Тальков.
Они шли к своей звёздочке, тянулись к ней. Но ушли, так и не дойдя до неё. Как измерить ценность судьбы? Мерой счастья или мерой беды? Скорее всего - степенью глубины того и другого. Им были ведомы дружба и вражда, любовь и одиночество, вера и сомнение, полнота счастья и бездна отчаяния...
Мало кому выпало на долю столько непонимания, сколько им. Мало кому наше общество и наша власть так мешали жить и работать, делиться с людьми своими душевными сокровищами (заметьте, НИЧЕГО не требуя взамен) и /жизнетворческими /сокровищами/ жизнетворческой энергией - «горька судьба поэтов». Но мало кто - да что там, просто никто не явил в наше время такую, как Валентин Иванович, Дмитрий Валентинович, Владимир Высоцкий, Игорь Тальков, силу творческой воли и духовной независимости. А я сегодня выйду из игры, Оставив женщин, ждущих и зовущих, Оставив всех завистников орущих, Я просто молча выйду из игры.
Я убегу в себя, как листопад,
Я убегу, как дети убегают,
Когда на них за что - то накричат,
А дети все прекрасно понимают.
Я убегу, без злости замолчу.
Как река и озёра замолкают,
Когда их льдом морозы замыкают,
И ничего потом не захочу.
О, как мы все выходим из игры!
Не в этом дело, - раньше или позже.
Мы в звёздные врываемся миры,
А на земле нас подло бьют по роже.
И может, по такой уже природе,
Верны бывая только до поры.
К нам женщины приходят и уходят,
И насовсем выходят из игры.
И выбежав на чистые снега.
Мы закричим деревьям ошарашено,
Что каждый был талантлив, как Дега,
Да вовремя не вышел из вчерашнего.
Валентин Филатов. «Однократность».
Прорвав линию «красных флажков», которая, по всем представлениям, должна была раздавить любого, они донесли до людей свое слово, успели выстроить свой образ мира. Поэтому их судьбу не измерить рамками жизни только одного исторического поколения. Их судьбы вышли на уровень отношений человека и мира. Таких людей совсем немного, но, если они одарены художественным талантом, их творчество становится всеобщим достоянием.
Хорошо, чтобы это поняли нынешнее и будущее поколение. А память о них живёт в сердцах людей, в названиях малых планет, названных в честь них (будем надеяться их будет больше), в их песнях и стихах. И вечерами мы ставим свои любимые.
Но когда я читаю о Владимире Высоцком, невольно думается о В.И. Филатове. Как схожи их судьбы, борьба, непризнание обществом, талантливость, желание найти «истину в вине», когда жизнь становится невыносимой
У Владимира Высоцкого:
В холода, в холода
От насиженных мест
Нас другие зовут города, -
Будь то Минск, будь то Брест, -
В холода, в холода...
Непроста, непроста
От родных тополей
Нас суровые манят места -
Будто там веселей, -
Неспроста, неспроста.
Как нас дома ни грей –
И хватает всегда
Новых встреч нам и новых друзей, -
Будто с нами беда
Будто с ними теплей.
Как бы ни было нам
Хорошо иногда -
Возвращаемся мы по домам.
Где же наша звезда?
Может - здесь, может - там...
1965 г. Вл. Высоцкий. «В холода».
У Валентина Ивановича Филатова:
+ + + Летят отчаянно снежинки.
Как летом к стёклам мотыльки...
Загнусь когда - нибудь в глубинке
От водки, сплетен и тоски...
В домах огни, готовят ужин,
Визжат в сараях кабаны...
Здесь я ни капельки не нужен.
И Мои рифмы не нужны...
Тебе, забытая глубинка,
Нужна жратва, а не стихи.
Ты, как пустая четвертинка,
Заброшенная в лопухи...
Плывёшь в снегах, в российской грусти...
Какие будут берега?
Ответь, родное захолустье
Тоска... Безмолвие... Снега...
1992 г. хорошо!
В.Филатов.
«Летят отчаянно снежинки»
Цикл «Ссадины»
«Одночество»
Просыпаюсь, курю среди ночи,
И печально к окну подходя,
Я смотрю на летящие строчки
Косо бьющего в стёкла дождя...
1992 г. В. Филатов.
«Ссадины» - цикл (см. выше)
«Откуда зима»
Откуда к нам является зима?
Быть может, появляется сама
Из радостей, печалей, белизны.
Улыбок детства? Ранней седины
…
Валентин Филатов.
цикл «Восьмой цвет радуги»
+ + +
Дождь прошёл, всё солнце ждёт...
Дождь оббил на землю яблоки и сливы...
Вот так и наша жизнь пройдет,
Как этот скоротечный ливень...
Вот так и жизнь пройдет, спеша,
Меж невезений и везений...
И лишь крылатая душа
Застынет в небе в изумленьи.
1992г. В.Филатов.
Цикл «Ссадины».
У Вл. Высоцкого:
Корабли постоят - ложатся на курс, -
Но они возвращаются сквозь непогоды...
Не пройдет и полгода - и я появляюсь, -
Чтобы снова уйти,
Чтобы снова уйти на полгода.
Возвращаются все - кроме лучших друзей.
Кроме самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все - кроме тех, кто нужнее, -
Я не верю судьбе,
Я не верю судьбе, а себе - ещё меньше.
Но мне хочется верить, что это не так,
Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.
Я, конечно вернусь - весь в друзьях и делах, -
Я, конечно, спою,
Я, конечно, спою - не пройдёт и полгода.
Я, конечно, вернусь - весь в друзьях в мечтах, -
Я, конечно, спою,
Я, конечно, спою, - не пройдёт и полгода.
1967 г. Вл. Высоцкий
У Валентина Филатова:
«Из коры кораблик
Колыхнется около.
Ты, куда, кораблик?
Речка пересохла».
Роберт Лоуэлл.
Ах, как сгорают наши корабли,
Приставшие к обугленным причалам!
Ах, как огонь оранжев и печален
Над крохотною памятью земли!
Сгорают... и кому - то невдомёк,
Что паруса нам заменяют небо,
Что можно жить без хлеба,
Но без неба
Никто из нас и дня не проживёт.
И я молчу, упав на парапет,
Сжав мокрый лоб горячими руками.
Как больно паруса колышут пламя
До пепла догорающих надежд!
Ну вот и всё! Ах, были корабли!
Ну вот и всё. И море, как отчаяние.
Ну вот и всё. И надо жить сначала.
И не на чем отчалить от земли...
1970 г. Валентин Филатов.
«Ах, как сгорают наши корабли».
У Вл. Высоцкого:
...Я смеюсь, умираю от смеха:
Как поверили этому бреду?!
Не волнуйтесь - я не уехал,
И не надейтесь - я не уеду!
1970 г. «Нет меня - я покинул Росею»
+ + + Вдоль обрыва, по - над пропастью, по самому краю
Я коней своих нагайкою сжегаю, погоняю...
Что - то воздуху мне мало - ветер пью, туман глотаю, -
Чуть с гибельным восторгом: пропадаю, пропадаю!
Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
Вы тугую не слушайте плеть!
Но что - то кони мне попались привередливые -
И дожить не успел, мне допеть не успеть.
Я коней напою,
я куплет допою - хоть мгновенье ещё постою
на краю...
1972 г. «Кони привередливые».
Вл. Высоцкий. «Наш полёт» и другие стих, о
«Вечности» Вал. Филатова (см. выше и далее...)
«Свет» и др.
Владимир Высоцкий.
«Песня о друге»
«Он не вернулся из боя»
«Притча о правде и лжи»
(Булату Окуджаве поев.)
«Баллада о любви»
Валентин Филатов.
«Другу»
«Солдаты»
«Убили дерево»
«У обелиска» /»Вечный огонь»/
И другие стих, цикла «Чёрное эго».
«Правде жмут ботинки»... (см.
далее... и выше...) «Она была»
«Любовь» и др
Коротко об авторе.
Так называются три прочитанных мною автобиографических статьи. Попытаюсь объединить весь материал в одной.
Валентин Иванович Филатов. Родился в Адыгее, тогда входившей в состав Краснодарского края, ныне являющейся Республикой, в 11947 г. По году рождения - кабан. По знаку зодиака - Водолей.
Окончил СШ с серебряной медалью и поступил в Одесский Ордена Трудового Красного Знамени Госуд. университет им. И.И. Мечникова, где на четвёртом году учёбы
был исключен в связи со студенческими протестами на события в Чехословакии. Позже продолжил обучение в Армавирском пед. институте.
Служил в Советской Армии в ракетных войсках стратегического назначения Прикарпатского военного округа.
Строил новый город Адыгейск.
Жил и работал в Комсомольске - на - Амуре, Ленинграде, Сочи, Средней Азии. Объездил весь бывший Советский Союз.
Был каменщиком, штукатуром - маляром, слесарем, электриком, агентом Госстраха, руководителем агитбригады, пожарником, сторожем, художником - оформителем, учителем средней школы, корреспондентом газеты.
В КПСС не состоял.
Принимал участие в ликвидации Чернобыльской катастрофы. Имеет правительственные награды.
Печатается с семнадцати лет.
Долгое время, будучи представителем андерграунда, печатался в самиздатовских кругах и за рубежом.
Краткая аннотация к одному из самиздатовских сборников:
«В стихах представителя андерграунда Валентина Ивановича есть определённость суждений и прямоты, есть непривычность формы и содержания для официальной /бывшей советской/ литературы, поэтому автор известен более в самиздатовских кругах и за рубежом. Поэт очень остро воспринимает и отражает современную жизнь развалившегося Союза. В книгу вошли циклы разных лет: «Явь», «Однократность», «Иронические стихи» и др. разнообразна география творчества поэта, объездившего всю страну.
Его герои - наши современники: уголовники, работяги, проститутки, люди творческого круга (цикл «Великие»).../
Печатался в Ленинградских журналах, Краснодарских краевых, Адыгейских республиканских и районных газетах.
В последнее время его стихи публиковались в коллективных сборниках Санкт - Петербурга, республиканском журнале «Литературная Адыгея», многочисленных газетах, альманахе «Литературный Оштен» и др.
Местными композиторами на стихи В.И. Филатова написано много песен.
До сих пор не может издать собственный сборник. С 1995 гола в Адыг. книжном издательстве готовится к печати книга стихов поэта «Високосный век», выпуск которой задерживается по неизвестным причинам.
/Хочется сказать о некоторых причинах, по которым при жизни Поэта сборник так и не вышел в свет. Прочитала переписку В.И. Филатова с Председателем Государственного Совета Хасэ Республики Адыгея Евгением Саловым.
1 письмо. «Дорогой Валентин!
Получил твоё письмо. Предвыборные дела действительно занимают время. Но жизнь состоит не только из них. Оба экземпляра рукописи твоего стихотворного сборника «Шальное небо» с предисловием Е.П. Шибинской и со своим сопроводительным письмом передал директору республиканского книжного издательства П.К. Кошубаеву, предложив включить в план издания на 1996 год. Конечно, это только часть дела. Но последующие усилия - лишь подкрепление главного. А главное - добротная рукопись. По форме и содержанию. И это лучший аргумент за издание.
Второй номер журнала «Литер Адыгея» открывается твоими стихами «Ясень», «Фронтовики», «Песня», «Непобедимые». Он вышел в ноябре. Взять экземпляры журнала можно в его редакции у И.Р. Жадько или Н.Н. Шпака.
Вот пока и все литерат. новости. Здоровья тебе, дорогой чернобылец, и веры, что шальное небо будет нашим. Спасибо тебе за добрые слова и пожелание успехов на выборах. От их результата в известной мере будут зависеть и литературно - издательские дела. Но это уже другая тема. С уважением, Евг. Салов. /подпись/. 04.12.95 г.»
Сколько времени тянется волокита по изданию! «А ведь встречи уже может и не быть!»
Письмо 2. «Дорогой, Валентин!»
То, о чем ты написал- потеря авторской рукописи в издательстве, это ЧП. Безобразие, которому и названия нет.
Но возмущаться - зря время тратить. Надо действовать.
Первое, что сделаю, официально обращусь к директору и главн. редактору изд-ва с просьбой найти рукопись - не может быть, чтобы не было следа.
Тем не менее - в наше время всё возможно. И надо быть готовым ко второму. Если вдруг рукопись не найдется! Смой знак возмущения), надо, как ни трудно, по черновикам, надеюсь, они сохранились, восстановить «Шальное небо»».
/Ужас, возмущению нет предела. Восстановить по черновикам такую грандиозную работу больному! человеку!/
Продолжение письма
«И эту потерю - беду превратить в средство издания книги в 1997 году. То, что случилось,
Накладывает на издательство моральный и правовой долг перед автором в первоочередном порядке выпустить именно твою книгу.
Естественно, что своим долгом считаю принять необходимое участие в этом деле, чтобы оно завершилось добром.
С уважением,
Председатель Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея Е. Сало /подпись/»
06.11.96 г.
/Ужасный факт потрясает. Сколько же пришлось пережить В.Ивановичу, плод нескольких лет работы, бессонных ночей. Да разве можно словами выразить ту боль, которую испытал поэт.
Это ответ Е. Салова на письмо В. Филатова - можно догадаться о чем просил Поэт в своём. И несмотря ни на что, доброе отношение к людям сохранилось у Валентина Ивановича к людям, возможно, виноваты в потере сборника его стихов /В. Филатова/ «Шальное небо».
Может быть, я немного повторяюсь, но снова хочется вспомнить то время, когда я в 1983 году приехала из далёкого Урала в Южный край.. Впервые встретилась с В.И. Филатовым. Да, «День Учителя» был, мой первый в жизни. В.И. читал стихи. А читал он «Больное».
«Ах, как много святынь растоптали!
Ах, как много сломали церквей!
Но душою богаче не стали,
И, наверно, не стали умней...
«Ах, как много святынь растоптали!», пели «Девочка, продлись еще мгновенье», детские песенки вместе с Дмитрием Толмачёвым.
Шутили, смеялись. И снова с возмущением Валентин Иванович читал:
«Не дай Бог».
/Потому что эта боль не замолкала в нём ни на минуту/.
Боль за каждого человека в деревне, будь он трудяга - алкаш, наркоман или одинокая мать или брошенная своими же детьми мать - старушка! О ней следующее стихотворение:
Посмотрите на наше будущее:
Вон, старуха будет неимущая,
Тихо - тихо бредёт, хромая
В декабре, сентябре и мае,
Ночью, вечером, в ранний час
Тихо - тихо бредёт среди нас.
У неё где - то есть детишки,
Но от этого не веселей, -
У детишек свои сберкнижки,
Её пенсия сорок рублей.
Жизнь свою в колхозе угробила
На телят и худых коров,
Платье к смерти себе приготовила,
Да подправила отчий кров...
И ни ордена нет, ни славы,
Будто даже и не жила...
Лишь как прежде в пожухлых травах
Заливаются перепела.
А сынки далеко. Там заработки.
И не балуют мать письмом
У неё на стенке две грамотки
За надои в сорок восьмом.
Вот и всё. Остальное - жутко.
Подвести попросила газ,-
Сельсоветская проститутка
Отказала,- мол, не до вас!
Дров не дал председатель двурушный
/Может, дал бы за магарыч.../
И смотри со стены равнодушно
Сверхгерой Леонид Ильич
Печь натоплена, небо хмурится...
Кто придет старухе помочь?
Наркоманами стали тимуровцы,
И алкашка соседка дочь...
Эх, правители - активисты!
До чего ж вы страну довели:
В коммунизм призывали речисто
И лишь нищих старух развели.
Вы докатитесь тоже до ручки,
Кто, ненужных, вас защитит?
Пусть у вас после каждой получки
Не башка, а душа болит!
Заболит по таки вот старухам,
Что живут на задворках страны,
Заболит по великой разрухе,
Хоть полвека уже без войны...
По детишкам - рвачам и пьяницам,
И по внукам больным на треть...
Не дай Бог, в коммунизме состариться
И в приюте потом помереть!
1989 г. В.Филатов. «Не дай Бог»/
/Тогда я увидела Человека, глубоко чувствующего, горячо, взрывно переживающего за всё, переживающего за каждого из нас через своё сердце. Огонь. Молния. Буря страстей и переживаний в его стихотворениях сразу тронули мою душу, не оставили равнодушной. Смысл стихотворений - гневное обличив советской действительности. Но мнения разделялись: были, влюблённые в его творчество, и не признающие Валентина Ивановича как человека, не понимающие его, видящие в нём только дерзкого человека, не умеющего себя вести в обществе.
«А я боюсь непонимания - это стихотворение не случайность. Непонимание общества, нелюбовь, непризнание. С этим сталкиваются Поэты России! Шрам в душе В. Ивановича остался надолго...
*** Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.
28 ноября 1866 г. /Ф. Тютчев/.
*** Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовется, -
И нам сочувствие дается,
Как нам даётся благодать...
27 ф. 1869 г. Ф.И. Тютчев./
Р.1. В.И. Филатов погиб 1 ноября 1998 года, ему было всего 51 год. И лишь после смерти поэта, буквально через месяц в 1998 г., в декабре, вышел в свет первый сборник его стихов под названием «Полёт не имеет конца». Туда вошли избранные стихотворения В.И. Филатова из его циклов «Восьмой цвет радуги» и «Тревожная тишина».
Валентин Иванович так и не увидел этого издания — «маленькой брошюрки» его стихов - крупицы его титанического труда.
Так заканчивается автобиография, составленная самим В.И. Филатов. /P.S. - моё/.
1 ноября замечательный великий Поэт России погиб. Страшно, мучительно. Организм не выдержал... защищая нас от Чернобыльской катастрофы, отдал всю свою жизнь служения России, народу. А мы! Мы смогли спасти поэта? Что мы сделали для того, чтобы ему было легче жить? Создавать свои бессмертные творения? За этими скупыми строками автобиографии открывается жизнь Настоящего Человека, огромной Несгораемой Души.
Его стихи - это стихи гениального, талантливого Поэта. Удивляюсь, как В.И.Филатову удалось охватить все стороны нашего Бытия /Над «загадками бытия» задумывался и мой любимый поэт М.Ю. Лермонтов./
Как жить, каким нравственным принципам служить, во что верить? Кому верить? И верить ли вообще? Что такое Правда? Доброта? Справедливость? Если сегодня люди, в которых верил, которых любил, которые вчера возвышенными фразами говорили тебе о добре и зле, справедливости, честности, взаимопонимании, сегодня - тебя просто рас - топ - та - ли.
И скучно и грустно...
И некому руку подать
В минуту душевной невзгоды.
Не случилось ли так с Михаилом Лермонтовым? Не случилось ли так с Валентином Ивановичем Филатовым? Который не умел и не хотел маскировать чувства, оставался всю жизнь доверчивым и неосторожным.
Постоянно задумываясь над загадками бытия, расставляя всё и всех на свои места, он остался в этом мире один. Одиночество в жизни /почти с самого раннего детства. Так как после смерти матери - Марии Михайловны, когда Михаилу было всего 4 года, бабушка поэта Е.А. Арсеньева, запрещала отцу Юрию Петровичу навещать сына. И как больно было от этого Михаилу Юрьевичу, как он страдал от невозможности соединить всех в одну семью. Об этом он рассказывает в стих. «Кавказ», «Ужасная судьба отца и сына», «Пусть я кого - нибудь люблю...», «Эпитафия».
В одном из них сказано:
Я сын страданья. Мой отец
Не знал покоя по конец,
В слезах угасла мать моя...
На смерть отца он откликнется такими строками:
Ты дал мне жизнь, но счастья не дал;
Ты сам на свете был гоним,
Ты в людях только зло изведал...
Но понимаем был одним / «Эпитафия», 1832 г./.
Этим одним был М.Ю. Лермонтов. Впоследствии шестнадцатилетний Лермонтов напишет в одной из своих тетрадок: «Музыка моего сердца была совсем расстроена». Суровая жизнь с малых лет расстраивала ему эту «Музыку сердца».
Пусть я кого - нибудь люблю:
Любовь не красит жизнь мою.
Она как чумное пятно
На сердце, жжет, хотя темно;
Враждебной силою гоним,
Я тем живу, что смерть другим:
Живу - как неба властелин -
В прекрасном мире - но один.
1831 г.
Одиночество в любви, непонимание Родины, близких. И больше, чем открытая злоба врагов, его ранила ядовитая клевета друзей.
Куда идти? Где обрести душевное успокоение? Кому упасть на грудь, «кому поведать все свои печали», когда кругом стена непонимания.
Об этом Валентин Иванович напишет в своем стих. «А я боюсь непонимания». Лермонтов всё это пережил сам, не потому ли так грустны его строки.
Белеет парус одинокий
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далёкой?
Что кинул он в краю родном?..
/«Парус», 1832 г./
Нет, я не Байрон, я другой,
Ещё неведомый избранник,
Как он, гонимый миром странник.
Но только с русскою душой.
Я раньше начал, кончу ране.
Мой ум немного совершит;
В душе моей, как в океане,
Надежд разбитых груз лежит.
Кто может, океан угрюмый,
Твои уведать тайны? Кто?
Толпе мои расскажет думы?
Я - или бог - или никто!
/1832 г./
Таков и Валентин Иванович. Поэт, талантливый человек, проживший в п. Майском, тоже услышанный только единицами.
А стихи его актуальны, они наполнены болью нашего времени/.
В том числе и философски размышляя о смысле человеческой жизни, бытия, соприкоснуться со вселенной помогает нам творчество В.И. Филатова. И другого человека нашей современности - Анастасии
Замечательная книга Вл. Мигре «Анастасия». В ней рассказывается о необыкновенной женщине, обладающей даром исцеления души и тела человека. Вл. Мигре встретил её, находясь в деловой поездке по сибирской реке. Автор и предположить не мог, что с ним произойдет такое. В глухом таёжном уголке живёт Анастасия, которй Богом дан дар провидения, открыты великие тайны сущности всего земного. Путь к здоровью физическому и духовному, считает она, совсем иной, чем думают многие из нас. И не только так считает, но многое делает для людей.
/ «Эта книга не относится к публицистике, фантастике или приключениям, несмотря на всю необычность и фантастичность произошедшего. Её жанр мне определить не удалось» - пишет Вл. Мигре. Но многие люди, прочитав её, сами того не замечая, стали писать стихи. Это удивительно. Они опубликованы в конце книги: «Анастасия» -1
«Звенящие кедры России» - II (здесь вы найдете много интересного о необыч. свойствах кедра и мн. др.) «Пространство любви» - III.
Вот одно из стихотворений, которое, как пишет его автор, полились из души сами собой: «Стихи... взглянув в синь её глаз, на одном дыхании полились... это было 10 мая 97 г., 14.30 - 14.35 - это как результат ТОГО, что светится, когда на одной волне.»
/г. Сочи. Карпенко В.И./
Явление. Синь
России... Глубина...
Сила дивная от Света
Господом тебе дана.
Как спокойно то Величье,
Что заложено в тебе:
Чувств глубинность,
Дух бесстрастья,
Неподвластность рок - судьбе!
И несешь ты лучик Света,
Пробивая темноту.
Человек - Анастасия,
Сотворившая Мечту.
Как хочу с тобой быть нужной,
Для свершения гореть...
Позвала нас.
Здесь мы.
Жаждем.
Не позволь горящим тлеть.
Синь России...
Свет в рассветах...
В даль распахнуты глаза...
Радуйся, Анастасия:
Золотистая Мечта
Там,
Рожденная тобою,
Пробудивши здесь сердца,
Полетела дальше, Дальше!
Возжигая на дела.
«...Я посылаю вам стихи - это маленькая доля чувств, которые мне подарила Ваша книга. Я очень хочу, чтобы Вы знали, что людей, верящих в Анастасию, настолько много, что они бы зажгли второе солнце».
... Не верь чужим словам,
Коль скажут, всё пройдёт.
Из тех, кто видит храм,
Не всяк в него войдет.
Пусть наша жизнь, как бег
По разным этажам,
Но каждый человек
Свой выбор сделал сам. –
«Храм».
Александр Коротинский оказался ещё и бардом. В его песне «Храм» звучат целые фразы, сказанные Анастасией.
- За светлую радость, которую несёшь ты людям, за очищение душ спасибо тебе, бард, - сказала Анастасия.
Удивителен эпиграф к книге:
«Существую для тех,
для кого существую».
/Анастасия/
И снова, мы видим, Поэзия Валентина Филатова - это отражение всей Вселенной в его Душе. Разрешение Загадок Бытия, философские размышления о Храме человеческих душ, о назначении человека в этом мире. И снова удивляюсь Таланту Поэта!
/«Человеку дана Душа. Все видимое подвластно человеку, и он, человек, волен, даже по отношению к Богу, любить его или не любить. Никто и ничто не может управлять человеком помимо его воли. Бог хочет любви человека в ответ на свою любовь, но Бог хочет любви свободного человека, совершенного и подобного ему.
Бог создал всё видимое и планеты в том числе. Они служат для обеспечения порядка и гармонии всего живого: растений, животного мира; помогают человеческой плоти, но они абсолютно не властны над душой и разумом человека. Не они направляют человека, а человек через своё подсознание движет всеми планетами.
Если один человек захочет, чтобы на небе вспыхнуло второе солнце - оно не появится. Так устроено, чтобы не произошло планетной катастрофы. Но если все люди одновременно захотят второе солнце - оно появится.
При составлении гороскопа прежде всего необходимо учитывать основные величины: уровень временной осознанности человека, силу воли и духа его, стремления души и степень её участия во мгновении сегодняшнего бытия.
Благоприятные и неблагоприятные дни, магнитные бури, высокое и низкое давление свободно побеждают они; воля и осознание.
Разве не видел ты счастливого и радостного человека и пасмурную погоду - ненастье или, наоборот, грустного, душевно поникшего - в солнечный день?
Ты думаешь, что я фантазирую, как сумасшедшая, когда говорю о том, что заложенные мной в книгу комбинации и формулы из букв будут исцелять и просветлять людей. Не веришь мне, потому что не понимаешь... в это на самом деле так просто. Вот я говорю сейчас с тобой твоим языком, твоими оборотами и даже интонациями иногда стараюсь. Тебе легко будет запомнить сказанное мною, потому что это твой язык, присущий только тебе, но не понимаемый многими людьми. В нем нет непонятных слов, мало присущих в быту оборотов. Он простой и потому понятный большинству. Но я чуть - чуть меняю, ну, как бы переставляю слова некоторые, только чуть - чуть. Ты находишься в возбужд.
состоянии сейчас и потому, вспомнив это состояние, вспомнишь всё, что говорила я тебе. И запишешь сказанное. Так попадут в написанное тобой и мои сочетания букв. Они очень важны. Они могут творить чудеся, как молитва. Ведь многие из вас уже знают, что молитвы и есть определенные сочетания и определенные комбинации из букв. Эти сочетания и комбинации выстроены просветленными людьми с Божьей помощью. Тёмные силы всегда стремились отобрать у человека возможность пользоваться благодатью, исходящей от этих сочетаний. Для этого они даже меняли язык, вводили новые слова и убирали старые, искажали смысл. Ранее, например, в вашем языке было 48 букв - сейчас осталось 33. Они привносили свои, другие сочетания и формулы, будоража неизменное и тёмное, старались увлечь человека плотскими похотями и страстями. Но я перенесла первозданность сочетаний, используя при этом только сегодняшние буквы и символы, и они теперь будут действительны. Я так старалась искать. Находила. Собирала всё лучшее из разных времён. Много собрала. Я спрятала их в том, что напишешь ты. Как видишь, это просто перевод сочетаний знаков глубин вечности и бесконечности Космоса, точный по смыслу, значению и цели. Когда появляются в человеке светлые чувства, они обязательно оказывают благотворное влияние абсолютно на все плотские органы. Именно светлые чувства являются самыми сильным и эффективным средством, противостоящим любому заболеванию. Чем сильнее, светлее это чувство, тем больше воздействие оказывает оно на того, кому направлено оно.
…
... - Понимаешь, я сделала тебя /Вл. Мигре/ самым богатым человеком на Земле, самым знаменитым. Так произойдёт ч/з некоторое время.
... Темные силы. Они всегда стремятся своё привнести, вредное. Но я перехитрила их, чтобы осуществить свою мечту. И заставила их механизмы во благо сработать... ...Я неожиданно для них немножко удлинила отрезок времени темных сил, за который тебе придется разные трудности преодолевать. При этом лишила себя возможности лучиком тебе своим помогать. Тебе, мечте моей люди помогут. Своими маленькими, почти не управляемыми лучиками. Но их будет много, и мы вместе воплотите мечту в матер, реальности. Перенесётесь ч/з отрезок времени тёмных сил. Других перенесёте. И ты не будешь заносчивым и жадным, когда станешь богат и знаменит. Потому что поймёшь - главное не в деньгах, за них никогда не получить теплоту, искреннего соучастия человеческой души.
Сильные люди,
высшая оценка
твоей личности –
оценка, данная людьми,
окружаюгцими тебя.
Она много говорила о людях, которых мы называем предпринимателями, об их влиянии на духовность об-ва, а затем подняла прутик и начертила на земле круг. В кругу ещё множество кружочков, в середине некоторых поставила точки. По бокам этого круга другие. Она нарисовала как бы карту планет внутри земного мира и ещё много добавила в неё и сказала:
- Большой круг - это Земля, планета, на которой живут люди. Маленькие кружочки - это маленькие, чем - то объединенные между собой коллективчики людей. Точки - это люди, которые возглавляют эти коллективчики. От того, как эти возглавляющие относятся к людям, что заставляют их делать, какой психологический климат создают, используя своё влияние, будет зависеть, хорошо окружающим их людям или плохо. Если большинству из них хорошо, от каждого из них исходит светлое излучение и в целом от коллектива светло. Если плохо, тогда тёмное.
И она заштриховала часть кружочков, сделав их тёмными.
Это образ жизни, и нет в нём просвета с момента просыпания и до момента засыпания и даже во сне. И не видит он ни распускающихся листочков, ни весенних ручейков. Кругом вечные завистники, желающие завладеть тем, что есть у него. Попытка огородить себя от них тем, что вы называете охраной, домом, словно крепость, полного успокоения не приносит, так как страх и заботы в нём самом и всегда остаются с ним. Так до самой смерти, и уже перед самым концом своей жизни - сожаление, что пришлось оставить ему всё...
…
Нарушена преемственность связи у многих. Но нить не порвана. С Создателем связующая нить. И сразу всех и каждого в отдельности, и лишь понять, почувствовать необходимо каждому, тогда и свет, и силу каждый может обрести. Владимир, ты расширь любви пространство. В той мире, где сейчас живёшь, любви пространство сотвори. Для сына нашего, для всех детей земли, в любви пространство всю Землю преврати.
- Не понял. Чего ты хочешь от меня? Чтоб я всю землю изменил?
- Да, я этого хочу!
- И чтоб любили все друг друга, войн не было, преступности, и воздух чистым был? Вода?
- Пусть будет так на всей земле.
- И лишь тогда будет считаться, что настоящий я отец, что сыну что - то дал?
- Только тогда отцом ты станешь, сыном уважаемым своим.
- А что ж иначе он уважать меня будет?
- За что, Владимир? За деяния свои какие ты уважение сына хочешь получить?
- А за то, за что отцов все дети в мире уважают. Отцы им жизнь дают.
- Какую жизнь? Когда ребёнок в мир приходит, где, в чём он свои радости находит? И почему в подаренном отцами мире несчастий столько происходит? В несчастьях этих должен жить и вновь рождённый, и здесь рождающий себя считает ни при чём, так мы живём и уважение получать себе желаем, и удивляемся, когда не получаем. Поверь, Владимир, немногих из своих отцов по - настоящему их дети уважают. Вот почему, чуть повзрослев, родителей бросают, забывают, тем самым, пусть интуитивно, своих родителей она и обвиняют, и сами их ошибку повторяют. Владимир, коль уважение сына хочешь заслужить, придётся мир тебе счастливым сотворить.
- Ах, так... теперь понятно... - я вскочил. Отчаяние и злоба в голове. Клубком сплелись мысли.
Ну надо же сказать такое: «чтоб сына уважение заслужить, мир переделай, в любви пространство весь мир преврати, сыну подари и детям всем...»
... Я понял лишь одно: тысячелетия проходят, но не прекращается война. Война меж собою, -Мегре.
... Анастасия: «Ты хотел сказать, учений много разных и трудно разобраться тебе в них. Но я скажу, и ты понять всё сможешь, если понять захочешь. Критерием оценки для всего
- ВОДА послужит. Всё с каждым днём грязней становится вода. И трудно воздухом дышать. Чреду правителей мирских, каких бы храмов не воздвигших, потомки будут вспоминать лишь тем, что грязь от нас пришлось принять. И жизнь опасней с каждым днём, а мы живём? Владимир, будто я одна из тех, кто всех учить пытается, как жить. Одна из тех, кто создаёт религию очередную, себя стараясь поставить во главе. Но уверяю, самости такой, что поначалу просветлённых всех потом сжигала, в себе не допущу. Я победить смогу и побеждаю! Остановлю чадящий смрадом дым заводов, поймут шахтёры, они не будут жилки рвать земли. Прошу вас, люди, поскорей профессии свои смените, все те профессии, что вред несут земле - Создателя великому творенью. Ещё немного времени пройдёт, и у беды людской ч/з отрезок времени из тёмных сил людей перенесёт. Владимир, ты вокруг смотри, что помечала я - уже вершится, мечта вселенного подхвачена моя, она всем людям раздаётся, всё человечество уже над пропастью несётся, лишь сомневающийся в пропасть ту сорвётся. Но человечество, поверь, Владимир, человечество спасётся.
Увидят люди, кто такие дети, познают люди жизнь в раю.
События в России не случайно происходят. Владимир, повнимательнее на события смотри. Я отменяю предречённый ад Земли...
- Эй, вы, пророки! Тысячелетия твердящие о безысходности и бренности земного бытия, людей пугающие адом и судом. Смирите пыл свой, вы повинны в том, что понимает небо человек с трудом.
- Эй, вы, себя назвавшие учителями душ людских! Учителя, внушить пытавшиеся человеку, что слаб он духом, ничего не знает, и только вам, как избранным, все истины доступны, и только через поклонение вам доступен Божий глас и истина вселенского созданья. Смирите пыл, теперь пусть знают все: Создатель каждому даёт всё изначально и лишь не нужно закрывать тьмой постулатов, тьмой вымыслов гордыне собственной в угоду Создателя великие творенья. Не стойте между Богом и людьми. Сам с каждым хочет говорить Отец. Посредников Отец не знает.
- Эй, предсказатели веков, тьму человеку предрекавшие, тем самым сотворившие и тьму, и ад. О, как старательно эгрегор свой подписывали вы, пугая человека от имени Отца. Давайте, вот я. Все сюда. Сожгу лучом в одно мгновенье тьмы постулатов вековых. Все злобы на земле, оставь дела свои, ко мне рванись; сразись со мной, попробуй.
Но вы, воители всех вер, ведь это вы все войны создавали. Теперь о войнах не мечтайте. За интересы меркантильные свои обманом мракобесия людей в войну не вовлекайте. Я одна пред вами. Победите. Чтоб победить, все на меня идите. Сражение будет без сражения, помогут в том служители всех вер звучи, Вселенная! Счастливою мелодией звучи! Для них, для всех людей земли. Пусть все мелодию души познают. Вселенской арфы струны мелодий счастливою звучат, людские души слышат их. Они их понимают. Людские души лучики земле, уставшей от невзгод, смотри, Владимир, направляют. При этих словах Анастасия положила руку на пакет с письмом читателей, опустившись на колени. И, восхищённо радуясь, словно ребёнок, говорила:
- Когда у пожилого человека, солдата, побывавшего в бою, твою читая книжку вдруг возникли слёзы. Когда у мамы молодой иное отношение к рожденному ребёнку появилось. И девочка, ей лет ещё двенадцать, всё поняла и станет жизнь любить. Сюда смотри, вот парень молодой наркотики сказал не будет больше брать и к матери своей поехал. Когда из тюрем люди письма шлют, ты видишь, чувствуешь, как души их поют, иную силу обретают... то знаки те, что я нашла, и сочетания вселенских звуков их души понимают, теперь и в них они звучат, они их принимают... пока не все, но будет много их! И небеса об этом знают, и каждого с любовью ждут. Смотри, смотри, как люди понимание своё стихами излагают.»/
/Но это только часть книги. Чтобы понять всё до конца, надо её прочитать. И чтобы нам всем было хорошо, тепло всем вместе в этом мире зла и насилия, надо поступать каждому так, как поступает Анастасия./
Эта же мысль звучит в посмертном стихотворении Валентина Ивановича Филатова «Душа» и в других на эту тему.
Душа.
«И напитаешь душу...
Тогда свет твой взойдет
во тьме... /Исайя, 58, 10/
Я древнего завета не нарушу,
Хоть заповедь, поверьте, нелегка:
Отбросьте суету. Взрастите душу.
Она одна пребудет навека.
В. Филатов.
…
+ + + С годами мы поймём траву и землянику,
С годами мы поймём печаль родных полей,
Значенье сентябрей, кукушечьего крика,
И скорбного отлёта журавлей...
С годами мы поймём закаты и рассветы,
И тихий огонёк, мерцающий во мгле,
И небо прочертившую комету,
Что предвещала смуту на земле...
Поймём жестокий смысл чужбины и Отчизны,
Значенье близких душ, что нас сумели греть...
Поймём, что нам Господь даёт пройти по жизни,
Чтоб это всё понять. И умереть...
И там, где только Бог, и только Слово,
Где мы сольёмся с Вечностью опять. Д
ушой, свободной от всего земного,
Нам Истину высокую понять.
1992 г. Валентин Филатов.
«С годами мы поймём траву и землянику»
цикл «Ссадины».
До последнего мгновения жизни В.И. Филатов работал: что - то исправлял, дополнял в своих сборниках. Ещё веря в то, что хоть после ... его напечатают, его поймут. «А я боюсь непонимания»...
После операции, несколько дней, можно сказать, даже часов, до смерти Валентин Иванович радовался тому, что остался жив. Первые слова, сказанные им дочери с радостным голосом надежды: «Вика! Я ... жив!»
И страшно, когда берешь в руки сборник стихов, которые он держал незадолго до смерти /вероятно, предчувствуя.../ чёрным фломастером написано: Конец... и помеченные чёрной полосой стихи, связанные с темой жизни и смерти, нашего Бытия, философские - отвечающие на вопрос - Кто мы в этой огромной Вселенной?
Он очень любил жизнь...
За этими скупыми строчками автобиографии, сердце Бунтующего человека, человека - Урагана, не хотевшего и не умеющего жить просто.
Да здравствует бунтующий цветок
Средь чёрного обугленного
леса.
Да здравствует сгоревший мотылёк,
Взлетевший к свету огненною
песней.
О слава непоникшим пред
врагом,
Прошедшим через беды и страданья.
... у муравья под вашим сапогом
Величие в самом существованьи!
Валентин Филатов. «Величие».
Он жил по зову своего Честного сердца, не мог и не хотел мириться с ужасающей действительностью, его возмущало всё, что мешало жить простому народу.
И не потому ли так трагична его судьба? И не потому ли он не умер, а погиб.
Как оказался он в Чернобыле? Кто его направил туда? Вероятно, те, кому он мешал, кому он был, как кость в горле. Зная талант В.И. Филатова и его характер человека, не умеющего молчать, жить «тихо», скрываясь за спинами других, посапывая «мирно» и «уютно». Не они ли в очередной раз послали Поэта в Черно Быль, как и некогда А.С.Пушкина на «Чёрную речку». И снова, как и всегда совершает «чёрное дело» на «белом снегу». И, как всегда, Поэтов у нас выносят с «проходного двора».
... Кого ж это так - точно вора
Пристреленного - выносим?
Изменника? Нет. С проходного двора –
Умнейшего мужа России. …
19 июля, 1931 г.
Медон. М. Цветаева.
И снова стреляют в часто голодающий живот поэта.
Но на десятилетие Чернобыля В.И. Филатов напишет:
...Но я горжусь, что мы там были,
И дни лихие не кляну:
Ведь всё же мы остановили
Невидимую ту войну!
Но чтоб беда опять в некрополи
Не превращала города, -
Не забывайте о Чернобыле!
Не забывайте никогда!
/1986-1996/г. Валентин Филатов.
«Не забывайте о Чернобыле».
И вот теперь мне вдруг явно пришла мысль - а может быть Поэт сам хотел быть в гуще этих событий. Быть в трудное время в нужном для страны месте.
Спасая Черное небо Чернобыля, Поэт хотел, чтобы и над ним проплывали белые, «прекрасные облака». Выбирая снова чёрную судьбу для себя, чтобы для других сияло золотое солнце, текли голубые чистые реки и пруды, синие озёра — и чтобы ничего не предвещало беды, и у детей было светлое будущее - и из них вырастали гении.
Но мы - то могли, могли уберечь!
Но не сделали этого!!!
А может, просто не захотели...???
И снова русская рука стреляет в русского Поэта!
Ликовала повсюду весна,
И в душе твоей пела отрада,
Но внезапная туч пелена
Вдруг явилась нам стынь снегопада.
Серной мглой перекрыв синеву,
Словно краски смешав в акварели,
На деревья, на крыши, траву
Хлопья снега печально летели...
В. Филатов. «Мартовский снег».
... А пока, а пока - снегопад...
Мы с тобой на свиданьи печальном,
И слезой затуманен твой взгляд...
Часто задала себе вопрос, - почему стихи В. Филатова печатали сначала, только как посвящение юбилею? «Есенина (Юбилей), Высоцкого, Чернобыль (10 лет). А ведь у него столько прекрасных стихов о Любви, А,0 смысле жизни, философские стихи - раздумья и др.
Но даже и та маленькая крупица - стихи, напечатанные в газетах - говорят о таланте поэта, его глубоком осмыслении окружающего нас мира, людей... P.S. Хочется добавить ещё несколько слов к сказанной биографии В. Филатова. Валентин Иванович - человек огромного сердца, которого хватало на всех нас, живших и живущих с ним рядом. Он никогда ничего не забывал сделать, если обещал. Слово человека, отвечающего за сказанное. Он очень любил жизнь... и был счастлив уже тем, что ЖИЛ...
Что такое счастье, ветер?
Счастье - это жить,
А ещё повсюду вести
Добрые носить!
А несчастье что такое?
С горестью скажу:
Дым и пепел над землею
Если закружу.
В. Филатов
И несчастлив - людскими несчастиями.
Не имея специального образования - (у него) он имел природную одарённость, дарование необыкновенное; темперамент, это необычайный самородок, талант. Он был ещё художником. А специальное образование ему с лихвой заменила жизнь. А жизнь была трудной. Ставя перед собой цель: ни на шаг не отходить от правды, не идти наперекор своей совести, не отступать ни на йоту от справедливости, - он сам создавал себе трудности.
«Правда жмут ботинки?
Снимите их –
Пусть ходит босиком.
А тесные ботинки
Пусть примерит ложь –
Посмотрим, не мала ли правда?» -
Валентин Иванович взял эти слова у Юзеф Озга - Михальского к циклу стихов «Ссадины. - уже сразу давал ответ на вопрос- Что с тобой будет, если ты будешь говорить Правду. Что ты получишь от жизни? - Ссадины.
Я песнь пою у нас на паперти страны
Разодранной, униженной и нищей,
И нет со мной ни друга, ни жены
И сожжено родимое жилище...
Уходит век, все прошлое круша,
И Сатана блаженствуя, смеётся,
Над тем, что наша сломлена душа,
Над тем, что пережить ещё придется
И я уже не плачу, не кричу
От осознанья боли и потери,
Но всё ещё с надеждою стучу
В пустые души, в запертые двери...
На улицах темно от фонарей,
Но знаю темнота вот - вот взорвется
А я стою у запертых дверей,
С надеждою, что кто - то отзовётся...
1992 г. В. Филатов. «Беженец».
Закрытые двери - закрытые души. Об этом писал в своей «Песне» об открытых дверях» Булат Окуджава.
Когда метель кричит, как зверь.
Протяжно и сердито
Не запирайте вашу дверь,
Пусть будет дверь открыта.
А если лёгок дальний путь –
Нелегкий путь представьте.
Дверь не забудьте распахнуть.
Открытой дверь оставьте.
И уходя в ночной тиши
Без долгих слов решайте
Огонь сосны с огнём души
В печи перемешайте.
Пусть будет тёплою стена
и мягкою скамейка-
Дверям закрытым - грош цена.
Замку - пена копейка.
Закрытые двери - закрытые души. Отсутствие Милосердия. Ни трагедия ли это нашего /времени/ века. Об этом говорит и В. Филатов, и Булат Окуджава.
Не та ли эта тема, к которой обращался ещё А.П. Чехов, говоря о назначении Человека, предупреждал: «Берегите в себе человека». «В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли». И о духовной деградации человеческой Души.
«Старимся, полнеем, опускаемся...
Жизнь проходит тускло,
Без впечатлений, без мыслей...»
/«Ионыч» А.П. Чехов/.
«Человеку нужно не три аршина земли, не усадьба, а весь земной шар, вся природа, где на просторе он мог бы проявить все свойства и особенности свободного духа».
/«Крыжовник», А.П. Чехов»/.
Духовное оскудение личности?
– Когда это происходит?
Когда души закрываются, уходят в себя.
Когда люди вокруг не понимают тебя.
Когда происходит разочарование в жизни. Несколько слов хочется сказать о Булате Окуджаве.
9 мая 1999 года ему исполнилось бы 75 лет! (Его не стало летом 1998 года. Великая потеря России!)
Друзья вспоминают о нём: «Когда появился в нашей жизни Булат, мы впервые поняли, что можно мыслить, помогать друзьям, можно уметь дружить». «Песни его человеческие, человеческие мысли, человеческие слова. Впервые в 60-е годы мы услышали человека, который мог сказать что - то своё. А во времена гнёта лжи и насилия он умел и не боялся защитить друзей.» «Когда он пел, мы понимали, что должны быть нежными, добрыми. Мы понимали, что есть добро, а что есть зло». «Говорил он не декларативным языком, он говорил на языке сердца, поэтому его слова доходили до сердец». «Дверям закрытым - грош цена. Замку - цена копейка»...
И часто Валентин Иванович, стучась в закрытые двери /пытаясь опубликовать свои стихи/ и в закрытые души людей - не находили ответа на свою «боль». И от этой боли старался уйти - утопал в омуте вина - искал в нём истину. Но не находил... ответа на свою «боль». А становилось только больнее. И снова, приходя в этот реальный мир, спрашивал себя: «Я хочу видеть небо синее - синее, чистое - чистое, а теперь - зачем так живу? - не знаю, зачем эту дрянь пью? - не знаю.
Сегодня я под мухой,
И, жизнь благодаря,
Я пью с утра сивуху
За праздник Октября.
... За вымерший Чернобыль,
Где до сих пор стоит
Мой обожженный тополь,
Как мальчик - инвалид…
... За наших генералов!
/Перечить не могли!/
За плац, где мы сбивали
Под утро сапоги...
... За суету вокзальную
Подымем стопоря!
За города фикальные,
И за дерьма моря...
За девочек продажных,
Которых я любил,
За ваучер бумажный,
Что вовремя пропил...
Оставьте все заботы, -
Сегодня весел Я!
Расскажем анекдоты
Из нашего былья. ...
1993 г. В. Филатов. «Праздник».
... Надоели призывы, запои
Клоунады, фарсы, мистерии...
Переходит эпоха застоя
Во времена неверия.
Как узреть откровенные лица?
Как кружит вверху воронье!
Где тот храм, чтоб с тобой помолиться
За ушедшее наше житьё...
За исчезнувшую гармошку
За дележку без всяких обид,
И за песню про рожь и бомбёжку,
Что когда - то пел инвалид…
Ax, как пусто в библиотеках!
Но страшитесь такой пустоты.
Отражаются в наших реках
Чьи -то свастики и кресты!
1988 г. В.Филатов
из цикла «Ссадины».
И снова поэт оставался один на один с собой, со своей болью:
Просыпаюсь, курю среди ночи,
И, печально к окну подходя,
Я смотрю на летящие строчки
Косо бьющего в стёкла дождя...
Хлещут струи по лету, по бывшему,
По увядшим, поникшим цветам,
По полянам, по рощам, по крышам,
По несбывшимся нашим мечтам...
1992 г. В. Филатов. «Одиночество». ...
…Я один в эту ночь, в эту осень...
И, наверно, один на земле...
И один огонёк папиросы
Отражается в мутном стекле...
1992 г. В. Филатов. «Одиночество».
И снова вспоминается М.Ю. Лермонтов.
Пусть я кого - нибудь люблю:
Любовь не красит жизнь мою.
Она, как чумное пятно
На сердце, жжет, хотя темно.
Враждебной силою гоним,
Я тем живу, что смерть другим:
Живу - как неба властелин –
В прекрасном мире - НО ОДИН.
Вероятно, как М.Ю. Лермонтов - В.И. Филатов был одинок в этом мире. Иначе не были бы так трагично - горестны его строки:
Мы все с рождения оккупированы
Нас за идеи всех купили
Живём, зажаты, словно в слябинге,
А бунтовать - нервишки слабые.
И кто не знает на руле,
Что значит бунт на корабле!
/снова упоминание о корабле нашем!/
Тузы на крейсерах поплыли,
А мы вповалку на плотах.
Уже запили и забыли,
Что впереди маячит флаг.
Плывем, гребем, или в дрейфе маемся,
И не отчалим, не причалимся...
Любимая, налей! Налей!
Марихуана в наргиле...
Ну что ты плачешь, дай огня!
Спаси меня. Спаси меня.
1970 г. В.Филатов
И далее после этого стихотворения, идёт полёт В.И. Филатова: «Любимая, забей косяк» ВФ.
И снова поэт, как заклинание, оставшись один, твердить слова:
Прикосновению верь, а не глазам.
Верь только в то, во что с рождения верил
Луне и солнцу верь, а не часам,
И верь себе. Всегда себе лишь.
Пусть мелят про суму или тюрьму,
Поверь в судьбу, а не в счастливый жребий
И верь себе. Себе лишь одному,
И от других нисколечко не требуй.
Тебе никто ни в чем не задолжал.
И емертушкой покуда не дохнуло,
Верь только в то, что ты в руках держал,
Что от тебя ещё не упорхнуло.
1991 г. Валентин Филатов.
«Заклинание».
Но, несмотря на это он жил, был счастлив, он не только писал стихи, перевод с украинского стихи, но и рисовал - был великолепным художником - оформителем (Виктория Валентиновна - дочь поэта - после смерти делилась со мной: «Маринка, я не могу находиться в школе - куда ни брошу взгляд - все оформлено его руками - везде его почерк - это очень тяжело...); играл на гитаре, великолепно читал стихи, увлекался футболом, часами на улице мог говорить с ребятами о чём угодно. Был дружен и пользовался авторитетом, и как Человек, и как Поэт. Такой добрый, наивный, открытый, расположенный к людям человек.
У него всегда был думающий взгляд, глубоко проникающий в человека и понимающий человека. Его страстно любили женщины.
Он мог быть и мужиком, в полном смысле этого слова, веселый але.
Он был очень работоспособный. До утра засиживался за своим письменным столом. И его друг - Дмитрий Валентинович - в последнее время часто заходивший к нему по утрам - они снимали фильм о Валентине Ивановиче - заставал его на рассвете еще не ложившимся спать, с включенной настольной лампой, сидящего за столом. Он очень много работал в последнее время, видимо предчувствуя, что не успеет переработать, дополнить, убрать, заменить, исправить что -то в своих сборниках /об этих изменениях позже.../
Валентин Иванович очень любил свою дочь - Вйкторию Валентиновну. И жалел, что они не сблизились раньше /Виктории он признавался в этом, лежа в больнице/. Дочь прекрасно понимала ещё со школьной скамьи, я ее помню в 6 классе. Это мои первые ученики - как! Она читала стихи! Первое, что я услышала от нее - было «Варварство» Мусы Джамиля. А позже меня поразило стихотворение «Торжество» В.И.Филатова, прочитанное Викторией Валентиновной.
До последнего часа Виктория В. Была вместе с отцом. Выслушивала, что он говорил на счет редактирования /стихов/ сборников. И первые слова, сказанные дочери после операции, на которую они вместе надеялись, как на исцеление, были:
«Вика, я жив!»
И хотя его очаровательные глаза угасали, стали серыми с поволокой, глубина осознания человеческого мира ещё существовала в нем. До последней минуты В. Иванович страстно боролся за жизнь, очень хотел выжить... жить...
Любил Валентин Иванович и свою Мать - Ангелину Стефановну Филатову. Такая живая, всегда улыбающаяся старушка. Помню я удивлялась этой женщине, как только в 1983 году приехала в поселок Майский. (Я тогда ещё не знала, что она Мать такого великолепного Человека - Поэта). Она отличалась от всех в селе своей открытостью, а в бухгалтерии, где она работала, каждый приходящий по делам человек не мог не отметить этих веселых дружелюбных глаз, сияющего Добротой и теплотой ласкового лица, с постоянной улыбкой на устах. Как светлый васильковый огонек озарял лица вошедших людей. Среди этих серьезных бухгалтерских работников, обложенных с головы до ног «деловыми папками и кучей бумаг». Её лицо всегда было обращено к людям, к их заботам. И каждому человеку, вошедшему в машиносчетный отдел, хотел задать вопрос именно ей, т.к. от других ответа не жди. Она и сейчас осталась живой, маленькой, но с невероятно огромной душевной теплотой, живо торопящейся сделать что - нибудь по дому, бегущей с тяпкой на дачу. Я никогда не видела ее, медленно шагающей, вымотавшейся от изнурительной работы, с унывающим взглядом. Даже тогда, когда все, отработав на даче, /и она вместе сними/ уныло брели к дому, тихо переговариваясь, она шла летящей походкой, с улыбкой на лице, награждая каждого человека, встретившегося ей по пути, добрым словом и поклоном обязательно (что означало на Руси: здравствуйте, люди добрые!) Удивительный человек! Я не знала ещё тогда - что она Мать великолепного Поэта России - В.И. Филатова. И невольно вспоминается Некрасов:
Есть женщины в русских селеньях,
Спокойною важностью лиц,
С красивою силой в виженьях
С походкой, со взглядом цариц,
Их разве слепой не заметит,
А зрячий о них говорит:
«Пройдёт - словно солнце осветит!
Посмотрит - рублём одарит!»
1870 г. Поэма «Мороз, Красный нос».
...Идут они той же дорогой,
Какой весь народ нам идет,
Но грязь обстановки убогой
К ним словно не липнет...
ч. I «Смерть крестьянина».
Она и сейчас всё в доме сохранила так, как было до смерти Валентина Ивановича. Ангелина Стефановна рано потеряла мужа, /а Валентин Иванович - Отца, которого очень любил/.
/А муж ее - Филатов Иван Гаврилович умер, когда ему было 42 года от кровоизлияния в мозг - от последствий контузии, полученной в годы Великой Отечественной войны. В 1942-1943 годах воевал в Новороссийске на Малой земле. А там, вы помните, были ужасные, тяжёлые кровопролитные бои. В одном из таких боёв Ивана Гавриловича контузило, его взяли в плен.
После ВОв вернулся в родной посёлок Майский и до самой смерти работал главным экономистом совхоза.
О своём Отце, которого очень любил, как и Маму, В. Иванович вспоминает в стихотворении «Отец»:
О эшелоны... эшелоны...
Колеса тяжело стучат,
И женщины кричат с перронов,
Нам, уезжающим, кричат,
И это мне так чётко снится,
Как будто было всё со мной:
В снах поле чёрное дымится, и страшный бой, Огромный бой.
Что хлеб! Хватало бы патронов, -
В боях с весны и до зимы...
А на худых плечах погоны
Так неуклюжи и прямы.
Бегу вперёд. Кричу до хрипа.
И падаю, и вновь бегу...
Но кровь, горячая и липкая,
Уже темнеет на снегу.
И я валюсь в немую пропасть,
Но нет живым пути назад...
И кто - то молча и сурово
Мой поднимает автомат.
... качались майские акации.
И приходил Отец с войны...
Его уж нет. Но снятся, снятся
Его пронзительные сны.
1967 г. Валентин Филатов. «Отец».
Из цикла «Чёрное эхо»- стихи о ВОВ?
Вспоминает Валентин Филатов и своего любимого Деда:
«Дед»
Облака к утру розовели,
Тёк туман парным молоком...
С дедом мы у реки сидели, -
Дед считался в селе рыбаком.
Как пацан, улыбался он радостно,
Слушал всплески, игру карасей
А всходящее солнце красное
Было смыслом рыбалки всей.
Нет, не зря он спешил за околицу,
Когда только восток светлел, -
Дед лицо поворачивал к солнцу,
Не мигая на солнце смотрел.
Забывая про меня и про рыбу,
Онсидел неподвижен и прям...
А я помню его улыбку,
И на лбу его сабельный шрам!
Не любил он рассказывать байки
Про гражданскую нашу войну:
Были белые... Были красные...
Полегли за Россию одну.
А в селе, про него судачили: -
На рыбалку опять с молодым...
Только дед мой не мог иначе, -
Он давно уже был слепым.
Иль с уловом, иль без улова
Шли мы полем, купаясь в лучах.
Вел я за руку деда седого,
Нес мой дед своё солнце в очах.
Перепелка в поле кричала,
Рыжий ветер бродил по стерне,
А река облака качала
В синей ласковой глубине... 1980 г. В. Филатов. «Дед»
Из цикла «Чёрное эхо» - о ВОВ
Из цикла «Чёрное эхо» - о ВОВ
А бабушка- Радченко Валентина Домитиановна - была учителем начальных классов Майской школы, а затем и Первым директором Элитовской СШ № 14./ Единственной радостью и опорой после смерти мужа в жизни Ангелины Стефановны был её сын Валентин Иванович - старший сын, который жил вместе с Матерью. Любила Ангелина Стефановна очень внучку- Вику, и правнучку - Настеньку. Всегда передавала или приносила им сладости, пряники, пирожки и быстро уходила. Не любила надоедать людям. Скажет несколько ласковых тихих слов и - по своим делам... всё бегом, всё скорее.
Что - то было у Валентина Ивановича и от Матери /Отца я никогда не видела.../. /Кроме Валентина, в семье ещё двое детей: Филатов Евгений Иванович - средний сын закончил школу с Золотой медалью - ныне подполковник;
Филатова Татьяна Ивановна - дочь, самая младшая, - сейчас работает в школе учителем физики и математики, закончила школу с медалью. Но они далеко от Матери./
Любил Валентин Иванович и свою жену - подругу, как он ласково и называл в своих дневниках. Тоже Валентину. Валентину Васильевну Филатову. В молодости красивую, белокурую женщину - белоруску с голубыми глазами, страстно влюбленную в стихи В.И.>. Филатова - тоже поэтическую натуру. Валентин Иванович умрёт на ее руках. Были у него и настоящие преданные друзья, которые никогда его не предавали. Любил Валентин Иванович и Василия Шукшина. /ИЗ воспоминаний дочери: «Как - то вечером за чаем собралась наша небольшая семья. И зашёл разговор о бренном...о мире...о жизни и смерти... И начали говорить о том, что каждый бы хотел чтобы посадили /какое дерево/ на своей могиле после смерти. Мама сказала: «Я бы хотела, чтобы посадили стройную белую берёзку. Так как я родилась в Белоруссии - Бела руси. Береза - олицетворение Белой Руси.
/А ведь береза - это и символ Руси.
Я трогаю русые косы,
Ловлю твой задумчивый взгляд.
Над нами весь вечер берёзы
О чём - то чуть слышно шумят.
Берёзы, берёзы
Родные берёзы не спят».
He спят под
Москвою берёзы,
В Париже каштаны не спят...
/ «Берёзы! Слова Лазарева./
К. Симонов: «Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть... -Но эти три берёзы
При жизни никому нельзя отдать.»
/К. Симонов. «Родина»/
И я вспоминаю Хатынь в Белоруссии.
ВО война. Каждый четвертый житель Белоруссии погиб в лихую годину. Каждый четвертый... и как живое напоминание об этом стоят у Вечного огня три берёзы, но навеки останется пустым место для четвёртой.
Прислушивайся к звону хатынских колоколов, и ты услышишь в нём скорбь по жертвам Бухенвальда и Освенцима, Майданека и Бабьего Яра. Ты услышишь в нём голоса миллионов и миллионов тех, чью жизнь оборвала война. Они, сожжённые и расстрелянные, затравленные собаками и задушенные в газовых камерах, - плоть наша и кровь, отцы наши, старшие братья, деды. Они жили на этой земле, были её хозяевами. Они ушли навеки - и меньше стало всех нас. «И поэтому не спрашивай никогда, по ком звенит колокол. Он звонит по тебе». По тебе, человек сегодняшний. Он будит твою память, будоражит твой разум, стучит в твоё сердце, требуя: «Не допусти, потомок!» Летит, летит над землей перезвон колоколов. Мы, потомки, слышим их зов. Но на меня этот перезвон колоколов Хатыни, установленных на печных трубах каждого дома /26 дворов было в Хатыни - 26 обугленных печных труб. На 26 голосов скорбят сегодня хатынские колокола, венчающие бетонные стелы - трубы. В каждом доме перечислены на мемориальных плитах имена погибших. Семья из девяти человек. Самому маленькому - 9 месяцев. Фамилии написаны на белорусском языке. И все заживо сожжены. 149 безвинных жертв - хатынцев и еще 619 сожженных белорусских деревень, пепел которых приняла хатынская земля, 186 деревень не возродятся никогда. Кладбище их - здесь же, в Хатыни.
И на двух языках: русском и белорусском слова:
«Люди добрые, помните: любили мы жизнь, и Родину нашу, и вас, дорогие. Мы сгорели живыми в огне. Наша просьба ко всем: пусть скорбь и печаль обернутся в мужество ваше и силу, чтоб смогли вы утвердить навечно мир и покой на земле. Чтобы нигде и никогда отныне в вихре пожаров жизнь не умирала».
Сюда приходят старые солдаты,
Чтоб у огня побыть наедине...
И хоть давно остыли автоматы,
Поймём отцов - они не виноваты,
Что их сердца и ныне на войне.
Над обелиском небо молодое,
Во все концы - огромная /стена/ страна...
Но здесь всегда, как будто после боя,
Тревожная таится тишина.
1968 г. Валентин Филатов.
«У обелиска» - нов. «Вечный
цикл «Чёрное эхо» - о ВОВ. Огонь.»
/Из этого стихотворения В.И. Филатов взял названия для изд. сб-ка II цикла «Тревожная тишина».
Нет такого дня, который смог бы уничтожить тягу к жизни. Да, сапогами не вытоптать душу...»
Один старичок деревни остался в живых. Среди умирающих он нашел своего сына. Он умер на его руках. Какова же была боль и скорбь Непокорённого Человека - Иосифа Каминского.
Недаром в стихотворении В. Филатова я перепутала слова стена и страна. Перед глазами стояла огромная «Стена Памяти» - это жертвам гитлеровских «фабрик смерти» - и что особенно страшно: здесь есть детский концентрационный лагерь в учхозе «Красный берег» Гомельской области. Вместе с 54 детьми расстрелянная воспитательница Домачевского детского дома Пелагея Грохальская. Жертвы Малого Тростенца /недалеко от Минска/. Всем им посвящена «Стена Памяти». Волосы становятся дыбом. Какие т-ко фабрики смерти не выдумывали фашистские гады: 260 фаш. концлагерей, ямы с кострами, рвы, куда сбрасывали живых людей и сжигали заживо.
Не хватало, видимо, пуль для людей и для девятилетних младенцев. Изверги проклятые...
За шумными большими городами
Есть хуторок, где хаты в три окна...
Там осенью стояла вечерами
Касаясь крыш, огромная луна.
Так молоко звенело о подойник,
Тянулись гуси к бабкиным рукам,
И чей - то заблудившийся телёнок
Бродил, мыча, по влажным лопухам.
Там над землею, серебром облитой,
Летели светлым клином журавли,
И старики сидели у калиток,
В сторонку отодвинув костыли...
Мне не узнать, о чем они молчали:
Давным - давно их нет среди живых,
Но сердце наполняется печалью, -
Я вижу их, израненных, седых...
Они молчат. И до глубокой ночи
Летят над ними птицы высоко...
Оранжевыми крохотными звездочками
Мерцают папироски стариков.
1970 г. В. Филатов. «Старики».
Цикл «Чёрное эхо» - о ВОВ.
Эхом отдается в душах людей, в сердцах наших
Боль тех давних годин
В каждом сердце живет и поныне,
В каждой нашей семье
Плачут малые дети Хатыни.
Молодость моя,
Белорусская.
/«Белоруссия». Сл. Добронравова»./
Вероятно, Валентине Васильевне вспоминались и молодые годы, и годы детства, проведенные в родных местах, - и хотелось, чтобы после смерти с ней оставался бы кусочек родины:
Березы, березы,
Родные березы не спят...
Вика: Ивушку плакучую. Стройную,
Нежную, иногда печальную...
Много сложено русских народных печен и об ивушке.
Зорька золотая
Светит над рекой.
Ивушка родная,
Сердце успокой.
Ивушка зеленая
Над рекой склонённая,
Ты скажи, скажи, не тая,
Где любовь моя?
А Валентин Иванович - калину красную, как у Василия Шукшина.
Калина красная,
Калина вызрела... - вспоминаю я.
«Ой, цветёт калина в поле у ручья...»
В страшные дни чернобыльской катастрофы, когда нас настигла беда. /Эта беда и сейчас преследует человечество - все далее и далее распространяется черное горе в глубь страны/, Валентин Иванович взял с собой маленький сборник Шукшинских произведений «Василий Шукшин. Рассказы.»
Я с трогательной бережливостью держала эту книгу в руках, перелистывала страницы.
Первая страница открывалась надписью Валентина Ивановича Филатова: «Эта книга была со мной в Чернобыле во время ликвидации аварии на АЭС с 17.12.86 г. по 8.03.87 г.
Кратко передаю содержание.
Василий Макарович Шукшин.
/1929-1974/.
Крестьянин - сибиряк, слесарь, учитель и директор сельской школы, секретарь райкома, комсомола, матрос и радист боевого эсминца, студент ВГИКа.
Актёр, режиссер, писатель - кавалер ордена Трудового Красного Знамена, лауреат Гос. премии СССР, лауреат Гос. премии РСФСР имени братьев Васильевых. Коммунист.
Сыграл в фильмах: «Два Федора», «Аленка», «Золотой Эшелон», «Мы - двое мужчин», «Простая история», «Мужской разговор», «У озера», «Журналист», «Даурия», «Освобождение», «Если хочешь быть счастливым», «Они сражались за Родину» и других. Поставил фильмы:
«Живет такой парень»,
«Ваш сын и брат»,
«Странные люди»,
«Печки - лавочки»,
«Калина красная».
Опубликовал сборники рассказов:
«Сельские жители»,
«Мы с Катуш», «Земляки», «Там, вдали», «Характеры», «Беседы при ясной луне»; романы: «Любавины», «Степан Разин»;
сценарии: «Я пришёл дать вам волю», «Пришёл солдат с фронта», «Брат мой»
Рассказы из сборника, который В. Филатов взял с собой в Чернобыль /содержание/: «Как я понимаю рассказ (вступл.).
«Сельские жители»,
Солнце, старик и девушка»,
«Один»,
Степка»,
«Охота жить»,
«Чудик»
«Раскас»
«В профиль и анфас»
«Думы»
«Горе»
«Волки»
«Суд»
«Как помирал старик»
«Микроскоп»
«Материнское сердце»
«Свояк Сергей Сергеевич»
«Сапожники»
«Бессовестные»
«Шире шаг, маэстро!»
«Крепкий мужик»
«Срезал»
«Билетик на второй сеанс»
«Ораторский прием»
«Верую»
«Мой зять украл машину дров!»
«Страдания молодого Ваганова»
«Как зайка летал на воздушных шариках»
«Генерал Малафейкин»
«Выбираю деревню на жительство»
«Осенью»
«Алёша Бесконвойный»
«Штрихи к портрету»
«Некоторые конкретные мысли Н.Н.Князева, человека и гражданина»
«Психопат»
«Обида»
«Упорный»
«Дядя Ермолай»
«Жил человек»
«Забуксовал»
«Жена мужа в Париж провожала...»
«Миль пардон, мадам!»
И сразу становится ясным, почему для В.И. Филатова Василий Шукшин был близким другом в самые трудные минуты жизни (на грани жизни и смерти - Василий Шукшин...)...
Из поэтов и писателей мы выбираем и любим тех, кто нам близок... близок по духу... по жизненным принципам и убеждениям, по ... натуре.... По человеческим качествам... по открытости человеческой души... по стремлению жить... просто по жизни, мы любим то, что любит этот человек, страдаем от того, от чего страдает, ненавидим то, что ненавистно ему...
Мать, Отец, Родина, Дочь, женщина, Жена, Калина красная, Василий Шукшин /От них веет русской жизнью, Россией, которую также как и Валентин Филатов, безгранично преданно любил Василий Шукшин/;
Владимир Высоцкий, Федерико Гарсия Лорка, Эрнест Хемингуэй... Задумайтесь!
Василий Шукшин 21 августа 1974 года в эпиграфе к своей книге «Любавины» напишет: «Русский народ за свою историю отобрал, сохранил, возвел в степень уважения такие человеческие чувства, которые не подлежат пересмотру: честность, трудолюбие, совестливость, доброту... Мы из всех исторических катастроф вынесли и сохранили в чистоте великий русский язык, он передан нам нашими дедами и отцами...
Уверуй, что всё не зря: наши песни, наши сказки, наши неимоверной тяжести победы, наше страдание - не отдавай всего этого за понюх табаку.
Мы умеем жить. Помни это.
Будь человеком.»
Василий Шукшин.
И если бы сейчас можно было распределить творчество В.И. Филатова по темам
/отличным от названий его циклов/ я бы озаглавила их так:
Тема Человека в обществе.
Долг. Честь. Совесть. Справедливость.
Доброта. Доблесть. Россия. Родина.
«Война и мир».
«Преступление и наказание».
«Щит и меч».
«Бесы».
Душа. Женщина. Любовь.
«Детство. Отрочество. Юность.»
«Времена года».
Человек и природа.
Мать. Отец. Братья и сестры.
«Потомкам».
«Гражданину».
Журавлик.
Милые сердцу песни России или
«Я люблю тебя, Россия!» Великие.
«Быть или не быть»
«Да святится имя Твоё!..»
Задумайтесь!
И вспоминая сейчас слова Сергея Залыгина к творчеству Василия Шукшина «Герой в кирзовых сапогах», невольно думаешь в Валентине Филатове:
«Каждый, кто его знал, не мог без удивления сказать о его почти невероятной разносторонности. Его нельзя воспринимать «по делам». Это что - то целое, спаянное. Эта слиянность самых разных качеств и дарований не только в целое, но и в очень определённое, вполне законченное ещё и ещё радует и удивляет нас сегодня, будет радовать и удивлять всегда.»
Мы видим этот щедрый дар природы и необыкновенную личность личностную, а не набором качеств и способностей, видим, что эта личность меньше всего - заботилась о самом себе грани: вот я - художник, вот я - актер, вот я - поэт, я - человек...
Полная естественность и непринужденность в обращении со всеми своими способностями, как будто так и должно быть.
И это тоже свойство Таланта - и даже сам, талант.
Такое умение держаться естественно и просто перед лицом самой трудной творческой задачи, не заботясь о «манере поведения», неизменно оставаясь самим собою.
И всякий раз, читая стихи Валентина Филатова, мы встречаемся с ним самим, тем человеком, который есть он.
Мне кажется, последние годы жизни В.И. Филатова были таким периодом, когда всё, что его окружало, - все люди и факты становились для него предметом искусства - ссора ли это с вахтером в больнице или изучение биографии Вл. Высоцкого.
Исключений нет. И вот уже и его дети, и мать, и соседи, матери - одиночки, старикиг инвалиды, бедные старушки... каждый человек, навестивший его в больнице, каждый спутник в поезде или в автобусе - это его герой. Одно можно сказать - жить среди людей, происшествий и впечатлений, каждое из которых требует своего, каждое, расталкивая всё другое, рвётся через тебя на бумагу, настоятельно требуя и ропща, - это очень трудно.
Каждый год эти требования множатся и множатся, а постоянное и безоговорочное расходование себя на все эти требования.
Не потому ли так близка Валентину Ивановичу повесть Василия Шукшина «Калина красная»и её герой - Егор Прокудин - я бы даже сказала - второе «я» В. Филатова.
Вспомним.
Егор непоследователен: то умиленно - лиричен и обнимает одну за другой берёзки, то груб, то он ерник и забулдыга, любитель попоек «на большой палец», то он добряк, то бандит.
В. Иванович пронзительно видит вокруг себя людей, их судьбы, их жизненные критерии, потому он очень талантливый поэт.
Егор близок Валентину Ивановичу и умом, и сердцем. Вот Егор не быстро и не тихо, ровным шагом двигается по только что вспаханной /полосе/ или пашне навстречу своей смерти.
Идёт, зная, к чему идёт. Идёт, сначала отправив прочь своего подручного на пахоте, чтобы не было свидетелей всего того, что сейчас неминуемо произойдёт, чтобы человеку, к судьбе Прокудина никак не причастному, не грозила какая - то опасность, какие - то неприятности свидетеля.
/А ведь Владимир Иванович в последние минуты отправлял дочь спать, предчувствуя беду, и та, утомлённая долгими бессонными ночами, соглашается. И не видит самых ужасных страшных минут...
Боже мой!/
Мы помним, как звучно и продолжительно раздаются удары кирзовых сапог Прокудина по деревянным мосткам, когда он выходит из тюрьмы на волю, быть может продолжительность и даже утомила нас, но вот он почти неслышно, но в том же ритме шагает по полдне с воли в свою смерть, и круг замыкается и нам всё становится ясным.
Ясным и пронзительно отчетливым, хотя с нашей точки зрения это бессмысленно - вот так идти навстречу своей смерти, вот так отправить в сторону единственного свидетеля, вот так упасть на землю со смертельной раной.
Но тут - то мы и понимаем, что этот человек только так и должен был поступить.
А понять человека - значит уже сочувствовать ему, мысленно участвовать в его судьбе, сопереживать её. Тем более что Прокудин как раз этого и ждал от нас - понимания. Ни любви, ни жалости, ни покровительства, ничего он от нас не принял бы, а вот наше понимание ему необходимо. Необходимо по - своему, потому что он этому пониманию сопротивляется, недаром. Он и был столь непоследователен и выкидывал колена, но именно потому, что наше понимание было ему необходимо. Он как бы и умер - то потому, что хотел его.
Потому что чуткое и понятливое отношение одного человека к другому - это и в жизни, и в искусстве всегда гуманизм. А чем же это ещё может быть?
И тут невольно начинаешь думать, что Прокудин - это не только он сам, но и Василий Шукшин - художник. Прокудин - одно целое вместе с Шукшиным.
И надо было быть Шукшиным и жить его напряжённой, безоглядной, беспощадной по отношению к самому себе жизнью, надо было, просыпаясь каждое утро, идти «на вы» - на множество замыслов, сюжетов, деталей, сцен, диалогов, всех окружающих тебя событий и предметов, чтобы вот так, как прошёл он, пройти по вспаханному ему тобою же полю навстречу своей смерти. По вспаханным им же бороздами шёл навстречу смерти и В.И. Филатов (отмечая чёрной чертой стихотворение о вечности, бытие). Было ли ему страшно тогда? Наверно. Но никто никогда об этом не узнал бы. Мы не предсказатели судеб, и когда читали, и когда смотрели «Калину красную», тоже ни о чем не догадывались. Но теперь, когда художника не стало, многое становится на свои места.
Теперь мы, кажется, знаем, почему Шукшин смог пройти по пашне так, как он прошёл.
Так же, как Шукшин без грима играл, также без грима он и писал.
У него было и тени умиления или заискивания ни перед своими героями, ни перед собой. Больше того он был суров по отношению к ним, и к себе той суровостью, которая неизбежна, если писатель знает и понимает людей и не делает особого исключения для себя, если он хочет, страстно желает, чтобы не только им было лучше, но чтобы и они сами тоже были лучше.
А герои никогда не обижались на него за это. Иначе говоря, они всегда оставались достоверными, оставались самими собой, живыми людьми.
Как сказал Василий Шукшин в последней строке своего последнего прижизненного произведения, и он, и они всегда ставили перед собой вопрос: «...Что с нами происходит?»
Да, герой Шукшина неизменно ставит этот вопрос, оставаясь без грима и без прически, обутый в кирзовые сапоги. И сапоги эти не принадлежность «простого» человека. Скорее всего это та таинственная простота, к которой художник умел свести нечто очень сложное, но это была натура художника, которой эти сапоги были свойственны, были и по ноге, и по душе.
Большинству героев Шукшина кирзовые сапоги принадлежали по роду их занятий и профессий. Он обул в те же сапоги и интеллектов - модные туфли им ни к чему - они только мешают им, мешают проникнуть в существо характера и разобраться в поставленном вопросе, он и своего Степана Разина - мужика в вождях - оставляет в тех же сапогах. Этому ничуть не мешает то обстоятельство, что в разинскую пору они ещё не были изобретены.
Валентину Ивановичу Филатову близок Василий Шукшин и его герои. Он сам был такой. Именно потому в трудные минуты «Чернобыля» в его кармане очутился маленький томик Шукшинских произведений, Случайность?
Случайные сцепленья электронов...
Рождения Эйнштейна и Ферма...
Да здравствует случайность, чьи законы
Не поддаются логике ума!
Да здравствует случайность жизни новой,
Прикрывший наши старые грехи...
Да здравствует случайность Гончаровой
И Пушкина высокие стихи!
Да здравствуют случайные запястья,
Что Лермонтов когда - то целовал...
Да здравствует твоё лихое счастье,
Что ты навек случайно потерял...
И к небу в синеве необычайной
Я простираю руки, как крыла:
Пусть смерть моя окажется случайной,
Лишь только б жизнь случайно не прошла!
Валентин Филатов. «Случайность».
(Раньше это стихотворение состояло из четверостишия-I)
Рок /круг/ новое название.
«Чернобыльская тетрадь».
Всё возвратится на круги своя.
Будет у блудного сына семья....
Остепенится гуляка и плут,
Вишни в саду по весне зацветут...
Птицы покинут чужие края...
Все возвращается на круги своя.
Всё возвращается на круги своя,
Но почему так печальна земля?
Плачет Сизиф от нелепой игры,
Камень таща на вершину горы...
Камень тяжёл, словно Божий наказ.
Скатится вниз он в стотысячный раз.
Снова Сизифу сквозь дни и века
С камнем влачиться под облака.
Снова от искры займется пожар,
Снова погибнет от солнца Икар...
Свежею кровью окрасится снег...
Снова сбирается вещий Олег.
Валентин Филатов.
Конь не причём. Божья кара – змея
Всё возвратится на круги своя!
1994 г.
Обожал Ф. Филатов Эрнеста Хемингуэя,
/америк. писатель, писал на англ. яз./.
За что? Чем он был ему близок?
«В этом трагическом, обречённом мире необходимо было найти хоть какой - то якорь, хотя бы соломинку, за которую можно уцепиться.
Хемингуэй нашёл такой якорь в выработанном им в те годы «Моральном кодексе». Смысл этого кодекса заключается в следующем: раз уж человек в этой жизни обречён на поражение, на смерть, то единственное, что ему остаётся, чтобы сохранить своё человеческое достоинство, это быть мужественным, и не поддаваться обстоятельствам, какими бы страшными они ни были, соблюдать, как в спорте, правила «честной игры».
/Б. Грибанов «Человека победить нельзя.»/
Наиболее явственно эта мысль выражена Хемингуэем в рассказе «Непобежденный.»
Для стареющего матадора Мануэля бой быков это не только возможность добывать деньги для существования, это гораздо большее - самоутверждение, вопрос профессиональной гордости. И, даже терпя поражение, человек может оставаться непобеждённым.
Возвращаясь к роману «Фиеста», следует сказать, что его герой Джейк Варне не тонет в омуте окружающей его бессмыслицы, среди этой «суеты» только потому, что он придерживается хемингуэевского «кодекса» - в отличие от окружающих его ничтожеств и бездельников он любит свою профессию журналиста, гордится ею. Обделенный в жизни из - за ранения, которое мешает его возможности физически любить женщину, он не утопает в жалости к самому себе, не становится человеконенавистником, не спивается и не думает о самоубийстве. Джейк Варне находит в себе силы жить, приемля жизнь такой, какова она есть, он сохраняет душевную стойкость, способность всё выдержать. Выстоять герою «Фиесты» помогает природа. Она выступает целительницей душевных ран, вечным источником радости.
Тема единения человека с природой, мысль о вечности природы и зыбкости человеческой жизни есть и у Валентина Филатова. А у Хемингуэя эта тема возникает уже в первых рассказах. Она звучит и в «Индейском посёлке, где природа, окружающая мальчика, - озеро, солнце, встающее над холмами, рыба, плещущаяся в воде, - исполнена ощущением покоя и веры в бессмертие - «В этот час, ранний час, на озере, в лодке, возле отца, сидевшего на вёслах, Ник был совершенно уверен, что никогда не умрёт.
... Я подхожу к холодному окну,
Из форточки пью залпом тишину...
... И пламя звезд колышется в груди,
И кажется, что вечность впереди...
Валентин Филатов.
«Октябрь упал в озёра и замолк».
Цикл «Восьмой цвет радуги».
«Из чтения нескольких произведений американского писателя Эрнеста Хемингуэя мы убедились, что одной из главных его мыслей является мысль о нахождении человеческого достоинства... Главное же - достоинство - следует ещё найти, открыть где - то в мире и в глубине действительности, заработать его (может быть, ценою тяжёлой борьбы) и привить это новое чувство человеку, воспитать и укрепить его в себе.»
1938 г. /Андрей Платонов./
Вопреки установившейся к тому времени на Западе критической традиции, определявшей Хемингуэя как писателя, воспитывающего насилие, жестокость, Платонов разглядел в своем американском собрате самое главное - его человечность, его боль и сострадание.
С этой боли, с возмущённого неприятия гнусных обстоятельств жизни, обрекавших человека на прозябание и бессмысленную гибель, и начинался Хемингуэй как писатель. «Я помню, - писал Хемингуэй, - как я вернулся домой с Ближнего Востока с совершенно разбитым сердцем и в Париже старался решить, должен ли я посвятить всю свою жизнь, пытаясь сделать что - нибудь с этим, или стать писателем. И я решил, холодный, как змий, стать писателем и всю свою жизнь писать так правдиво, как смогу.»
В стремлении правдиво, реалистически изображать жизнь видел Хемингуэй высшую задачу писателя, его призвание. Он верил, что только правдой можно помочь человеку. Для этого, как впоследствии будет сказано в повести «Старик и море» (1952 г.), надо показать «на что способен человек и что он может вынести».
Послевоенная действительность в Европе, где обосновался начинающий писатель, не принесла очищения. В Италии воцарился фашизм - «ложь», изрекаемая бандитами», как определит его позднее Хемингуэй, в Германии бесчинствовала реакционная военщина, унавоживая почву для предстоящего прихода Гитлера.
Утратив иллюзии, унаследованные от XIX века, и не обретя новых, ужаснувшись пустоте жизни, «потерянное поколение» судорожно искало выход в пьянстве и разврате, в
острых ощущениях. Обычным делом стали самоубийства. Казалось, что в мире не осталось больше никаких нравственных ценностей, никаких идеалов.
«Я считал, что жизнь - это вообще трагедия, исход который предрешён», - писал Хемингуэй.
Ощущунием трагедии пронизано большинство произведений Хемингуэя первого десятилетия его творчества - с середины 20-х до середины 30-х годов.
Трагическая тема бессилия человека перед лицом Зла звучит в рассказе «Убийцы»; мотив беспомощности перед жестокой судьбой, перед Роком - в рассказе «В чужой стране». Безнадежностью и горечью наполнен в этом рассказе крик души итальянского майора, потерявшего любимую жену, когда он утверждает, что человек не должен жениться: «Если уж человеку суждено всё потерять, он не должен ещё и это ставить на карту. Он должен найти то, чего нельзя потерять» - становится лейимотивом нравственного поиска Хемингуэя в те годы.
Человек живёт в мире жестокости, он одинок и беззащитен, его душевные связи с другими людьми, даже с самыми близкими, зыбки и непрочны.
Свой первый роман «Фиеста» / «И восходит солнце», 1926 г./, принесший ему мировую славу, Хемингуэй не раз называл трагическим.
Война вообще занимала значительное место в творчестве Хемингуэя.
В книге «Зелёные холмы Африки» (1935 г.) он вспоминал, как, перечитывая «Севастопольские рассказы» Толстого, одну из своих любимых книг, он задумался «о том огромном преимуществе, которое даёт писателю военный опыт. Война одна из самых важных тем, и притом такая, когда труднее всего писать правдиво. В предисловии к роману «Прощай, оружие!» Хемингуэй заявляет: «Писатель не может оставаться равнодушным к тому непрекращающемуся наглому, смертоубийственному, грязному преступлению, которое представляет собой война.»
Хвала тем, кто борется за мир и права человека,
А я уже был на войне двадцать первого века!
В безлюдном Чернобыле под небом безоблачно - синим
Себя я почувствовал, как в Хиросиме...
Оцеплена зона. Окончилась эвакуация.
И здесь только мы. И противник вокруг - радиация.
Коварный, невидимый, сильный «дозиметр» зашкаливает,
Но мы наступает без крики «ура» и без славы
Мы грунт зараженный надежно в могильник хороним,
За нами всё чище и чище становится зона.
С утра и до ночи устало рычат наши тракторы,
Где фосфорецируют обломки реактора...
Нахрапом берём. К такой мы войне не готовы,
Броня - то крепка. Толку нет о неё никакого.
Министр обороны! Примите горячий привет,-
Нас не защищает армейский защитный комплект!
А противогазы - ненужные вовсе игрушки.
Мы на радиацию идем, как с ножами на пушки! .
И нет здесь окопов. И невозможна отсидка.
Здесь нерв на пределе. И пухнет к утру щитовидка
Нас насквозь пронзают пентгены, БЭРы, кюри...
Не вылечат после, - за это врачей не кори.
Хворь неизвестная нам будет подолгу ломать.
Чернобыль - проверка. И это нельзя забывать.
Проверка готовности
к тому, что нельзя допустить.
А то, что случилось,
нельзя ни понять, ни простить.
Живи, человече!
Но только не плюй в потолок.
Запомни навечно
Четвёртый взорвавшийся блок!
Валентин Филатов.
«Я был на войне»
Из «Чернобыльской тетради».
Война сама по себе является трагедией. А любовь на войне, среди страданий, крови и смерти, тем более трагична. Любовь героев романа заканчивается катастрофой. Сбываются слова главной героини Кэтрин: «Мне кажется, с нами случится всё самое ужасное». Рок настигает их уже в тихой, мирной Швейцарии, куда Фредрик Генри дезертирует с любимой женщиной. Кэтрин умирает во время родов. «Вот чем всё кончается. Смертью. Не знаешь даже, к чему всё это. Не успеваешь узнать. Тебя просто
швыряют в жизнь и говорят тебе правила, и в первый же раз, когда тебя застанут врасплох, тебя убьют.»
Ощущение безысходности, бессмысленности жизни достигает своего апогея в рассказе «Там, где чисто, светло».
«Всё - ничто, да и сам человек - ничто» - таков вывод безнадежный, к которому приходит один из героев рассказа.
Старик Сантьяго в повести «Старик и море» живёт в ином мире. Он не ищет спасения в природе, он принадлежит ей. Он не только прожил свою долгую жизнь в единении с природой, с морем - он частица этого мира природы. В старике Хемингуэй нашёл наконец того гармоничного героя, которого искал всю свою писательскую жизнь. В Сантьяго гармонично сочетаются смирение и гордость: «Он был слишком простодушным, чтобы задуматься о том, когда пришло к нему смирение. Но он знал, что смирение пришло, не принеся с собой ни позора, ни утраты человеческого достоинства.»
Старик точно знает, зачем он родился на свет: «Ты родился, чтобы стать рыбаком, как рыба родилась, чтобы стать рыбой».
Он ведет свою титаническую борьбу с огромной рыбой один на один, как и положено герою. Поединок этот, когда победа склоняется то на одну, то на другую сторону, всё больше начинает напоминать подвиги героев мифов. Герой мифа должен вести борьбу в одиночестве, только тогда он может проявить всё своё мужество, стойкость, отвагу, умение.
Борьба старика с рыбой, заканчивается его победой, но его трофей крадут у него акулы. Сторик сражается с ними изо всех сил, он не хочет сдаваться.
И вот тогда старик произносит самые главные слова, в которых воплощён весь смысл повести: «Человек не для того создан, чтобы терпеть поражения... человека можно уничтожить, но его нельзя победить.»
В этих словах, можно сказать, и заключается весь смысл творчества и Валентина Филатова (и Хемингуэя).
Поэтому ему так дорог Э. Хемингуэй. И ещё потому, что он ему близок и как человек - не святой, а человек - со всеми своими грехами, умевший любить, наслаждаться жизнью, звавший с собой к океану! В Париж! В В Тамтону! - жить по правилам «честной игры.»
Хемингуэй.
Устали ветры крыльями тяжёлыми
Качать поникшие в опушках сосны.
Устали корневища слушать кроны,
Просящие води и пищи, -
Он устали просто, корневища.
Устало поле вспоминать в /кронах/ всходах,
И на закатах молча засыпало,
Устало лето быть всегда горячим.
И поле заковало синим льдом.
На льды садились тихо самолеты,-
Усталые измученные птицы,
И в них сидели люди в забытьи.
Не думали, не спали, а молчали.
Ещё не воевали, а устали
Устали верить в то, что будет утро,
Устали верить в то, что будет вечер,
Устали верить в то, - что будет ветер,
И перестали верить в своих женщин,
А женщины устали быть собою.
И медленно застыл на месте век
В сплетеньи остывающих абстракций,
Но где -то шёл с котомкой человек,
Единственный, который улыбался.
Единственный, который верил в силу,
Единственный, который верил в веру,
Единственный, который знал, что сможет
Расшевелить планету и людей!
Он шёл и звал с собою к океану,
На белые снега Килиманджаро,
На Африки зелёные холмы!
В Париже! В Памплону! В праздник! На фиесту!
А если надо, - и на мордобой!
Ругался и кричал, и пил из фляги
Прозрачное холодное вино.
От крика начинался в мире ветер!
А ветер - это значит кое - что!
Валентин Филатов. Из цикла «Великие».
Любил Валентин Иванович людей. И на любовь эту люди отвечали ему взаимностью.
Переводы.
Переводы Фелерiко Гария Лорки. Федерико Горсия Лорка - испанский поэт.
Лiрика (Лирика).
На росiйську мову переклад мiй.
(Деэ)
Валентин Филатов,
(перевод с украинского).
«Кiилька десятилiть минуло з того свiтанку, коли фалфнгiсти (фишисты) розстрiляли Лорку, та це вже так безконечно далеко. Так безмежно глибоко утвердився образ поета в свiдомостi людей, закоханих в його пiдгiрклi вiд смутку «циганськi балади», так незаперечно усталив генiальний аналузець свiй безсмертний набуток у поезii — i з'явився легендою, i зник як легенда.»
(«Поезiя Федерiко Гарсiя Лорки». Iван Драч.)
/Переклав з icпaнськоi
Iсклав пpiмiтки Микола Лукаш/.
/Кивська книжкова фабрика «Жовтень»/
Ну i, pir безсумнiвна, Лорка добре був обiзнаний з европейською поезiею. /И, без сомнения, своим талантом Лорка был обязан европейской поэзии очень многим./ /Валентин Филатов восторгался теми людьми, которых знал, и его не оставляет без интереса жизнь таких великих людей/.
Незадолго до того, як був розстрiиляний. Лорка, поет Хорхе Гiльэн говорив батьковi Федерiко: «Коли буде переворот i вцiлiе один - однснький спанец, це буде Федерико». З поетв, як вдмо. не вцлв лише Лорка.
Фаланисти прийшли до влади в Гранадь Вбили сестриного чоловка, розстрлювати суудв i знайомих. Лорчине вдчуття було раздвоеним - з одного боку вн не вipив, що його, поета, славного на всю Iспаню i Латинську Америку, автора ще не закнчених «Сонетв тьмяного кохання» i богатьох пес, можуть убити. Та, з ншого боку, його, людину лвих переконань, ненавидли фалангисты, тому передчуття загибел назривало. До того ж вн з таким знаниям i любов'ю оспвував протягом всього творчого життя трагчну смерть, i «смерть його вкусила в губи».
/Друзья не могли и спасти друга Лорка Луса Росалеса, который был выдан фашистам.../ Федерко Гарсия Лорка 19 червня 1936 року в Мадрд сали дописував останн роздли драми «Дм Бернарди Альби», в яких лунав заклик не втрачати мужност: «Без лементу! Смерт належить дивитися прямо в обличчя... Сльози тльки на самоп! Bci тонемо в мор жалоби. Мовчати. Мовчати!»
Федерко Гарсия Лорку фасисти разстрляли 19 серпня 1936 року. Де? Кажуть, на околицях Гранади. Точно про це мр би сказати, то з них, хто притиснув чоботом тьло поета до земл i вистрелив в обличчя. А може, i вш не запам'ятав - розстрлювати богатьох i добивали в обличчя тех багатьох. Списки були у начальства.
На багатостраждальнй земл Icпaн, де римуеться «1а mutrte» I «lа suerte» («смерть» и «доля»), зацвла така густо -чорна кривава троянда, од моторошного запаху яко стало паморочитися в голов богатьох за Тренеями. Фашисти рострляли ///геня?/// (У В.И. Филатова).
МемеNто.
Коли я помру,
Покладть мене и мою гтару
в пскову труну
Коли я помру
поховайте мене в pyтi - м' - ят,
в миртовм гаю.
Коли я помру,
прапорцем на дах мене поставте - хай помайорю.
Коли я помру...
Помните! /перевод/. В. Филатов.
Когда умру
схороните меня с гитарой
в речном песке.
Когда умру,
в апельсиновой роще старой, в любом цветке.
Когда умру,
Буду флюгером я на крыше - на ветру,
Тише...
Когда умру...
Друзья мои,
Прекрасен наш союз!
Он как Душа
Неразделим и вечен!
А.С. Пушкин.
Книга подарена В.И. Филатову другом во время службы в С А.
Надпись: Рвив Охе,
сочтем за великое счастье, посланное Богом, прожить жизнь так, как прожил этот изумительный
человечище. (5 смарта 1970 г.
/Наш маленький юбилей - исполнилось 16 мес. службы в СА или 1/3 небытия.../ С уважением: Унтер (подпись) Николай Григурко. -
Друг Валентина Ивановича, писатель - поэт Украины, с которым они дружили с 26 лет, еще познакомившись на Украине - в годы службы в рядах СА, в ракетных войсках.
Ещё в молодости дается клятва этими людьми прожить её достойно, как он. И уже, конечно, исповедь - остаться в памяти народной...
С таких юных лет уметь дружить и знать цену дружбе. А это уже так много... можно сказать... Человек состоялся.
Да, были у Валентина Ивановича и настоящие преданные друзья, которые никогда его не предавали.
Николай Григурко...
Юрий Мартыненко - писатель - прозаик - диссидент. Живёт в г. Астрахани. Печатается. С ними Валентин Иванович вёл переписку. А письма этих людей - «чудо художественного совершенства». Письма в стихах, написаны с юмором, наполнены оптимизмом, верой в жизнь, жизнерадостные, даже в трудное время. Но было в них многое и о нашей жизни... иногда они заканчивались так: «К нам приезжала Вьетнамская принцесса» /Что означало Великие потрясения или перемены в жизни.../
Привожу вам несколько переводов
Палiмпсести I Micтo
Стол1тше1 лю у MicTo
деревами зал1з,
а сам же вш у мор
то лс.
Жзижчать в повтр стрли,
а миж коралв - вiт розсипались загони
бойов
над новими домами густой дубняк прс,
с срзь дуги кришталев на неб угор.
Город (перевод В.И. Филатова)
Извечный гул сосновый
Стоит над городком,
Но сами эти сосны
Давно на дне морском
Свистят в округе стрелы
И войско при щитах,
Но битва заблудилась –
В коралловых кустах
И только отголоски
Лесные сберегло
морского небосвода
волнистое стекло.
Схематичный ноктюрн.
Kpin, зм1я очерет.
FlaxiT, слщ i сутшки.
Земля, небо й самота.
/До мкяца ступанка/.
Перевод:
Мята, змея, полуночь.
Запах, шуршанье, тени.
Ветер, земля, сиротство.
/Лунные три ступени/.
В. Филатов.
Мисливец.
Ой високий 6ip!
Чотири голубки в He6i голуб1м.
Чотири голубки
линуть - майорять,
о чотири TiHi
добувают ран.
Похилився 6ip...
Чотири голубки на земл1 сирш.
Перевод: Охотник.
Лес высок!
Четыре голубки летят на восток
Четыре голубки
Летели, вернулись.
Четыре их тени
Упали, метнулись
Лес высок?
Четыре голубки легли на песок.
В. Филатов.
Серпень.
Серпень-
р1внодшова
соку персика i цукру.
Солнце в TixiM надвеч!р' i
наче юсточка у фрук т!
Вашхаться тредо й цшо
жовт1 зуби кукурудзи.
Серпень.
1дять д1тй
чорний хл1б i мюяць круглий.
Август. Август -
Персики и цукаты.
И в медовой росе покос.
Входит солнце в янтарь заката.
Словно косточка абрикос...
Крепкозубый налит початок.
Смехом жёлтым, как летний зной.
Снова август.
И детям сладок
Смуглый хлеб со спелой луной.
В. Филатов.
Ноктюрни вжна.
ч. II.
В в1кно мое просунулась
Honi рука смаглява
На нш з води зап'ястя
химерним блиском грали.
Душа моя купалась
но голуб1м екран!.
Пливли, минали хвшп,
що ix годинник ранив.
Перевод:
+ + + В окно постучала полночь,
И стук её был беззвучен!
На смуглой руке блестели
Браслеты речных излучин,
/как красиво!/
Рекою душа играла
Под синей ночною кровлей.
А время на циферблатах
Уже истекало кровью.
В. Филатов.
В талантливых руках поэта стихотворение звучит иначе: красивее, благозвучнее, как бы излучая свет - «на смуглой руке блестели браслеты речных излучин» - сразу всё оживает, становится выразительным, до боли затрагивает душу; это уже ясно, реально, происходит именно с тобой - «рекою душа играла под синей ночною кровлей» - ты это чувствуешь, ощущаешь. А где ещё вы встретите, у какого поэта, такое сравнение:
«А время на циферблате так
Уже истекало кровью? Чудесно! Вот это поэт!
Краевид.
Десь Benip помилився,
що в холодок од!вся
За тьмяними шибками
/чи так задалося дггям?/
запуркало пташками
дерев шафране в1ття.
Прилк до р1чки веч1р –
чи не води напиться?
Тремтить рум'янцем яблучним
на кр!влях черепица.
Перевод: Пейзаж.
Студят вечернюю тишь
дни - ветрогоны.
Дети глядят из темниц
в мир заоконный.
Где превращаются в птиц
жёлтые клёны.
Вечеру в зябкой воде
Что - то не спится.
Яблочный отсвет зардел
На черепице.
Валентин Филатов
Вийшла гулять Аделина.
Чи е в мopi помаранч!,
чи в Севщы е любов?
Позич, д1вча, парасольки, -/какое смешное выражение/
Бо згорю за будь здоров! Тут Микола Лукаш оказался мастером
На лице мое горячее
холодком вшне лимон,
в слова тво мов рибки,
будуть плавати кругом
Чи е в Mopi помаранч1? А любов?
Чи в Севшы е любов?
Перевод: Аделинна на прогулке.
/Посмотрите какое шуточное, веселое, как сам В.И. Филатов, который всегда любил пошутить. А ведь это самое драгоценное чувство человека. Говорят, если оно ещё есть, значит не всё потеряно. И человек живёт, а не существует, не несёт просто бремя жизни./
Нету в море апельсинов,
И любви в Севилье нет.
Дай твой зонтик, я остыну,
Слишком ярок этот свет.
А под зонтиком зелёным
Сам я выгляжу лимоном,
И за мною тут как тут –
Рыбки слов твоих плывут.
Нету в море апельсинов
Слишком ярок этот свет!
А любви в Севилье нет!
Вал. Филатов.
Гранада, 1850.
Чую i3 к!мнати
Журкгг водограю.
А промшчик солнця
й павпъ винограду
у моему серщ
вказують на рану.
У серпнев1м He6i
пропливають хмари.
Марю, що не марю
у т1м водогра
Перевод:
Слышу, как источник
Искрится струёй.
В пальцах винограда
Луч, как остриё,
И готов он сердце
Отыскать моё.
И не наяву ли,
Глядя в облака,
Я себе приснился
Струйкой родника.
Валентин Филатов
Прелюд1я V
Хоч минаються топол1,
та слщи по co6i с в пять.
Хоч минаються Tononi,
заминать людям втер.
По р!чках уплить пускають
вщгомони, cpi6Hi свщки.
Налетши свштяки в
Moi згадки хтозна - звщки.
Пом1ж пальщв др!бним др1бно
Простае серця квггка.
V- в переводах Ф.Г. Лорка
таким знаком, как мне кажется, В.И. отмечал стихи о вечном, об итоге жизненного пути.
Перевод: А тополя уходят.
Но свет их озёрный светел.
А тополя уходят,
Но нам оставляют ветер.
А он умирает ночью,
Обряженный чёрным крепом.
Но нам оставляет эхо.
Плывущее вниз по рекам.
Но мир светляков нахлынет
И прошлое в нём утонет
И маленькое сердечко
Раскроется на ладони.
/Валентин Филатов/.
V Пiсня всохлого
помаранчевого дерева.
Дроворубе,
зрубай мою тшь!
хай не мучусь, хай не бачу
себе в наготi.
Поставлено, мов на кару,
Мене мiж дзеркала.
День, як хоче мене кривить,
Чiч дражнить зркалами,
Як себе не буду бачить,
Стануть реп'яшки
Мен за лист, а мурашки
то немов пташки.
Драворубе,
Зpy6ai мою тнь!
хай не мучусь, хай не бачу
себе в нагот1.
Перевод: Песня сухого апельсинового дерева.
Отруби поскорей
тень мою, дровосек,
чтоб своей наготы
мне не видеть вовек!
Я томлюсь меж зеркал:
День мне облик удвоил,
Ночь меня повторяет
В небе каждой звездою.
О не видеть себя!
И тогда мне приснится:
Муравьи и пушинки –
Мои листья и птицы.
Отруби поскорей
Тень мою, дровосек,
Чтоб своей наготы
Мне не видеть вовек!
Валентин Филатов.
Смысл этого стихотворения заключается, я думаю, в том, что поэту надоела «двойная», двуликая жизнь между двух зеркал - как между двух огней. И он не хочет видеть этого своего двуличия, стыда, позора - «чтоб своей наготы мне не видеть вовек!»
И только тогда поэт станет свободным, обретёт крылья, когда не будет идти наперекор своей совести, когда внешний «облик» будет соответствовать внутреннему «содержанию».
«И тогда мне приснится:
Муравьи и пушинки -
Моя листья и птицы» (им. ввиду «крылья свободы»).
Чужа невiрниця.
/Это стихотворение можно отнести к циклу, который я назвала «Она была» - стихотворение о Любви!/
... Да й у берег 'ii зав1в я –
за д1вчину iiмав,
а вона булла зам!жня.
Булла шчка петр1вчана,
весшьно! грали Tim –
лихтар! якраз погасли,
а цикади заблимтши.
Я торкнув iй соннi перса,
як виходили за мюто,
i вони mihi розкрились,
мов дв! китищ ряснисть.
Накрохмалена спщниця
ув ушу мен1 шамшша,
наче шовк ш!стьма ножами
шматував хтось що е сили.
Верби звшьна колисали
безср1берне верхов!ття,
i невговканими псами
o6pifl гавкав iз зар!ччя.
За ожинником колючим
кинув я ii горшиць,
що аж коси буйнокосм!
у вологу pihb урились.
я 1зняв i3 себе шарф,
вона сукню 1 сшдницю,
я зияв ремшь з кобурою,
вона штири шнуровищ.
Южтше тжних конволш
оксамитилося тшо,
ясшм ясного кршиталю
при зорях воно ряхтшо.
Стечна полохко пручались,
мов дв1спшмаш рибини,
то кригою гоголши,
то жеврши жаром битим
Toi ноч1 я лггав
кр1зь провалля по прившлю
на едвабнш кобилищ
без стремлении i без повщдя.
Що вона мет шептала,
не подоба говорити,
та я знаю те, що знаю
я в щм дш добре битий.
Захлюскану й заласкану,
з берега ii пов1в я
свггом, як меч1 - лше!
люто краяли пов1тря.
Я пов1вся, як годиться,
бо я таки щирий циган:
дав но шитво ш шкатулку
/нехай тшиться, cynira/,
а кохатися не став,
зради 1й простить не зmir я,
бо сказала, що д1вчша,
а булла уже зам!жня.
Перевод: И в полночь
На край долины
увёл я жену чужую.
А думал - она невинна.
То было
Ночью в Сант - Яго.
И, словно сговору рады
Вокруг фонари погасли,
И замерцали цикады.
Я сонных грудей коснулся,
Последний проулок минув,
И жарко они раскрылись
Кистями ночных жасминов.
Любили ли мы друг друга?
Ворчали деревья глухо.
И дальним собачьим лаем
За нами гналась округа,
за голубой ежевикой
у тростникового плёса.
Я в белый песок впечатал
Её смолёные косы.
И юбка, шурша крахмалом,
В ушах звенела, дрожала,
Как полог тугого шёлка под
сталью пяти кинжалов.
И бедра её метались,
Как пойманные форели,
то льдом обжигающим стыли,
то жарким огнём горели.
И лучшей в мире дорогой
До первой утренней птицы
меня этой ночью мчала
Атласная кобылица.
А гордость идет цыгану.
Слова, что она /сказала/ шептала,
Я вам повторять не стану.
В песчанках и поцелуях
Ушла она на рассвете.
А гневные стебли лилий
Клинками рубили ветер.
Я вёл себя так, как должно.
Цыган - до смертельного часа.
Я дал ей ларец на память.
И больше не стал встречаться,
запомнив обман той ночи.
В объятьях речной долины...
Она ведь была замужней.
А мне клялась, что невинна.
Валентин Филатов.
Гiтара.
Як заридала
моя птара, -
розбилась досвпку
криштальна чара.
Ой заридала
моя птара...
Хочу упшить -
надармо,
хочу упшить -
намарно.
Плаче, як вода,
що рине з яру,
плаче, як впер,
що жене хмару.
Хочу впинити /остановить/
надармо,
вона ридае
за даллю
Плаче nicoK гарячий,
кличе бше латаття,
плаче стрща цшлю,
веч1р кличе свггання,
плаче в пшм rbuii
пташка остання.
А- ой, птарю!
у сердщ п'ять нож1в
одним ударом! /эти строки удачнее - смысл глубже!/
Перевод: Гитара:
Начинается плач гитары
Разбивается
Чаша утра.
Начинается плач гитары
О не жди от неё молчания!
Не проси у неё молчания
Неустанно
Гитара плачет. Как ветра над снегом плачут.
Так плачет без неба птица.
Так плачет стрела по цели.
Так песок раскалённый плачет
По прохладной красе камелий.
Так плачет усталая птица
Под угрозой
змеиного жала.
О гитара!
Бедная жертва
Пяти проворных кинжалов!
В. Филатов.
/Если кинжалы проворные - это струны - то смысл тоже глубокий. Один удар по гитарным струнам - и вот душа ожила, или, наоборот: «душа болит, а сердце плачет»./
/А иногда гитарист - художник берет в руки гитару, когда больно на душе, и невольно она звучит - как отзвук, отголосок душевной боли - и вот уже гитара становится «жертвой» пяти проворных струн» или как у Миколы Лукаш: удары струн саданули по сердцу, словно пять острых кинжалов.»
Нiч.
Люстра, св1чадо,
Свггич, св1ча.
Ото суз1р'я
стршьця - сшвця.
Золот! вжонця
мирить - тремтять,
хрести на перехрестях
хочуть свггать.
Люстра, св1чадо,
Свпич, св1ча.
Перевод: Ночь.
Светляк и фонарик,
Свеча и лампада...
Окно золотистое
в сумерках сада
колышет крестов силуэты.
Светляк и фонарик,
Свеча и лампада
Созвездье
Севильской саэты.1 (1коротенькие песни).
В. Филатов
Хрест. Крест, (перевод).
Хрест Крест.
(Крапка в кiнцi шляху). (Точка в конце пути)
Задивився в р1вчак Засмотрелся в пропасть
(Багато крапок). (Многоточие).
/Всего два...стишия - а какой глубокий смысл всего в двух строчках!
Газели.1 /Цикл. Тамаринянский диван 2/.
VIII Газела про темну смерть.
XoTie би заснути, як засинають яблука, i спати здесь далеко вщ цвинтарного гамору. XoTiB би заснути, як та мала дитина, що в 4icTiM Mopi Mpie co6i разкраять серце.
1 Газели и касиди - особые поэтические (в1ршовй)
формы арабской поэзии лирического, реже лиро - эпического характера.
2 Диван - поэтический сборник у арабов, персов...
Перевод: УIII Газела о чёрной смерти.
Хочу уснуть я сном осенних яблок,
Чтоб убежать от сутолоки кладбищ.
Хочу уснуть я сном того ребёнка,
Что так хотел забросить сердце в море.
В. Филатов.
…
Бо хочу я заснути, як засинають яблука,
навчитися плачу, що вщ земл1 очистить
бо хочу буди разом з дитиною сумного,
що в чиспм Mopi Mpie co6i разкраять серце
Перевод: Хочу уснуть я сном осенних яблок
И научиться плакать незаметно.
Ведь я хочу быть тем ребёнком грустным.
Что так хотел
забросить сердце в море.
В. Филатов.
Касиди.
…
II. Касида про плач.
Як закрив балкон,
Щоб плачу не чути,
та з - за cipHX i похмурих Mypie
все одно шчого, KpiM плачу, не чути.
Даже мало янпхгпв сшвучих,
дуже мало i собак гавкучих,
тисяча скрипок мет увшде в руку.
Але плач - то величезний пес,
плач - то величезний янгол,
плач - то величизна в1тер,
сльози душать вггер,
i шчого, кр1м плачу, не чути.
Перевод: Касида о плаче.
Я закрыл балкон,
Чтоб не слышать плача,
Но за серыми и хмурыми стенами
Всё равно ничего, кроме плача, не слышно.
Очень мало ангелов поющих.
Очень мало и собак орущих.
Тысяча скрипок придёт к моим рукам
Но плач - это громадный пёс.
Плач - это огромный ангел.
Плач - это огромная скрипка.
Слёзы душат ветер,
И ничего, кроме плача, не слышно.
Валентин Филатов.
Примечание: знаком V отмечены также следующие произведения: - «Заручини»
- «Прощания». V
- «Вщгмш». V
- «Песня всохлого помаранчевого дерева» - V
«Песня сухого апельсинового дерева» - перевод, /дан на стр курсовой работы- стр. 168./
- «Статуя Потернае». V
- «Прелюдiя» - стр. 166-167 смотри!
Привожу пример: «Заручини» V
/без перевода/
Киньте в воду
цього персня.
(Тьма поклала свошальщ
вже меш на плеч1).
Киньте в воду без мороки
Меш бшьше як сто роюв
Bci питания не до peni.
Киньте в воду
цього персня.
Перевод
мой: Завещание
Сто судеб, повинуясь Закону, /Божьему рока судьбы/
Над моей головой пролетело.
И смерть моя уже пришла.
Свои руки протянула
и на плечи положила.
Киньте в воду - словно перстень -
Не жалейте! Люди! обо мне!
Всё напрасно.
Киньте в воду меня, люди!
Словно перстень. Не жалейте!
С роком спорить - Всё напрасно.
/Ганагина М.Р./
Прощания. V
В час мого скону
не закрывайте балкона.
Дитина icTb помаранчу –
я з балкона побачу.
Жнивар у пол1 жнивуе –
я з балкона почую.
В час мого скону
не закривайте балкона!
Перевод мой: Прощальная.
В час моего скоану
Не закрывайте балкона.
Буду я видеть с балкона,
Как зацветают /отцветают/ лимоны.
Как жнец в поле косит почую
В час мой последний /предсмертный/,
Люди, прошу я,
Прошу я-
Не закрывайте балкона.
/Ганагина М.Р./
Как у Б. Окуджавы -
«Не закрывайте вашу дверь -
Пусть будет дверь открыта».
Вiдгомiн. V
Розпустилась квтом
свтова з1рниця.
(Пам'ятаеш
той бездоний веч!р?)
Мюяц бшим нардом
лле холодш пахощi.
(Пам'ятаеш
той узорний серпень?)
перевод Вспоминания.
мой: ' Распустила косы
/2 Варианта/ Алая зарница.
Помнишь тот бездонный
Наш с тобою вечер?
В Месяц белым рогом
В лес холодный светит.
Помнишь ли тот август –
В памяти - узорный.
вариант Распустила косы
2. Алая зарница.
В памяти – бездонный
Наш с тобою вечер.
Месяц белым светом
(Льёт) Лил холодный лучик,
Помнишь ли тот август,
Как узор, колючий???
Или: В памяти - тот август.
Как узор, колючий.
/Ганагина М.Р./
Статуя потерпае. V
Хмшль.
Хай буде шемрiт, хай буде хмiль,
Дим.
Хай духмяше, хай куриться дым.
Ильки не хочу спогад!в марних,
Бляклого кольору давшх годин...
Бiль.
Хай буде лютий, як мапя, бить.
Бiй.
Хай буде сутий, забрьоханий бш.
Тшьки не хочу, щоб Ti невидимки
Вiчно ходили через мiй д1м.
Перевод Будь что будет.
мой: Но я остаюсь самим собой.
При соприкосновении с этой книгой мне ближе стал украинский язык. А помогли мне в этом переводы Валентина Ивановича Филатова - язык украинского народа предстал в ярком, выразительном свете. Чудесные сравнения, эпитеты, олицетворения. Но это и поэзия Федерико Гарсия Лорки - предстала для людей разных народностей. Наверно, всего этого хотел для нас - В.И. Филатов.
Ведь украинцы (хохлы) рука об руку живут с нами рядом - они - часто наши соседи, /с кем и мы/, и они с нами, делятся и хлебом, и солью, и всем необходимым. Спасибо, родной, Валентин Иванович. Много сделал для этого и украинский Поэт- Микола Лукаш
Быть России.
… Мы, наверно, трижды русские,
Коль умеем ещё выживать!
Валентин Филатов. «Каждый день выносить перегрузки»
… И Россия всегда понимала,
Отдавала и хлеб, и соль,
И Россия всегда спасала,
Принимая чужую боль...
Отдаляйтесь, никто не осудит,
Расправляйте свои крыла.
А Россия - Россиею будет,
Как столетья ею была!
Валентин Филатов. «Быть России».
… Божий храм, переживший Батыя,
Погибал на мои глазах.
В. Филатов. «Помню храм».
Ах, как много святынь растоптали!
Ах, как много сломали церквей!
Но душою богаче не стали,
И, наверно, не стали умней...
В. Филатов. «Ах, как много святынь растоптали».
Я песнь пою на паперти страны
Разодранной униженной и нищей...
В. Филатов. «Беженец».
Дай же, Боже, великие силы,
Чтоб согреться в ненастной мгле,
Чтоб очаг возродить свои милый
На загубленной милой земле!
В. Филатов. «На пепелище».
... Нет ни в чём ей уже отрады,
Сердце плачет, зовёт и болит...
В. Филатов. «Плач Ярославны» -
перевод с древнерусского.
Такого нету в России века,
чтобы без смуты,
Такого нету человека,
чтоб не унизили,
Такого нету в России храма,
чтоб не взрывали,
Такого нету в России дня,
чтоб не рыдали.
Россия, матушка седая.
Россия, Бог тебя храни!
….
... И стоят на Руси пожарища
Выгорающей доброты.
... Мы давно забыли Всевышнего,
Он для нас оказался лишний.
Мы легко обижаем ближнего,
Потому, что он самый ближний.
В. Филатов. «Болезнь».
... Вы давно уже сбили
К недовесу весы,
Вы давно искривили
Взлётный путь полосы...
Чтобы нашей России
Никогда не взлететь,
Чтоб подачку просили
Мы, боясь умереть...
В. Филатов. «Торговцам Россией»
... Доколь жить нам
С пороком сердца,
Осложнённым склерозом совести?
В. Филатов. «Болезнь».
Поэта страстно волновала судьба России, родины... быть или не быть России. Эту тему поэт затрагивает в разных своих циклах: «Ссадины», «Черное эхо», «Из Чернобыльской тетради».
Ещё в 18 веке А.С. Пушкин дает отпор «клеветникам России»:
О чём шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? Волнения Литвы?
Оставьте: этот спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клошилась под грозою
То их, то наша сторона,
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага -
И ненавидите вы нас...
За что ж? ответствуйте: за то ли
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющей над царствами кумир,
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..
Вы грозны на словах - попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж нам витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.
А.С. Пушкин. «Клеветникам России».
С детства с молоком Матери впитала я песни о родине, о России, иногда сама пела их с гордостью за мою родную землю.
Мама брала иногда меня с собой в хор, и там они пели: «Я люблю тебя, Россия, дорогая наша Русь!
Нерастраченная сила, неразгаданная грусть.
/Неразгаданная сила, нерастраченная грусть/.
Ты размахом необъятна,
Нет ни в чем тебе конца,
Ты веками непонятна
Чужеземным мудрецам.
«Родина», /сл. М. Ножкина/.
И сначала по напечатанному тексту, а потом осознанно, я пела с гордостью за нашу Родину, Россию, гордилась тем, что я именно в России родилась, на Урале.
Много раз тебя пытали –
Быть России иль не быть.
Много раз в тебе пытались
Душу русскую убить.
Но нельзя тебя, я знаю,
Ни сломить, ни запугать
Ты мне, Родина родная
Вольной волей дорога.
Ты добром своим и лаской,
Ты душой своей сильна,
Нерассказанная сказка,
Синеокая страна.
Я в берёзовые ситцы
Нарядил бы белый свет,
Мне всю жизнь тобой гордиться,
Без тебя мне счастья нет.
Отец с трёх лет водил нас с братишкой Юрой в лес на лыжах. И мы, впитывая запах хвойного леса и морозного воздуха, влюблялись в этот лес, могучие кедры, высокие сосны, пушистые ели и стройные березы. А иногда мелькали среди белых пушистых шапок маленьких ёлочек алые /почти пунцовые/ гроздья рябин.
И обязательно хотелось попробовать горьковато - сладковатый вкус замороженных ягод. И мне почему - то казалось, что рябина - это дерево - символ Урала. /И по гороскопу я - «рябина»/. Красота этого дерева как будто отражала Душу уральского народа, с его горькой и нелегкой судьбой, но богатой, широкой, нежной, хрупкой русской Душой. И в то же время стойкого в лихую годину и Великой Отечественной войны, и в мирные трудовые дни
Уральская рябинушка.
Вот послушайте!
Вечер тихой песнею над рекой плывёт.
Дальними зарницами светится завод.
Где - то поезд катится точками огня.
Где - то под рябинушкой парни ждут меня.
Ой, рябина кудрявая, белые цветы,
Ой, рябина, рябинушка,
Что взгрустнула ты?..
Лишь гудки певучие смолкнут над водой,
Я иду к рябинушке тропкою крутой.
Треплет над кудрявою ветер без конца
Справа кудри токаря, слева - кузнеца.
Днем в цеху короткие встречи горячи,
А сойдёмся вечером, сядем и молчим.
Смотрят звезды летние молча на парней,
Но не скажут ясные, кто из них милей...
Укрывает инеем землю добела.
Песней журавлиною осень проплыла
Но всё той же узкою тропкой между гор
Мы втроём к рябинушке ходим до сих пор.
Кто из них желаннее, руку сжать кому?
Сердцем растревоженным так и не пойму...
Хоть ни в чем не схожи - оба хороши...
Милая рябинушка, сердцу подскажи.
Ой, рябина, рябинушка,
Оба хороши.
Ой, рябина, рябинушка,
Сердцу подскажи!
/Сл. Пилипенко/
В этой песне вся душа уральцев, моего детства, всё это мне так близко, так дорого. Потому, что, гуляя вечерами, я видела в вечерней ночи всегда горящие огни завода, и слышался где - то вдалеке гудок паровоза и разносящийся по тайге шум колес, а мелькающие огни пассажирских вагонов звали к счастью, и думалось о светлом... о будущем...
Люди - уральские - мои любимые земляки - гостеприимные, простые, всегда готовые помочь, умеющие и работать, и отдыхать, и любить.
Возможно, вы убедились в этом, если вам удалось посмотреть передачу «Играй, гармонь, любимая!» (С Урала). Ее участники - в основном, все трудятся на заводах тяжёлой металлургии. А это нелёгкий, изнурительный труд, отнимающий у людей много здоровья. Но люди не унывают и, мне кажется, они самые оптимистичные, жизнерадостные.
Отец мой с 14 лет труженик. Оставшись за главу семьи, т.к. Мать его - осталась без мужа в 38 лет /это мой дедушка - председатель колхоза - умер от сердечной болезни/.
Отец в летние каникулы мыл золото на Медиошахтинских рудниках /п. Турьинские рудники - затем г. Кранотурьинск Свердловской области, где я родилась/.
У Бабушки было огромное хозяйство: корова, лошадь, козы, птица. И Отцу моему приходилось всю работу взвалить на свои ещё неокрепшие плечи. А Бабушка боялась, чтобы сын не надорвался. И раз сама подняла стог сена - её увезли в больницу (надорвалась) - делали операцию, еле спасли. Кроме Отца в семье была старшая сестра, которая училась в медицинском техникуме в г. Свердловске на акушера - фельдшера. Её тоже нужно было «кормить». А приезжала она домой редко - помощи никакой. Сами сажали картошку, сами убирали. Так и жили. Потом год в рядах СА- в Венгрии /писарь/. Из Армии Отца через год вернули, т.к. его Мать жила одна.
9 мая 1945 года Краснотурьинский Богословский алюминиевый завод дал первый металл. Отец тогда ещё учился, но уже мечтал посвятить свою жизнь заводу.
С 18 лет, когда закончил 10 классов, он работал там /горяч^любит и сейчас, будучи на пенсии - ему 61 год - свой завод/ сначала рабочим, затем аппаратчиком, мастером смены /заочно учился в УПИ - Уральском политехническом институте/. Закончил институт в 1975 г. Инженером цветных металлов, с отличием.
Работал инженером - начальником глинозёмного цеха. Прекрасно разбирался в производстве и огромных чертежах, которые приносил домой, сам чертил сначала в институте - и всем своим друзьям, выручая их /что меня очень поражало/, затем приносил домой и с завода. Ночами что -то переделывал в них, думал, очень много моим Отцом было внесено рационализаторских предложений по улучшению производства - родного глиноземного, в который он был влюблен. А Мама рядом - машинистом насосов. Так они и проработали рука об руку, отдав родному заводу всю силу и здоровье.
Низкий поклон Вам, родные! Я очень вас люблю и благодарна Вам за всё! За то, что научили нас с Юрой любить родную землю. Брат мой - тоже работает на этом заводе в электролизном цехе, продолжает дело Отца, /представьте t° +60-70° летом, а он, крановщик - возит ковш раскалённого металла - выдерживают только 4,5 часа - это продолжительность рабочей смены. Все пары горячего металла - вверху. И люди этим дышат. Глотнул., Уральского воздуха и мой муж, когда приехал за мной в г. Нижний Тагил, где я училась на III курсе филологического факультета Нижнетагильского института /ныне университет/. Чтобы содержать нашу малочисленную семью, Федор устроился на Уральский вагоностроительный сварщиком - варил вагоны и алюминиевые цистерны/.
А я пошла по стопам Бабушки /и все родственники - женщины, в основном, педагоги или закончили музыкальную консерваторию в г. Казани. Есть один художник с муз. образованием, затем художник - дизайнер, и, наконец, обрёл себя в живописи, это мой двоюродный брат - ровесник - Игорь Вилюрьевич Абдулин./ его великолепные картины впервые увидела Германия.
Но почему Германия? Почему, почему? Поистине Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить! У ней особенная стать - В Россию можно только верить.
Ф. Тютчев.
Становится больно за родных, близких людей, за свою любимую Родину, Россию, Урал, уральский лес! Люди с тяжелейшими судьбами. Отдавшие всё здоровье производству, имеют минимум благ от государства, которое ничего не волнует.
Но в последнее время уральцы живут хорошо, не везде, правда. В Краснотурьинске - зарплаты учителям, пенсии, стипендии студентам выплачиваются вовремя. А учебных заведений по - прежнему, большинство бесплатных (муниципальных). Что такое Родина. С чего онаначинается? Теперь, я думаю, Родина - это каждый из нас, живущий и работающий на этой земле.
Помните: «С чего начинается Родина?
С картинки в твоем букваре,
С хороших и верных товарищей,
Живущих в соседнем дворе
А, может, она начинается
С той песни, что пела нам Мать,
С того, что в любых испытаниях
У нас никому не отнять...
... С заветной скамьи у ворот
С той самой березки, что во поле,
Под ветром склоняясь, растёт...
... И с этой дороги просёлочной.
Которой не видно конца...
... С окошек, горящих вдали...
... Со стука вагонных колёс
И с клятвы, которую в юности
Ты ей в своем сердце принёс...
С чего начинается Родина?»1
И когда я впервые услышала песню Игоря Талькова «Россия», я была до глубины души
тронута ею, её смыслом.
Россия!
... Слышится звон колоколов! /Это надо слушать. Прекрасная мелодия. Музыка. Автор и композитор - Игорь Тальков./
«Листая старую тетрадь расстрелянного генерала,
Я тщетно силился понять, как ты смогла себя отдать
На растерзание вандалам?
Из мрачной глубины веков -
ты поднималась исполином.
Твой Петербург мирил врагов
высокой доблестью полков
в век золотой Екатерины.
_______________________________________________________________
1 Из к/ф «Щит и меч» сл. Матусовского
Ро - ссия! Ро - ссия!
Священной музыкой времён
Над златоглавою Москвою
Струился колокольный звон –
Но даже самый тихий он –
Кому - то не давал покоя!
А золотые купола кому - то чёрный
глаз слепили
Ты раздражалась и везла
И видно, так их доняла,
Что ОСЛЕПИТЬ Тебя решили!
Рос - сия!
Рос - сия!
Раз- вверзились с треском небеса
И с визгом ринулись оттуда,
Срубая головы церквям –
И славя голову царя –
Новоявленные пуды.
Тебя связали кумачом
И отпустили на колени!
Сверкнул топор над палачом -
а приговор тебе прочёл
Кровавый царь - «великий гений».
Россия!
Россия!
Листая старую тетрадь
расстрелянного генерала,
Я тщетно силился понять:
Как?! Ты смогла себя отдать
на растерзание вандалам?
О, генеральская тетрадь! –
забытой правды возрожденье!
Как!! тяжело тебя читать...
Обманутому поколенью...
Россия!
Колокольный звон..........................................................................................................................
/Только за одну эту песню Игоря Талькова могли убить.../ Как - то слышала интервью, данное Игорем Тальковым: «-... Считаю себя русским патриотом. Потому что мне не безразлично, что происходит с Россией.
- Что вы выкладываете в это понятие?
- Я просто скажу вам: к тем, кто насилует мою Родину, кто пытается разрушить её традиции, культуру, отношусь примерно так же, как к оскорблению своей матери.
- То есть, вы видите патриотизм главным образом, в обостренном отношении к действительности?
- Нет, не только. Это ещё и любовь.
Любовь к Родине - это компонент патриотизма.
- Значит, патриотизм для вас более широкое понятие, нежели любовь?
- Да, более широкое. Потому что любить и бездействовать - это не патриотизм. Человек любящий и действующий - вот патриот.»
Он всю свою сознательную (увы, короткую) жизнь любил и действовал.
Любовь к истории и Родине привил ему отец. Он научил его ещё в детстве читать исторические книги. Патриотизм же он сам в себе воспитал. Так же, как и любовь к своему делу, ненависть ко лжи и злу. «Зло должно быть наказуемо», - говорил он часто в своих интервью.
В литературе он предпочитал Пушкина и Бунина. Он отдавал им свободное от концертов время.
« - Человек, ни разу не задавший себе вопрос, зачем он живет, наверное, прожил жизнь зря. Он мог бы и не рождаться. И я думаю, всем живущим ныне имеет смысл задать себе этот вопрос, пока не поздно. Потому, что от него /зависит/ начинается отсчет всему: как человек живёт, что он из жизни черпает, какую информацию из неё выбирает. Как относится к людям, что для него Добро и Зло. Бог и Дьявол. Бытие.
- Вы задавали себе этот вопрос?
- Я задавал его себе, когда мне было 12.
- Вы нашли ответ?
- Во мне сейчас 34 года. С того времени прошло 22 года. И все двадцать два года я каждый день пытаюсь ответить на него.
- Как вы думаете, человек в течение жизни обязательно должен найти ответ или важнее все - таки поиск?
- Поиск - это уже движение, это возвышение. Одним удается ответить, другим нет. Но и этим, и другим он помогает, поскольку человек приближается к истине и, значит, не зря живет.»
Ответ на этот вопрос он искал не только в жизни, но и в своих песнях:
«Сцена, я дошёл до тебя и стою, и пою, наконец - то. И уверен, что занял по праву свободное место. Наше время пришло, да поможет нам имя Господне!»
Удивительно, что песни его, казалось бы, такие чисто русские, пользовались большим успехом в Германии, где он несколько дней выступал с концертами._Он брал туда 30 своих кассет, которые немцы раскупили в считанные минуты, по 25 марок за штуку. Для сравнения - диск Фила Коллинза ст. в Германии 15 марок.
Успех на эстраде привлёк к нему внимание кинематографистов. Режиссёр и. Таги - Заде предложил ему роль князя Серебряного. Игорь согласился, потому что хотел показать, какими были истинные русские князья и бояре, показать через образ князя Серебряного
благородство, величие русского духа. То, что унаследовала русская дворянская интеллигенция и что истреблено и утрачено в сегодняшнем поколении.
Особое место в творчестве Игоря Талькова занимали песни гражданские, патриотические: «Родина», «Россия».
Последняя появилась совершенно неожиданно. Будучи на гастролях в Ярославле, услышал колокольный звон. Мгновенно родилась мелодия будущей песни. Слова были написаны позже, уже в Москве. Песню, однако, телезрители услышали не сразу. Талькову говорили: «В развлекательную передачу такую суровую песню включать нельзя. И если бы не Владимир Молчанов, вряд ли «Россия» когда - нибудь прозвучала бы в эфире. Он включил её в «До и после полуночи» - несмотря на всевозможные осложнения. Молчанову тогда досталось, но больше - Талькову.
Игорь Тальков не любил красный цвет - цвет крови. Он любил белый цвет, потому что «звезды ветятся белым цветом, луна белая, солнце белое... Он очишает.» своими песнями он очищал и себя, и тех, кто слушал его. но не только. Он призывал каждого из нас дорожить своей Родиной, не топтать её идеалы, а бережно хранить их: «Ну надо же было так устать, дотянув до возраста Христа, Господи! А как на парад вся страна шагает в ад широкой поступью... Родина моя, ты сошла с ума!.. То запиваешь и грустишь, то голодаешь и молчишь, то молишься...»
Но потом оказалось, что Игорь Тальков не одинок... Вместе с ним жил и творил свои глубокого смысла стихи о России - ей назначении Валентин Иванович Филатов. Размышление.
Люблю тебя до самозабытья.
Люблю тебя до самоотреченья.
Пусть я умру - останется теченье
Меняющего формы бытия.
О однократность женщины и чуда!
И я не вечен - так уж сотворён.
Меня не будет - остальное будет.
И в остальном я буду растворён.
Я буду растворен в берёзках гибких,
В дожде, росе на листьях тополей...
Я буду растворён в твоих ошибках,
В твоих несчастьях и любви твоей
Но сердце бед, созвездий и кочевий
Ты сможешь, в мире чувствуя меня,
Любить весь мир до самоотреченья,
Любить весь мир до самозабытья?
1986 г. Валентин Филатов.
С колокольни.
«Кавказ подо мною.
Один в вышине...»
/Пушкин А.С./
Вся Русь предо мною. Один в вышине
Я на колокольне. У самой периллы.
Плывут облака подо мной, как перины
Бесплотных богов, пособляющих мне...
Отселе я вижу подонков рожденье,
К высотам карьеры зрю их продвиженье.
Вон лысенький с другом уверенно топает:
Он выйдет в науку, а друга - утопит.
Вон дядя с портфелем. Другой - с головою.
С портфелем пробьется. Сопьется другой.
Ах, как там внизу суетятся людишки:
Делишки, детишки, умишки, сберкнижки...
Вотще! В суете всё же нет им отрады!
Кооперативов теснятся громады...
Заносят в квартиры хрусталь и серванты,
Пылятся на полках Толстой и Сервантес...
И словно в дремучее время былинное
Бьют связями, словом, рублём, как дубиною.
Бьют ближнего, честного, доброго, нежного...
Плюют на них. Боже, прости меня, грешного!
Прости меня, Боже! А их покарай, -
Бардак учинили. Сумели бы рай...
Ведь много ж сумели: ракеты, мосты...
Сумели и звёзды хватать и кресты...
Уже и в пустыне цветы - реализм.
Сумели б, наверное, и коммунизм...
Да только не то, видно, мелят жрецы,
Да палки в колёса суют подлецы.
Благословенна моя колокольня!
Но все же - довольно.
Быть буре. Уж тучи давно собрались.
А мне - на работу. Спускаюся вниз.
1980 г. Валентин Филатов.
Торговцам Россией.
Как же дальше нам жить?
Как же нам не пропасть?
Что смогли мы скопить
За советскую власть?
Не сумели накрасть,
Как большие киты,
Не сумели попасть
На дорогу мечты...
Спекулянтами мы
Не вертелись в толкучке,
Жили часто взаймы
От получки к получке...
У обкомовцев бывших
Громоздятся хоромы...
Стали жить они тише,
Но к свершеньям готовы
Кто пошёл в торгаши,
А кто стал демократом...
Продают за гроши
Сахалин и Карпаты...
Им на все наплевать:
Были наши мессии,
А теперь торговать
Будут нашей Россией.
Что же, копите, «друзья»,
Деньги в банках швейцарских,
Вы ещё не князья.
Хоть живете по - царски!
Как до дальней звезды
До дворян - меценатов:
Не из вашей среды
Ни Кутузов, ни Платов...
Не из вашего кодла
Третьяков и Демидов...
Поднимаете подло
Флаг Российский для виду.
Вы давно уже сбили
К недовесу весы,
Вы давно искривили
Взлётный путь полосы...
Чтобы нашей России
Никогда не взлететь,
Чтоб подачку просили
Мы, боясь умереть...
И табак и повидло
Дядя Сэм нам вручит...
Пусть безмолвствует быдло,
Но народ не смолчит!
Никогда вам народ
В дураках не оставить, -
Сможет подлый наш род
Он на место поставить.
1992 г. Валентин Филатов.
Ах, Русь!
«Ешь ананасы и рябчиков жуй,
День твой последний приходит, буржуй!»
/Маяковский/.
Ах, Русь! Ты ли птица - тройка?
Хромая бредешь не спеша...
Надежда на перестройку
И частника - торгаша.
Цены ломили без опаски,
Ананасы и рябчиков жуй,
И запивай шампанским, -
Твоя победа, буржуй!
... Пока намечаются сдвиги,
И кто - то куда - то ведет,
Жить хорошо барыге,
Перешедшему на хозрасчёт!
1988 г.
Беженец.
Я песню пою на паперти страны
Разодранной, униженной и нищей,
И нет со мной ни друга, ни жены
И сожжено родимое жилище...
Уходит век, всё прошлое круша,
И Сатана, блаженствуя, смеётся,
Над тем, что наша сломлена душа,
Над тем, что пережить ещё придётся.
• • •
1992 г. Валентин Филатов
+ + + Летят отчаянно снежинки,
Как летом к стёклам мотыльки...
Загнусь когда - нибудь в глубинке
От водки, сплетен и тоски...
В домах огни, готовят ужин,
Визжат в сараях кабаны...
Здесь я ни капельки не нужен,
И мои рифмы не нужны...
Тебе, забытая глубинка,
Нужна жратва, а не стихи.
Ты, как пустая четвертинка,
Заброшенная в лопухи...
Плывёшь в снегах, в российской грусти...
Какие будут берега?
Ответь, родное захолустье!
Тоска... Безмолвие... Снега...
1992 г. Цикл «Ссадины». В. Филатов.
У церкви.
Ах, снова осень! Не спеша.
Листва багряно с веток льется...
Тоска, как будто бы душа
С советской властью расстается.
Церквушка сирая с крестом...
В какой ты выживала муке!
Мне здесь подумалось о том,
Чем нас помянут наши внуки...
Что будут знать они о нас,
О нашем времени неясном?
Как на завод рабочий класс
С похмелья шёл после аванса?
Закрыть пивные был приказ, -
От всех разило самогоном.
А в магазинах в месяц раз
Давали сахар по талонам.
Как воровство среди ночей
Подспорьем было для зарплаты,
Как избирали ловкачей
В секретари и в депутаты.
И дорожала колбаса,
Хитрим кооперативы,
Взвивались в праздник в небеса
Раскрашенные...
Кобзон о счастье запевал,
А я неделями не брился...
Народ в колоннах ликовал,
А за углами матерился.
Кружит у церкви журавель...
Ах, прокурлыч мне, друг речистый,
Как там за тридевять земель
Умеют жить капиталисты!
Лети, журавлик мой родной,
Весной обратно возвращайся.
Когда устанешь, знай одно,
В Чернобыле не приземляйся!
Валентин Филатов.
Из «Чернобыльской тетради».
Россия - это и её люди. С горестями и бедами, с болями и заботами, счастливые и несчастные...
Вот как о них пишет Валентин Иванович.
... Не играйте людьми и словами.
Если память веков жива, -
Пусть над нашими головами
Воссияет Храм Покрова!
И над нашими городами,
Над просторами площадей.
Пусть взметнется трехцветное знамя
Неподкупной России моей! –
/«Ах, как много святынь растоптали...
Гордость за свою страну слышится в этих словах. Несмотря ни на какие беды, Поэт верит в свою Россию, страдальческий, но неподкупный народ. У Валентина Филатова душа болит за каждого: и за неимущую старушку:
«Посмотрите на наше будущее:
Вон, старушка бредет неимущая.
Тихо - тихо бредет, хромая,
В декабре, сентябре и мае,
Ночью, вечером, в ранний час
Тихо - тихо бредет среди нас.»
В. Филатов.
«Не дай Бог» - см. выше, с. 97.
Печь не топлена, небо хмурится..
Кто придёт старухе помочь?
Печь не топлена, небо хмурится...
Кто придёт старухе помочь?
А также его волнует и жизнь матерей - одиночек. «Одиночки». «Драма». Из цикла «Явь».
Ах, матери - одиночки!
Хоть нету давно войны,
Чьими сынками и дочками
Детдомы полным - полны?
На них особо не тратятся,
И в чём укорить страну?
В глаза посмотри, отказница,
Тщедушному пацану?
Накормленный, вроде обутый.
На всё, что учёл казначей,
Детдомовец пресловутый
А проще сказать - ничей.
А проще сказать, - зверёныш,
Не слышавший ласковых слов,
Он утром встаёт зарёванный
От страшных недетских снов.
Ты, курва, водяру пьющая,
/Я матерюсь меж строк/
А ну, посмотри получше,
Может, он твой сынок?
Нет, он не твой! Твой далече...
Ты месячного малыша
Убив, закопала под вечер
Возле помойки, спеша.
Ах, сколько их на помойках
Убитых! А если живых –
Вкалывающих на стройках
Пьющих за четверых.
Вечно кому - то мстящих,
Бегущих из лагерных зон,
И матерей гулящих
Ждущих, как светлых мадонн.
«Люби меня, слышишь, мама,
Найди мне себя и отца!»
Ах, эта приютская драма,
Которой не видно конца!
1989 г. В. Филатов.
И жизнь девочек из «Дворового романса», тема которого ассоциируется с повестью Виктора Астафьева «Людочка».
Ах, ты Настя, Настюшка, конфетка,
Растворяешься снова во мгле...
Наркоманка, семнадцатилетка,
Ты два года уже на игле...
В пятом классе тебя изнасиловали,
Мать по - прежнему горькую пьёт...
А тебя по подвалам носило,
Втихоря вынося на аборт...
Никому никакого нет дела
До твоей одичалой души,
И торгуешь ты собственным телом
За ташкентский косяк анаши...
Участковый /морально здоровый/
Бил тебя сапогами под дых...
Залетай ко мне, птица, здоровая
Я прочту тебе ласковый стих!
Но взлетать тяжело и неловко,
Да и снег повалил, как на грех!
... Ты умрёшь от крутой дозировки.
Перед Пасхою. В чистый четверг.
1993 В. Филатов. «Дворовый романс».
Цикл «Ссадины».
Ужасное стихотворение по своему правдивому содержанию, по реальности сути вещей нашей советской действительности. В какой стране мира может такое происходить! Ни тема ли нравственного падения, преступления Достоевского?
«Преступник - не тот, кто совершил, а тот, кто мог - значит, уже преступил.» /Виктор Астафьев - автор повести «Людочка» - берет к своему произведению такой эпиграф:
Ты камнем упала.
Я умер под ним.
Вл. Соколов.
Давая урок уже по прочитанному произведению, начинаю с эпиграфа. Долго размышляли о смысле написанных строк.
Затем работаем по вопросам, медленно прослеживая всю жизнь Людочки, начиная с детства. /Сравниваем пейзажи города и деревни/.
Самыми яркими вопросами считаю:
- .Как отнеслись к горю Люды близкие люди?
- .Оправдан ли её поступок? Был ли выход из случившегося?
- .Почему такой конец придумал Астафьев Стрекачу?
- .Есть ли, по - вашему, надежда на улучшение жизни в посёлке? Как это сделать?
- .Есть ли в ком - либо из героев положительные черты, и какие черты вы хотели бы увидеть в окружающих вас людях?
- .Почему Астафьев поднимает эту тему? Что дает для души эта повесть?
- Чему она учит?
- .Астафьеву можно написать ваше мнение о его книге. Напишите./
Дождь идет. Долбит прямой наводкой.
Всё в воде. С утра уже не до гулянки.
Дождь идёт. Ну как пойдёшь за водкой Без зонта. /Утерян был по пьянке.../
Дождь идёт, а у соседей тоже горе:
Бог прибрал фронтовика Андрона.
Он скончался день назад от перепоя,
Выпив больше, чем обычно, самогона.
…
Дождь идет, но суета у магазина.
….
- Ныне хлеб не подвезут, нема бензина! –
Говорит она скоплению народа.
Уходить народ не хочет почему - то,
И не верит почему - то продавщице.
/ Наш народ уже не верит ни в валюты,
Ни в указы, ни в приказы, ни в милицию/.
Демократов обзывая... ,
Матерится при народе дед Мишутка.
Он в район сегодня ездил за очками,
И всю пенсию угрохал на покупку.
Ах, тоска! Тоска такая, хоть под поезд!
Без просвета: цены, дождь, существованье...
Лучше встану, затяну потуже пояс,
Выйду в дождь я, как разведчик на заданье.
Аки по суху, пойду по водам,
Встречу Федора, а может, и Романа...
Купим водки и подышим кислородом,
На троих деля пол - литра без обмана!
1993 г. В.Филатов. «Провинция. Дождь.»
Цикл «Иронические стихи».
И кажется, нет ни одной из жизненных тем, которых не коснулся бы Валентин Иванович Филатов. Это и Война, и Любовь, и Страдания людские, и Вопросы Вечности и Бытия.
Глобальные проблемы и кажущиеся мизерными - жизнь каждого из нас - предстает в Валентина Ивановича не менее волнующими. Жизнь ветерана Великой Отечественной. Может ли быть эта проблема «незаметной», если она связана с целой эпохой, этой целой истории нашей страны!
Монолог ветерана Вов. «В бюрократической документации
Вместо гордого «Ветерана Великой Отечественной войны» - уже пишут ни о чём не говорящую абривиатуру: «Участник Вов.»
Но! «если мы войну забудем , вновь придёт война»...
Сижу один в заплёванной квартире
И штопаю семейные трусы...
Мой холодильник пуст, как Т - 34,
В нём нет боезапаса колбасы.
Бутылки, словно стрелянные гильзы,
Валяются тоскливо под столом...
К дружку в Херсон не вырваться без визы,
А в Латвию к сынку - вообще облом!
Вчера опять собес мы штурмовали,
Был натиск наш по - фронтовому лют.
И всё - таки нам пенсию не дали.
/Её нам третий месяц не дают/.
Дожились, б...! Во, падла! Кто ж в ответе?
В загоне хлебороб. В почёте шваль.
Что за чума пришла, и что за сети
Опутали российский наш корабль?
Ответьте мне, прошу без выкрутасов:
Куда идеология ведет?
По телеку - лишь морды п ... ,
Да проституток смотрим хоровод.
Ах, что же вы натворили, активисты?
Страну уже просрали в пьяный глаз:
Нам помогают бывшие фашисты,
И негры смотрят с жалостью на нас.
Зачем вели мы по Берлину танки,
И столько положили там голов?
Пойду в аптеку. Может, валерьянки
Отпустят мне, как ветерану Вов...
1995 г. - 50 летие Победы в Великой Отечественной войне.
В. Филатов. Цикл «Иронические стихи».
Для Валентина Ивановича
Россия - это и Кавказ, и Адыгея!
Родина
Русский я. А рождён на Кавказе,
И Кавказ полюбил навек.
Здесь Европа встречается с Азией,
Здесь заметен любой человек.
Здесь почет и хвала по заслугам,
Здесь не бросят в беде одного.
Могут жизнь здесь отдать за друга,
Так как дружба - превыше всего!
Здесь в стремлении к общему счастью.
С казаком подобрался адыг.
Никому замутить не удасться
Нашей дружбы священный родник!
Наше братство ничем не нарушить,
Нам не надо делить рубежи,
Потому что сплелись наши души
В общей воле к житью не по лжи.
А к гостям здесь всегда благосклонны
Может пить и плясать до утра.
Признают на Кавказе законы
Правды, чести, любви и добра!
Нет на свете понятий выше
И на их основе - Совет.
Пусть же будет над нашими крышами
Вечной дружбы сияющий свет!
1992 г. В.Филатов.
«Превыше всего».
Цикл «Ссадины».
В новом изданном первом сборнике стихов В.И. Филатова «Полет не имеет конца» в цикле «Восьмой цвет радуги» это стихотворение называется «Адыгея моя» и дополнено I четверостишием: Адыгея моя, Адыгея:
Горы, реки, поля, леса...
Год от года живёшь, молодея,
И светлеют твои небеса.
• • •
... Осыпайтесь со стен святые,
Связь времён распалась в прах...
Божий Храм, переживший Батыя,
Погибал на моих глазах.
А потом я увидел, как в сутолоке,
Он из множества дыр пробитых,
Вдруг заплакал сухой штукатуркой
Над безбожной толпой любопытных.
1982 г. Валентин Филатов.
«Помню храм».
К сожалению, и эта наша Россия. Этот храм, как свидетель страшных исторических потрясений не дает нам всем жить со спокойной совестью. А поэт помнит об этом. Но он всё - таки верит:
Ещё не пропала Россия.
Маловеры заголосили:
Мол, какой из России толк...
Нет, ещё не пропала Россия, -
Встанет, выдюжит - дайте срок!
Было время хазар и Батыя,
К ней тянулась тевтонца рука,
Но всегда побеждала Россия,
Это участь её навека!
Заграница? А что заграница!
Есть в России и нефть и медь...
Русским нивам ещё колоситься.
Русским песни русские петь!
Родники очистят колодцы,
На границах утихнет стрельба...
И ещё прилетят инородцы
На её золотые хлеба!
Вы не верили, - скажем, - поверьте,
Что Россия была и есть,
Потому что до самой смерти
Мы проносим российскую честь!
1992 г. В. Филатов. «Быть России» (2).
Быть России.
Центробежная страшная сила!
Край за краем, «качает права», -
Видно крепко им всем насолила
Под кремлёвской звездою Москва.
Знать, приелись московские пряники,
Надоел государственный кнут,
И сдают партбилеты ударники,
И партийцы партийцев клянут.
Обвиняют Петра и Никиту
Рига, Таллин и Ереван,
Украина жовто - блакитна,
Полумесячный Азербайджан...
И в недавнем младшие братики,
Отойдя от хлебов дармовых,
Обвиняют наших солдатиков
Убиенных уже и живых.
Но мы помним, когда заваруха
Ваши судьбы срывала с оси,
И, когда, убивая друг друга,
Вы взрывали: - Россия, спаси!
И Россия всегда понимала,
Отдавала и хлеб, и соль,
И Россия всегда спасала,
Принимая чужую боль...
Не забыть материнского страха,
И потухших глаз голубых, -
Из Баку, Ферганы, Карабаха
По России плыли гробы...
Наши мальчики встали грудью,
Чтоб ваш не погас очаг...
Отделяйтесь, но не забудьте.
Кто вас долго держал на плечах!
Отделяйтесь, никто не осудит,
Расправляйте свои крыла,
А Россия - Россиею будет,
Как столетья ею была!
1991 г. В. Филатов. «Быть России» (1).
Плач Яррславны.
/поэтический перевод с древнерусского/.
Нет ни в чём ей уже отрады,
Сердце плачет, зовет и болит...
На забрале Путивля - града Ярославна стоит.
Слышен голос её на Дунае:
- Я кукушкой безвестной взлечу!
Кияже! Смерть тебя обнимает,
Взять тебя ей не по плечу.
Только солнце проснется рано,
Прилечу, снова будем вдвоем,
Залечу я кровавые раны
На израненном теле твоём...
Ах, как плачет она в Путивле:
- О ветрило, за что ты так лют!
Твои крылья удачу носили,
А теперь только горе несут...
Днепр - Словутич! Силён ты по праву,
Путь пробил в чужой стороне...
Ты лелеял ладьи Святослава,
Возлелей же и Ладу ко мне!
О тресветлое солнце! Владыко!
Коль захочешь, ты всем угодишь,
Так зачем же ты во поле диком
Княжьих воев жарою томишь?
Я к тебе простираю руки: Помоги!
Вой станут сильны.
Уж ослабли от жажды их луки,
Их колчаны горем полны...
1976 г. Валентин Филатов.
Образ Ярославны нёс огромный смысл в «Слове о полку Игореве». Да и сейчас в России Автор «Слова» видел в ней и Мать, и любимую жену, и Родину, и матушку - Русь, зовущую своих сыновей домой, к миру..., в Любви..., к братству и милосердию.
И если плачет Ярославна - то не всё хорошо у нас в Мире, во Вселенной, в нашем Доме, у родного очага...
Задумайтесь, Люди, как! мы живём? Для кого мы живём? Что! мы делаем? Несут ли наши деяния любовь ближнему? Добро окружающим?
Этот голос Ярославны - её зов и к нашим охладевшим сердцам, омертвевшим душам!
И если Любовь так сильна, как Любовь Ярославны, - то смерть отступает, она бессильна: «Княже! Смерть тебя обнимает,
Взять тебя ей не по плечу!»
И обращение Ярославны к силам Природы не напрасно. Это великие силы! Обратитесь к ним, люди, с Любовью! И они вам помогут!
Боль Ярославны - это и наша боль! Люди, будьте милосердны! Будьте мудрее! Спасибо! Спаси Вас и помоги Вам, Бог!
+ + + Каждый год выносить перегрузки, Каждый год горевать - бедовать... Мы, наверное, трижды русские, Коль умеем еще выживать!
1993 г. В. Филатов.
... Дай же, Боже, великие силы, Чтоб согреться в ненастной мгле, Чтоб очаг возродить свой милый На загубленной милой земле!
В. Филатов. «На пепелище».
Родник.
Клёны зелень качнут молодую,
И поманит былая тропа...
Я родник на заре поцелую,
Жадно к влаге прохладной припав
О мой ключ, мой родник живительный!
Пью, чтоб небо не расплескать...
Среди всех чудес удивительных
Чуда большего не отыскать.
А ты также, почти у жилища,
Шлёшь из детства мне звон молодой,
Красноватые корневища
Омывая студеной водой...
Пойдут к тебе чьи - то девчата,
Ты им дай своей чистой воды!
Пусть на светлом песке отпечатаются
Босоногие их следы...
Ах, я гость совсем не частый!
Снова в белом цветении сад,
Снова травы мне шепчут: - Здравствуй,
Люди: - Добрый день! - говорят.
И смотрю на их лица разные:
С кем знаком, а с кем не знаком,
Но со всеми я родиной связанный
И живительным родником.
1979 г. Валентин Филатов.
Поэт верит в нас, Люди! И родная земля даёт силы и нам!
Вспоминается песня, услышанная мною в этот летний отпуск в День металлурга, спетая молодым поколением - Краснотурьинской группой «Фараоны». Слова её запомнились сразу, особенно эти:
«В России нету человека, чтоб не унизили»...
Россия.
Такого нету в России неба,
чтоб ни облачка.
Такого нету в России хлеба,
чтоб без пота.
Такого нету в России слова,
чтобы не в яблочко.
Такого нету в России озера, чтоб не болото.
Россия - матушка седая,
Россия, Бог тебя храни!
Такого нету в России леса,
чтобы без лешего.
Такого нету в России дома-
без домового.
Такого нету в России праздника,
чтобы без лишнего.
Такого нету в России счастья,
чтоб до дна оба.
Россия - матушка седая-
Россия - благовест церквей.
Россия - самая родная.
Россия - нет тебя мшей.
Такого нету в России века, чтобы без смуты.
Такого нету человека, чтоб не унизили.
Такого нету в России храма, чтоб не взравали.
Такого нету в России дня, чтоб не рыдали.
Россия - матушка седая
Россия, дай нам силы жить.
Россия, самая родная.
Россия. Бог тебя храни!
И вспоминаются слова, сказанные о Владе Листьеве: «Пеной жизни показал, как много стоит новая Россия, и он много сделал для новой России
... Вчерашний выстрел не просто убил человека, Он попал в душу каждого из нас.
/2 марта 1995 г./
/Влад Листьев был убит 1 марта 1995 г. - в первый день весны - убили светлое./
Хочется так думать и о В.И. Филатове.
Родина.
... Ты размахом необъятна
Нет ни в чём тебе конца,
Ты веками непонятна
Чужеземным мудрецам.
Много раз тебя пытали –
Быть России иль не быть.
Много раз в тебе пытались
Душу русскую убить.
Но нельзя тебя, я знаю,
Ни сломить, на запугать.
Ты мне, Родина, родная,
Вольной волей дорога.
Ты добром своим и лаской
Ты душой своей сильна,
Нерассказанная сказка,
Синеокая страна.
Я в березовые ситцы
Нарядил бы белый свет,
Мне всю жизнь тобой гордиться,
Без тебя мне счастья нет.
«Родина» сл. Ножкина М.
И все - таки Россия будет!
И хотелось бы, чтобы Россия, наконец, из страны непонятной превратилась всё-таки в синеокую страну
9. В этом мире опасном.
Век двенадцатый кончится скоро,
В новый век шагнет человек,
Но грозит катастрофой суровой
Уходящий неласковый век...
И пока мы разумных сдвигов
Ждём от высших правящих лиц,
Тяжелеет Красная книга
От трагических новых страниц...
В ней животные, травы и реки,
Всё, что годы уже не спасут.
Может быть, в неё человека.
Как гибнущий вид занесут...
Смертоносные выбросы фабрик,
И заводов крутые дымы, -
Ах, какой потомкам подарок
Заготовили нынче мы!
Это гибнущий облик Байкала,
Это мутная Волга - река.
Это серый лесок Урала,
И Чернобыля облака...
Погибают святыни древние...
И куда мы ещё придём,
Если гибнут пустые деревни
Под плутониевым дождём.
И не слышно детского смеха,
И не слышно пения птиц...
Человек, проснись! Доехали
Мы до гибельных наших страниц!
Под житейским гнетущим бременем
Рассмотри всё, как есть, без прикрас,
И поймёшь, что летящим временем
Нам даётся единственный шанс:
В этом мире огнеопасном
Всем, кому земля дорога,
Выходить на дорогу Разума
Чтобы выйти из тупика!
В. Филатов.
9. «В этом мире огнеопасном».
Из «Чернобыльской тетради».
Где он, высший Разум, Разум (с большой буквы), о котором говорит Анастасия!
Мать Россия моя, с чем тебя мне сравнить?
Без тебя мне не петь, без тебя мне не жить!
Ты, Россия моя, золотые края,
Ты, Россия родная, заветная...
Она была...
Положи мя, яко печать на сердце
твоем, яко печать, на моглице твоей:
зане крепка, яко смерть и любовь,
жестока, яко смерть, ревность: стрелы
ее - стрелы огненные.
«Песнь Песней».
Спасибо Вам. Для Вас одной
Стихи творю из снов и мыслей...
В. Филатов. «Признание».
Что значит ты в моей лихой судьбе,
Которую я молча принимаю?
Всю жизнь слагаю песню о тебе...
Чем кончится она - не знаю!
В. Филатов.
... Над небесами, чащами, травой
Восходит Женщина тоскующее и прямо,
Она как холст - без рам
и без подрамником,
где через край - мазками - торжество!
В. Филатов. «Торжество».
... Она была. Хоть не дала поэту
Ни благ житейских, ни наслажденья...
Дала лишь покой да страсть горящую,
И заронила в сердце красоту,
Перед которой даже смерть бессильна!
В. Филатов. «Она была».
К чему слова, к чему слова,
Когда горят над нами губы...
В. Филатов. «Экспромт - медитация».
Будем нынче воедино Мы судьбою
сплетены... День Святого Валентина, -
Две недели до весны!
В. Филатов. «День Святого Валентина».
... Льётся дождь на берег песчаный,
Где у теплой у сонной реки
Ты, со мной расставалась печально
Под предутренних звезд огоньки...
В. Филатов. «Одиночество».
Побудь со мной, богиня синеокая...
В. Филатов.
Девочка, продлись ещё мгновенье,
Не прошу ни ласк твоих, ни слов,
Ты моё последнее виденье
Из полузабытых чистых снов...
В. Филатов. «Продлись»
Любил Валентин Иванович женщин.
Валентин Иванович видел смысл жизни в истине, радости и любви.
«В нем была жизнь, и жизнь была свет человеков» /От Иоанна/.
А у Валентина Ивановича
ЛЮБОВЬ- это страсть, это жизнь,
это страдания,
это созидание нового,
это влияние с законами Природы...
от которой не убежишь.
«Природа, разум Вселенной сделали так, что каждый новый человек рождается как властелин, царь, он подобен ангелу - чист и непорочен».
+ + + Бушует пусть любовь в крови,
Как буря в море...
Не нужно плакать о любви.
Любовь - не горе!
С любовью гибни иль живи,
Не жди участья.
Просить не нужно о любви,
Любовь - не счастье!
Коль упустил, то не лови,
Не ставь запоры...
Не срезать крылья у любви,
Любовь - просторы!
1981 г. В. Филатов.
Однажды прочитав «Нагорную проповедь»
Из книги Эммета Фокса, удивилась словам, сказанным о Любви, и я поняла, что Сила
Любви - это всеобъемлемая сила.
Чтобы добиться любви, нужно дарить любовь.
Смотрите как просто. Но и сложно: каждый ли человек способен дарить любовь?
Это требует необыкновенных душевных затрат, энергии. Но если человек даёт Любовь, он
становится безмерно счастливым. Любви доступно Всё.
«Не существует таких трудностей, которых бы не смогла преодолеть истинная любовь; ни таких болезней, которых любовь не могла исцелить; ни дверей, которых любовь не смогла бы отворить; ни морских заливов, через которые истинная любовь не смогла бы перешагнуть; ни стен, которых бы истинная любовь не смогла бы разрушить; ни грехов, которые истинная любовь не смогла бы искупить...
Не важно, насколько глубоко вы омрачены печалью, каким безнадежным представляется всё это. Если вы только сможете полюбить достаточно сильно, то станете счастливейшим и самым могущественным человеком в мире...»
Любовь - залог бессмертия.
Любовь есть бездна света, источник огня. Чем она обильнее, тем сильнее пылает жаждущий. Вот почему любовь есть вечное возрастание. /Прп. Иоанн Лествичник/.
И только два истинно любящих друг друга человека способны к созиданию, способны зажечь новую звезду! И только человек, рожденный в любви - чист и непорочен, подобен Богу. Только человек, рожденный от любимого, может стать мудрейшим существом во Вселенной. Совсем немного времени требуется ему для того, чтобы одарить своих родителей счастьем и благодатью. И когда сливаются воедино, в один ритм два любящих сердца и Природа, человек получает великое ощущение блаженного восхищения и удовлетворения, которое можно испытать лишь от ощущения какого - то великого сотворения. Удовлетворение не только физическое, но и непонятное, неведомое ранее, необыкновенно прекрасное и радостное.
«Только человеку, из всех существ во Вселенной, дано испытать та-ко-е! Только мужчине и женщине, искренне пожелавшим иметь друг от друга ребёнка.
Толь-ко че-ло-ве-ку-у, стремящемуся к созданию и созиданию, а не к удовлетворения своих плотских потребностей».1
Ах, деревья майские качались,
И о чем - то пели провода...
Мы светло и искренне влюблялись.
И казалось, это - навсегда.
Годы нам дарили жар и вьюги,
И сияние вершин крутых...
Помнили нас нежные подругу,
А детей рожали от других.
1993 г. В. Филатов. «Годы».
Цикл «Ссадины».
У Валентина Ивановича Любовь- всеобъемлющее чувство.
Любовь - это и восхищение женским телом, Женщиной - в стихотворении « Торжество».
А женщина выходит из воды...
И с плеч стекают капельками звезды,
И груди, словно матовые гроздья,
На гладкоствольном дереве беды.
Она встаёт, как чистая мишень,
Для рук, для губ, для глаз, как для прицелов
Она выходит словно, светлый день
Из тихих рощ, дрожащих и осенних...
Над небесами, чащами, травой
Восходит Женщина тоскующее и прямо,
Она как холст - без рам и без подрамников
Где через край - мазками - торжество!
_____________________________________
1 Вл. Мегре. «Анастасия». Гл. «Кто зажигает новую звезду».
А волны лижут огненный песок,
И нет преград для красоты и царства.
Восходит Женщина свежо и неподвластно.
И вертится эпохи колесо!
1969 г. В. Филатов. «Торжество».
Из цикла «Явь».
Женщина у Валентина Ивановича - это и чистое, непорочное создание, подобное звезде.
Признание.
Спасибо Вам, Для Вас одной
Стихи творю из снов и мыслей
В эпоху бомбы роковой,
В эпоху разума и выстрелов.
На разуверившемся свете
Вы - та ярчайшая звезда,
Которая на всей планете
Лишь мне видна!
1988 г. В. Филатов.
Женщина - это и существо, без которого не было бы ничего живого на Земле, Прекрасного - в мире! Творящая в сердце красоту, перед которой даже смерть бессильна. Изумительное, необыкновенное, моё самое любимое, неповторимое «Она была».
Она была.
Она была. И без неё Бетховен
«Сонаты лунной» не сотворил бы,
Картины не написал бы Ренуар,
Не написал бы Верди «Травиату»,
И Штраус - своих сказок леса.
Она была. Не милой, не женою,
А всем, чем дышат, для чего живут,
И никогда не спрашивало сердце:
Любить иль нет. А загоревшись сразу,
Похожим становилось на звезду.
Она была. Хоть не дала Поэту
Ни благ житейских, ни наслажденья...
Дала лишь непокой да страсть горящую,
И заронила в сердце красоту.
Пред которой даже смерть бессильна!
1966 г. Валентин Филатов.
Одесса. Цикл «Верлибры».1
/Любовь - есть настоящая сущность личности, без любви личность не живёт, а умирает, это есть основная мысль христианства.
В христианстве... любовь не только «сильна, как смерть» (ветхозаветное выражение), но даже сильнее смерти: любовь есть источник и залог бессмертия, потому что она ненавидит смерть и разрушение и, в конце концов, любит только вечно и нетленное/.
«Чёрно - красное».
...Взвивались флаги красные
Под гимн большевиков,
Но чёрный и несчастный
Был вдовий цвет платков.
...
…Привык с тех лет упорно
Держаться на плаву.
И в жизни я хоть в чёрной,
Хоть в красной проживу!
1982 г. В. Филатов. «Чёрно - красное».
...Я - вечный огонь
Над печалью безвестных могил
Огромный красный огонь.
Как боль,
Как вселенская боль
Над измученной чёрной планетой.
В. Филатов. «Боль».
/Из цикла «Чёрное эхо»/.
_____________________________________
1 Верлибр (своб. стих.) - стих, не имеющий метра и рифмы; от прозы в. отличает графич. разделение на строки и наличие паузы в конце каждого стиха - Классич. Примеры В. в рус. поэзии XX в. - стихи А. Блока /»Она пришла с мороза...», «Когда Вы стоите на моём пути...»/ и М. Кузмина («Александрийские песни»).
Если черное и белое - это нечто темное и светлое (силы, любовь и смерть....), то война, гражданская война, в представлении поэта, как черно - красное, цвет смерти, черный цвет вдовьих платков, красный цвет крови, цвет несчастий, загублено невинных душ.
И снова боль стучится в сердца Горе в дома и окна Бой продолжается Празднуйте боль! Больно!
А. Вознесенский.
А вот как ассоциируется Великая Отечественная война в цикле «Черное эхо».
... Я - вечный огонь
Над печалью безвестных могил
Огромный красный огонь.
Как боль,
Как вселенская боль
Над измученной черной планетой.
Я-боль
На рубахе хрустящая соль.
Я - обугленный рот,
Перекошенный в крике.
Я снова в побеге.
И снова накрыли.
Я – крылья
Того самолета, что в ночь сумасшедшую вылетел
На смерть до зари.
Я - крылья. Горящие крылья.
Боль. Экзюпери.
Я- боль.
Я - щека отца моего,
Прижатая к плитам Дахау.
Я - ужас. Я - поле,
Которое бабы вспахали
В те горькие дни,
Когда шли по рукам похоронки...
Когда гибли герои и жирели подонки.
Я - строки
С известьем о гибели сына,
Ван - Гога тоска, плеснувшая из картины...
Я - вечный огонь
Над печалью безвестных могил.
Огромный красный огонь,
Как боль,
Как вселенская боль
Над измученной черной планетой.
Я - песня войны,
Что еще до конца не допета.
Я - боль.
Я вас жду на рассвете.
1970 г. В.И.Филатов.
Но если Гражданская война и Великая Отечественная война - это что-то далекое для нас молодых, хотя по рассказам дедушек и бабушек, по военной форме, мы воспринимаем ее тоже с болью в сердце (Черное эхо»), то Чернобыль - рядом, это реально ощутимо, видимо... Это страшно. Это умирающие близкие и родные люди, это болеющие дети, это увядающая Природа (экологическая катастрофа), пустые безмолвные, без птиц и зверей, поля и леса, зараженные реки и озера, это миллионы гибнущих животных, это тысячи километров загубленных площадей, уродливые деяния человека, живущих на той же земле (стихотворение В.И. Филатова «Лети журавлик»- с. 94). Это же наша земля!!!
Люди! Опомнитесь (Карабах, Чечня химические войны в Югославии, а нынче - Украина, горящая в огне)!
Листва осыпалась в лесах,
И травы выцвели до срока,
И над Полесьем в небесах
Кружит журавлик одиноко...
Читаю в газете «Колокол памяти», страницы истории: «Черный след красного колеса» и невольно вспоминаю цикл «Черно - красное» Валентина Филатова.
До недавних пор мало кто знал о кошехабльской трагедии, произошедшей в сентябре 1918 года. Аул был потоплен в крови, сотни человек, ни в чем неповинных, были расстреляны. Об этом рассказывается в сборнике «Борьба за Советскую власть на Кубани в 1917 - 1920 гг.». в своих воспоминаниях начальник штаба Таманской армии Г.Н. Батурин писал следующее: «Озлобление наших бойцов было настолько сильно, что пленных почти не брали... Между прочим перед Курганной и во время стоянки там были разгромлены черкесские аулы, враждебные нам...». Вечером 18 сентября 1918 года таманцы вступили в станицу Дондуковскую, где на следующий день произошло их соединение с частями Белореченского отряда под командованием П.А. Кочергина. Через несколько дней 1-я колонна Таманской армии покинула Дондуковскую и взяла курс на Армавир.
Именно в эти дни, как свидетельствуют документы и архивные материалы, почти полностью было уничтожено мужское население аула Кошехабль.
Из статьи кандидата исторических наук К. Шебзухова «Черный след красного колеса»:
«Автор книги «Адыги до и после Октября» Я.Н. Раенко - Туранский выдвинул две версии по поводу начала разгрома черкесских аулов. Первая - это потому, что в ауле Кошехабль в последних числах декабря 1917 года находилась белогвардейская сотня поручика Шестакова, которая вела пропагандистскую работу среди населения против Советской власти. Вторая - в момент отступления таманцев из станицы Дондуковской следовавшие за ними беженцы были обстреляны черкесами. Такие предположения Раенко - Туранского не выдерживают никакой критики. Неужели в годы гражданской войны белые или красные спрашивали особого разрешения на дислокацию своих частей у жителей аулов и станиц? П.А. Кочергин в 1929 году подтвердил, что у разъезда их кто - то обстрелял. Но почему в этом заподозрили именно жителей аула Кошехабль, если в это же время белогвардейские части находились в соседних аулах и станицах?».
По версии автора, опросившего старожилов аула, никакого обстрела со стороны аульчан не было. Зато было зверски убито 470 человек, в основном мужчины. «Это была заранее подготовленная акция со стороны командования Белоречеснского отряда, во главе которого стоял Кочергин. Именно палач Кочергин с разрешения и одобрения Матвеева и Батурина, политкомиссара Воловика учинили дикую расправу над жителями аула Кошехабль.
В архиве Советской армии я перечитал все приказы, подписанные Матвеевым, начальником штаба Батуриным, боевые распоряжения, но нигде не встречал документа, в котором был бы отмечен факт нападения черкесов на беженцев или обстрела частей Таманской армии.
Почему именно Белореченский отряд был использован для массового уничтожения черкесов? По данным сохранившихся источников, это объяснялось тем, что в этом отряде в большом количестве находились уголовники и бандиты, которых можно было легко натравить на мирных жителей, тем более, что им были обещаны те земли, которые принадлежали черкесам».
В те роковые дни был смертельно ранен и великий адыгейский музыкант и композитор Магомет Хагаудж.
В течение нескольких дней Кошехабль хоронил погибших. Тогда мало кто верил, что аул восстановится и будет дальше растить детей и хлеб, петь песни, танцевать - словом, жить, жить и жить. Сегодня Кошехабль - один из красивейших аулов Адыгеи, а его жители, как всегда гостеприимны и, как быть может нигде, умеют даже в нашей сегодняшней нелегкой жизни оставаться веселыми и доброжелательными.
«Отбросьте суету. Взрастите душу».
Валентин Филатов. «Душа»
(посмертное)
«И напитаешь душу...
Тогда свет твой взойдет во тьме...»
Исайя, 58,10.
+ + + Когда мы дни свои отбродим,
Испив и радостей и бед,
Мы снова станем той природой,
Что нас произвела на свет.
И закачаемся /цветами/ кустами
В багрянце яростной красы...
Иль станем тихими цветами
У чьей - то взлётной полосы.
1976 г. Валентин Филатов.
«Когда мы дни свои отбродим».
Если б мы долюбили,
Если б мы досмотрели все страны,
Если б беды и радости выпиты
были давно,
И никто нас не ждал
У ночных охладевших перронов, -
Смерть была бы абсурдна:
Она ничего б не меняла.
В. Филатов. «Если б мы долюбили».
Ну а в мире
Есть слиянье близких душ!
1972 г. В. Филатов. «Далёкое».
... О, как бы хотел я тоже,
Отринувши дребедень,
Прожить, на полёт похожий,
Единственный светлый день!
1998 г. В. Филатов. «Вечность».
... Листва осыпалась в лесах,
И травы выцвели до срока...
А над Полесьем в небесах
Кружит журавлик одиноко...
В. Филатов. «Лети, журавлик».
(Из Чернобыльской тетради)
... Да здравствует, бунтующий цветок
Средь чёрного обугленного леса.
Да здравствует сгоревший мотылёк,
Взлетевший в свету огненною песней.
В. Филатов. «Величие».
А все же верю я в судьбу!
Мне с ней спокойнее и легче
Идти наперекор всему, -
Идти, взвалив судьбу на плечи!
Пройду у бездны на краю
Меж псов, засад, по тьме, по минам...
И вынесу судьбу свою
К её сияющим вершинам!
1995 г. В. Филатов. «Судьба».
Но судьбу не переиначишь,
Не слабей, дорогая, лети!
Ты летишь, ты всё знаешь, ты плачешь,
Потому что маяк не найти...
Потому что, прижавшись к друг другу,
Друг у друга не видим лица...
Потому что летаем по кругу
И полёт не имеет конца.
1990 г. /«Наш полёт - назв. I сб-ка взято из этого
стихотворения; из цикла «Шальное небо» -
подготовл. К изданию. В. Филатов./
Друзья разлетелись верные,
У каждого свой полёт...
... В сердце чуть тлеет надежда: -
Не торопись к концу!
Но время бесжалостно режет
Морщины - ножом по лицу
Оно чередует полосы
Отчаяния и тоски
И жёстко кладёт на волосы
Серебряные мазки...
1994 г. В. Филатов. «Непогода».
Коль крыльям в небе нет уже опоры,
Коль прерваны небесные пути,
Прими, Земля, нас ласково и скоро,
У ужас наш навеки прекрати!
1990 г. В. Филатов. «Сон».
... Жизнь добавит на сердце зарубин.
Ты не понят - и этим преступен...
... Тихо шепчешь, судьба арестант:
Ах, простите меня за талант!
...Вас же всех, кто так зол и бескрыл,
Яистерзанным сердцем простил!
Струны порваны. Есть одна,
И симфонию выдаст струна!
В. Филатов. «Поганини».
...И под слепящий звездопад
Понять, что всё проходит мимо,
И что никто не виноват
За то, что всё неповторимо.
В. Филатов. «Нет слов».
... И там, где только Бог, и только Слово,
Глее мы сольемся с Вечностью опять.
Душой, свободной от всего земного,
Нам Истину высокую понять.
В. Филатов. «С годами мы поймём
траву и землянику».
- ... Может быть потому и хотим мы
Свободы безумства и света,
Что жалким мгновеньем
Пред вечностью жизнь нам дана.
1989 г. В. Филатов.
- + + + Ах, какое с небес сияние!
Всё напитано Божьим светом...
Даже кажется - нет расстояния
Между этим и ТЕМ светом...
Что мне ваши страсти - мордасти,
Да вдогонку ещё голоса,
Когда я, задыхаясь от счастья,
Так легко ухожу в небеса!
В. Филатов.
Что такое счастье, ветер?
Счастье это жить...
А еще повсюду вести
Добрые носить.
В.Филатов (с. 130)
(Из Дальневосточной тетради)
С.327 Из Дальневосточной тетради:
10. Говорят, что на счастье подкова,
Я нашел ее, счастья не ждя...
Над моей головой непутевой
Серебристые нити дождя.
«В октябре» (с. 209)
Будет осень качать перелески,
Будут листья лететь с дерев,
Будет ветер холодный и резкий,
Мне над крышей тянуть напев...
Ах, как печь моя жарко пылает!
В рыжих отблесках вся стена!
В синий сумрак печаль уплывает...
Прозимуем, а там и весна!
1980 г. В. Филатов. «В октябре.»
Сейчас, когда Поэта не стало, эти строки по - другому откликаются в моем сознании: возможно, в них слышится извинение за то, что его никто и никогда не прочтет, что труд его напрасен, что напрасны плоды его творчества; и хоть Поэт ни в чем не виноват - он хотел Лучшего - он не понят - Он склонится, как виноватый, Тихо ветками разведет ... За то, что к зиме не цветет.
Что еще нужно?! Чтобы его поняли, стихи прочли, напечатали - только лишь осталось зацвести зимой...
И как бы слышится: мне ничего не нужно было от вас, а только того, чтобы Вы выслушали меня, посочувствовали. Понимание и сочувствие отсутствуют в нашем
обществе, в сердцах людей. И вспоминаются слова одного героя из произведения Филатова, сказанные сегодня:
«У меня такое ощущение, что их просто нет в Природе...» Хотелось бы закончить словами Василия Шукшина:
Вот так пройдет человек по земле
без крика, без возгласов,-
поглядит на всё тут - и уйдёт.
А потом хватятся: Кто был-то!
Кто был!
Литература.
- Евангелие. Библия.
- Сборник стихов В.И. Филатова.
- М. Цветаева «Мой Пушкин». Лирика.
- А.С. Пушкин «К другу стихотворцу», Клеветникам России», «Евгений Онегин».
- М.Ю. Лермонтов. Лирика.
- Вл. Высоцкий. Сочинения в 2-х томах.
- Марина Влади «Владимир или Прерванный полёт» /объед. «Глобус», М. «Прогресс, 1989 г.»
Mapina Vladi «Vladimir ov le vor arrete» /Fayard/. Перевод M. Влади и Юлии Абдуловой/.
- Вл. Мегре «Анастасия» -1 кн.
«Звенящие кедры России» - II кн. «Пространство любви» - III кН.
- Вильям Шекспир. Сбор, сочинений, Фолио, Кристалл, 1996 г.
- Б. Ахмадулина. Лирика.
- Омар Хайям. Сбор, сочинений.
- Рой Медведев «Уроки времени».
- Вл. Солоухин «Нужно вернуть людям память»
«Черные доски»
«Время собирать камни» «Продолжение времени».
- Н.М. Карамзин. «История государства Российского».
- Н.Л. Некрасов. Поэма. «Мороз, красный нос».
- Василий Шукшин. Рассказы.
- Сергей Залыгин. «Герой в кирзовых сапогах».
- Б. Грибанов. «Человека победить нельзя».
- Федерико Гарсия Лорка. Лирика. /Перевод на укр. Миколы Лукаш./
- С. Есенин. «Письмо к женщине».
- Булат Окуджава. Песни.
- Игорь Тальков. Песни.
- Сб-к песен «Милые сердцу песни России».
- Э. Фокс «Нагорная проповедь». /Роман А. Толстого «Воскресенье»/.
- А. Солженицын «Архипелаг ГУЛАГ».
![](https://nsportal.ru/sites/default/files/2014/11/20/getimage_034.jpg)
По теме: методические разработки, презентации и конспекты
![](/sites/default/files/pictures/2012/03/27/picture-71539.jpg)
Выступление на тему " Героико-патриотическое воспитание на уроках русского языка и литературы" (Из опыта работы)
О проблеме героико-патриотического воспитания учащихся среднего звена.Воспитание патриотизма у школьников-одна из главных задач нашего дня. ...
![](/sites/default/files/pictures/2012/07/15/picture-96292.jpg)
методика работы с текстовой информацией на уроках русского языка и литературы
Данная работа представляет собой выступление на заседании методического объединения учителей русского языка и литературы. В работе рассматривается пошаговое обучение учеников 5-го класса анализу ...
![](/sites/default/files/pictures/2013/05/02/picture-250914-1367483305.jpg)
"Духовно-нравственное воспитание на уроках русского языка и литературы. Из опыта работы по теме самообразования"
Статья содержит материал по теме самообразования, цели, задачи, обоснование выбора темы, план работы...
![](/sites/default/files/pictures/2016/03/20/picture-290618-1458503704.jpg)
Доклад на тему: «Развитие познавательной активности на уроках русского языка и литературы» ( из опыта работы)
Перед современным образованием стоят сложные проблемы: с одной стороны, дать прочные знания, с другой стороны, научить применять эти знания на практике, развить инициативу, помочь проявить свои способ...
Методические рекомендации по формированию толерантных установок на уроках русского языка и литературы (из опыта работы учителя русского языка и литературы) Фархутдиновой Р.Н.
В современном мире актуальным становится развитие толерантных установок в обучении и воспитании детей. Формирование навыков толерантного поведения у учащихся может происходить за счёт гармонизации ...
![](/sites/default/files/pictures/2015/02/16/picture-594496-1424094368.jpg)
Обобщение опыта по теме «Инновационные формы работы на уроках русского языка и литературы в соответствии с требованиями ФГОС» (групповая форма работы на уроках).
Обобщение опыта по теме «Инновационные формы работы на уроках русского языка и литературы в соответствии с требованиями ФГОС» (групповая форма работы на уроках). Введение ФГОС ООО предполагает ис...
![](/sites/default/files/pictures/2019/10/29/picture-1181481-1572353651.jpg)
Выступление на тему "Применение структур сингапурского метода обучения на уроках русского языка и литературы" (из опыта работы)
Данная работа посвящена приёмам сингапурской технологии как активным методам, использеумым на уроках русского языка и литературы, благодаря которым у учащихся повышается интерес и уровень усвоения зна...
Комментарии
///
///
Валентин Филатов... Информация к размышлению...
Вот так пройдет человек по земле
без крика, без возгласов,-
поглядит на всё тут - и уйдёт.
А потом хватятся: Кто был-то!
Кто был!
///
///