В сборник входят избранные поэтические и прозаические работы разной тематики и проблематики, затрагивающие вопросы, которые волнуют современных подростков: семья, школа, любовь, дружба, война, нюансы человеческих взаимоотношений, загадки собственной личности.
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 86.42 КБ |
Избранное.
Сборник стихотворений и прозы.
Курская битва
Нет, мы никогда не забудем
О том, как тогда, в сорок третьем,
Миллионы людей и орудий
Начали бой на рассвете.
Всем казалось, что он длился вечность.
Так, наверно, оно и было…
Сорок девять дней – это много,
Это месяц и почти три недели…
Это был настоящий ад:
Взрывы, выстрелы и потери.
Солдат много погибло тогда,
И никто не хотел в это верить…
Но они не погибли напрасно:
Эта битва на Курской дуге
Послужила началом победы
Во Второй мировой войне.
И мы все сейчас благодарны
Тем, кто в те нелегкие дни
Мир от войск немецких спасали.
Вы – победы великой отцы.
Я уверена в том, что вы знали,
В чем жестокой войны этой смысл.
Только жаль, так никто и не понял –
Это точно не долгая жизнь…
***
Когда я думаю о нем,
Я вспоминаю виноград,
Я вспоминаю нас вдвоем,
Его горящий грустный взгляд.
И я должна была сказать
Хотя бы в тот последний день,
Что я люблю, люблю его
И не хочу его терять.
Но я молчала. Он молчал.
Луна сияла серебром,
А я боялась рассказать,
Что вечно думаю о нем…
Теперь в обиде на себя
Пытаюсь написать ему,
Что в мире он такой один,
Как сильно я его люблю.
Но не хватает слов и рифм,
И сердце в страхе замирает,
И пальцы по клавишам не попадают,
И кажется, что море – миф…
***
Поспи немного, а когда проснешься,
Глаза ты сразу же не открывай.
Ты насладись моментом пробужденья,
Между землей и небом полетай.
Представь себе картины неземные
И пенье соловья в лесу услышь.
Представь себе лицо любимой,
Которая сейчас так сладко спит…
Она ведь спит и видит яркий сон,
А в нем она вдвоем с тобой
Стоит у моря, слушает шум волн
И говорит: «Не уходи, постой».
Она же так боится пробужденья!
Во сне вы вместе, а вот наяву…
А наяву вы далеко ужасно.
Я ничего с этим поделать не могу.
Но можешь ты!
Представь лицо любимой,
Которая сейчас так сладко спит,
И прошепчи тихонько ее имя –
Она услышит, отблагодарит.
Ее лицо улыбкой озарилось –
Она услышала во сне вдруг голос твой
И прошептала: «Подожди, любимый,
Ведь очень скоро буду я с тобой».
И ты услышал голос ее тихий,
Увидел ее сонное лицо.
Открыл глаза, а в комнате пустынно
И одиноко. Нету никого…
Поспи еще немного, я прошу.
Обратно ляг, закрой глаза.
И ты увидишь в темноте все то,
Что видела сейчас во сне она.
А видела она во сне тебя,
Как вместе вы бродили по камням.
В ее душе все пахло и цвело.
Она светилась счастьем для тебя.
Себя, конечно же, ты не увидишь,
Зато почувствуешь тепло ее руки
И голос ее ласковый услышишь.
Ты знаешь, эти ее сны…
Она не просто спит и видит сны.
Во сне она летает над землей.
Во сне она всегда с тобой.
Во сне сбываются ее мечты.
Ты спишь?
Ну что ж, давно пора,
Ведь ты ее сейчас увидишь,
Почувствуешь тепло ее руки
И голос ее ласковый услышишь…
Пятнадцать лет
В пятнадцать лет так нужен папа,
Как никто и никогда.
В пятнадцать лет нужна поддержка
В тебя влюбленного отца.
В пятнадцать лет ты дышишь болью,
В пятнадцать хочешь полюбить,
В пятнадцать очень-очень нужно себя кому-то подарить.
В пятнадцать лет ты веришь в чудо,
В пятнадцать есть еще мечты,
В пятнадцать лет свои причуды,
И вы с пятнадцатью на «ты».
В пятнадцать ты еще в «разведке»,
В пятнадцать веришь всем и вся,
В пятнадцать может появиться еще заветная мечта.
В пятнадцать можно вдруг споткнуться,
А можно выбрать ровный путь.
В пятнадцать можешь в эту пропасть
Себя с обрыва ты столкнуть.
Пятнадцать - это очень много,
И в то же время ничего.
В пятнадцать, словно у порога беды иль счастья своего.
В пятнадцать лет никто не нужен,
И в то же время все нужны.
В пятнадцать лет ты очень счастлив,
Пятнадцать – возраст для любви.
В пятнадцать веришь в свои силы
Или считаешь, что их нет.
Пятнадцать лет словно край мира,
Где ты встречаешь свой рассвет.
В пятнадцать ты стучишься в дверь
И точно знаешь, что откроют.
Пятнадцать – не конец, поверь,
Пусть даже душу перероют.
До встречи
Я в первый раз почувствовала осень,
Ее унынье и очарованье.
Я в первый раз увидела сентябрь,
А впереди – снегов зимних мерцанье.
И в первый раз осознанно окинув
Деревья и людей печальным взглядом,
В своем блокноте быстро написала:
«До встречи через год, Сентябрь».
Сентябрь
А он уйдет, на миг не задержавшись.
От всех людей он гордо отвернется
И, в спину быстрым ветром подгоняем,
В ночную даль бесшумно унесется.
Ты рано ляжешь спать и не заметишь
Его задумчиво-печального заката,
И только ровно в полночь вдруг очнувшись,
Вокруг себя почувствуешь молчанье.
И ты поймешь, как сильно ты любила
Его лучей к лицу прикосновенья,
Его тепло, его дождливую прохладу,
И горько ты заплачешь от мученья.
Но он ушел.
И в городе пустынно.
Собачий холод кости пробирает.
Ты не кричишь, уже не плачешь –
Всё, забыли,
Ведь каждый год сентябрь наступает.
***
Порой мне кажется, что я – не просто я;
Порой мне кажется, что существует сто меня,
Что все они живут во мне одной
И все они распоряжаются моей судьбой.
У каждой из тех ста характер свой,
А все характеры их составляют мой.
И эти сто всегда готовы спор вести,
Чтобы меня по жизни воздуху легко нести,
И этот спор я слышу с детства, каждый день,
Ведь этим ста не может стать вдруг лень.
Они кричат, порой ругаются, дерутся,
Но это все лишь для того,
Чтоб мне случайно не споткнуться.
Я их люблю, они любят меня,
И мы живем все как одна семья.
Я ими дорожу,
Они – моя душа.
Они все очень разные.
Такая же и я.
***
Я хочу написать письмо,
Но не знаю, с чего начать.
Я хочу написать тебе,
Но не знаю, как рассказать,
Что тебя я давно люблю,
Что в чувствах своих поклялась,
Что ради тебя живу,
Что лишь для тебя пишу.
Я хочу написать письмо,
Я придумала кучу начал,
Но не знаю, что написать,
Чтобы ты до конца прочитал.
Я хочу написать письмо,
Но не знаю, как сделать так,
Чтоб оно зацепило тебя,
Чтобы очень тронуть тебя.
Я хочу написать письмо,
Но не знаю, получишь ли ты
Этот огромный конверт,
Нарисованные цветы.
Я просто хочу, чтобы ты
Всей душой полюбил меня,
Чтобы ты был всегда со мной –
Это все написала бы я…
Пером по бумаге
Оценки выставил он всем, кто отвечал.
А как же я? А я молчал…
Я думал о тебе, о том, что время вечно.
Я думал о судьбе, о жизни быстротечной.
И смысл жизни вдруг явился мне,
И мысли побежали в голове.
Они текли, струились по бумаге.
Перо в руке скрипело в тишине.
И образ твой стоял перед глазами,
И теплота любви согрела сердце мне.
А в классе было холодно и шумно,
И суетились все, кому не лень,
Но я не замечал их тел мельканья,
Не слышал голосов – я был в себе.
Я продолжал писать в своей тетрадке,
И всё написанное мной тогда
Я посвящал тебе, тебе, мой ангел.
Мельчайшей мысли слушалась рука.
И для меня остановилось время.
Весь мир вдруг оказался за стеклом,
А я все думал, думал о прекрасном
И по бумаге быстро вел пером.
Не знаю точно, сколько это длилось:
Минуту, две, а может полчаса.
Моим пером любовь руководила,
Ее приказов слушалась рука.
Не знаю, много ли испортил я бумаги.
О смысле жизни я писал тогда,
Но на листе осталось только это:
«Мой милый ангел, я люблю тебя»…
В окне.
Эта боль, эти слезы…
Где любовь и где розы?
Там одна темнота, очень пусто и сыро.
Там могила одна,
А в ней та, что любила.
А любила очень сильно и верно…
Тот, кто предал ее,
Поступил слишком скверно!
Он солгал ей, признавшись в любви…
А теперь посмотри, посмотри!
Что ты сделал!..
Убил ту одну,
Что тебе всю себя подарила!
Ты не знал, что ОНА не лгала!
Что она в самом деле любила!..
Обещал ты достать ей звезду,
Душу дьяволу дать, если нужно…
Все теперь позади.
Ты кричал: «Подожди!».
Ты молил, чтоб она все простила…
Но она все ж решила. Решила уйти,
Но пред смертью с улыбкой спросила:
«Что ты чувствуешь в миг, когда я умираю?
Сколько боли теперь я тебе причиняю?
А там боли нет, я тебя уверяю…
Клянусь я, что больше уже не заплачу!»
И, прыгнув в окно, она долго летела,
В глаза тебе все это время смотрела…
Ты понял, что ты ее очень любил
И именно этой любовью убил.
Ты знал, что она это все понимала
И только поэтому очень страдала.
Ты помнишь, как тихо она упорхнула,
Как тихо упала
И тихо шептала:
«Ничто мне не нужно, лишь только свобода»,
А ты простоял у окна того годы.
Всю жизнь и все чувства могиле той отдал…
«Она бы гордилась»,- ты тихо бормочешь,
И жизнь в эти годы вернуть ты ей хочешь.
Но вдруг понимаешь, что ты не посмеешь!
Убьешь ее снова – опять пожалеешь.
И вдруг лучик солнца тебе улыбнулся,
И ты словно после кошмара проснулся.
Она умерла, ничего не изменишь…
Вот только забыть ты ее не посмеешь!
Она – твоя жизнь, твоя совесть и счастье.
Она талисман твой, что на удачу.
И ты улыбнулся, в окно посмотрел
И, крикнув: «Я скоро!», за ней полетел.
Вы встретитесь скоро, и ты это знаешь.
Она ведь простит, это ты понимаешь.
И все эти годы у окна!
Ты их ненавидел до этого дня!
И только теперь ты точно знаешь,
Что никогда ее не потеряешь!
Посвящается погибшим героям бессмертной трагедии. Ромео и Джульетта, вы живы в наших сердцах.
Ромео и Джульетта
Еще один день при свете луны угасает.
Еще одна сказка мимо людей пролетает.
Еще одна ночь внушает страх.
Всего одно слово застыло на губах.
Им больше не жить на этом свете.
Ни слова не скажет Ромео Джульетте.
Но чудо, что чувства в сердца их вселило,
На свете осталось, и великая сила
Подарит другому Ромео любовь,
И будет он счастлив с Джульеттою вновь.
Никто никогда ни за что не узнает,
Кому жизнь подобное чувство подарит.
Но знают все точно, что эта любовь
Ни с чем не сравнится, ведь эту любовь
Другой человек будет в сердце хранить,
Другой Джульетте решит подарить.
Возможно, их семьи будут друзьями,
И дружба окрепнет только с годами.
Возможно, здесь будет счастливый конец,
И к алтарю Джульетту проводит отец.
И, если не прольется Меркуцио кровь,
Если Тибальта Ромео не убьет вновь,
Утром в четверг тело Джульетты
Не будет лежать бездыханное в склепе!
Ромео не выпьет смертельный яд,
Не подарит Джульетте последний свой взгляд!
Не прольется девушки этой кровь,
Их тела не найдут в пустом склепе вновь!
Это будет сказ со счастливым концом,
А слезы влюбленных заменят вином.
Новая сказка в сердца попадет,
Но и мимо прежней никто не пройдет.
Ведь подвиг сердец никто не забудет,
А урок двух влюбленных вечным будет.
И мы пронесем через века
Эти бессмертные слова,
И постараемся, чтобы однажды
Каждый любил, и, что очень важно,
Каждый гордился повестью этой,
Которой печальнее нету на свете.
Еще один день начинается вновь,
Чтоб другому Ромео внушить любовь.
Страха больше нет в моих глазах.
Миллион нежных слов на влюбленных губах.
Тому, кто изменил мою мечту.
Тому, кто мне приснился этой ночью.
Тому, кого я так люблю…
О том, что в жизни всякое возможно.
Что за странное состояние
Быть влюбленной в какой-то фильм.
Что-то новое, небывалое
Открывает мне этот мир.
Что-то теплое и прекрасное,
Что-то светлое вдалеке.
Это он на большом экране
Жмет по-дружески руку мне.
Когда вырасту, обязательно
Встречусь с ним я с глазу на глаз
И скажу ему обязательно:
«Я так долго мечтала о Вас».
Он поймет, улыбнется задумчиво,
Спросит: «Что же там у тебя?»,
И к тетради в руке моей бледной
Прикоснется его рука.
Он возьмет ее в руки так бережно,
Будто это ребенок его.
Прочитав ее, тихо, уверенно
Мне ответит: «Снимаем кино».
Да, так будет: сценарий понравится,
И мы сделаем этот фильм,
Прогремим на весь мир, и окажется,
Мы не можем расстаться с ним.
Да, не сможем! И мы не расстанемся!
Мы по жизни плечом к плечу
Прошагаем, державшись за руки.
Я верю в свою мечту…
Что за странное состояние
Быть влюбленной безумно в того,
Кто приснился тебе нечаянно,
И мечтать, что встретишь его…
Море.
Почему волнуется море?
Море волнует ветер.
Он своим мановеньем
Жизнь в море вдыхает.
Почему волнуется море...
Море волнуют люди.
Странные люди созданья –
Они с природою шутят.
Что же волнует море?..
Море волнуют мысли –
Мысли людей на пляже
И тех, кто еще в квартирах.
Почему волнуется море…
Море волнуют мысли – наши воспоминанья,
Наши мечты о море,
Наши о нем страданья.
Море своими волнами
Дань отдает этим мыслям –
Мыслям о шуме моря,
О солнце и камнях мыслям.
На вопрос: «Что волнует море?»
Люди много дадут ответов.
И все они будут правы,
Ведь море - душа планеты.
Лучший отец
Прошло немало лет с тех пор,
Как с мрачных и высоких гор,
Из-под земли или с небес
Пришел на землю этот Бес.
Он много дней среди людей
Искал пристанище одной
Любимой дочери своей.
И так бывало, что порой
От злости вырывался вой,
И бес, взлетая до небес,
Искал уже пустынный лес.
Он прятал там свое дитя.
Но годы шли, она росла
И красотой своей могла
Затмить весь свет, и лишь отца
Боялась, как огня, она.
Не человек, но и не зверь
Гордился дочерью своей,
Любил ее и поощрял, но одного не понимал:
Как может он дитя свое
Упрятать в мир, где про него
Такие вещи говорят
И ведьмы на кострах горят?
Он задавал этот вопрос
И сам давал себе ответ,
Что дочери его родной
Для жизни нужен солнца свет.
***
Прошло уже 17 лет.
Не стал короче беса век,
А дочь его давно была
Обычный смертный человек.
Она любила ветер, свет и пенье птиц…
И появился человек,
Который пал пред нею ниц…
Они встречались много раз
Вдали от посторонних глаз,
Но только этот человек
Не знал, что долог беса век.
Он ненавидел всех людей
За то, что для своих детей
Они готовы все отдать
И даже близкого предать.
Он знал, что дочь его была
Тому несчастному верна.
Он так любил свое дитя,
Хранил ее от всех и вся,
А тот несчастный для него
Угрозой смерти был всего.
***
За ним следил бес каждый день.
Ему однажды стало лень…
И так случилось, что несчастный
В лес не пришел в тот самый день.
А беса дочь его ждала,
По лесу по всему искала,
Но почему-то не нашла…
И весточку отцу послала.
«Любимый, милый мой отец,-
Писала девушка для беса.-
Тебя благодарю сейчас
За дом мой, «сделанный» из леса.
17 лет я здесь жила,
Любила солнца свет и ветер.
Но больше всех люблю тебя!
Ты мой отец, хоть ты и бес.
И было б так всю жизнь мою!
Но вот, в один прекрасный день
Забрел в мой лес один несчастный…
И стала жизнь моя прекрасной!
Не раз встречались мы, отец,
Когда ты был у себя в царстве,
Но в скором времени уже
Все снова стало так ужасно!
Он обещал ко мне прийти
И рассказать про мир людей,
Но обманул меня подлец!»
И свет очей ее погас…
Раздался очень громкий глас:
«Его найду и погублю
За дочь любимую мою!»
Спустился бес из-под небес,
Нашел тот дом, где жил несчастный,
Повел его на смерть в тот лес,
Где прятал дочь свою. Напрасно
Парень умолял, чтоб бес его в живых оставил.
Бес был спокоен, не кричал.
Он только словом проронился:
«Как ты посмел, глупец простой,
К моей дочурке не явиться?»
А парень лишь пожал плечами:
Мол, не успел, и что с того?
Бес обнял дочку на прощанье.
Несчастный захотел уйти.
Бес разозлился, улыбнулся,
Сказал парнишке: «Не глупи»
И развернулся, чтоб уйти.
Парнишка начал задыхаться,
А бес, махнув ему рукой,
Еще раз с дочкой попрощался
И удалился на покой.
И понял бес, что тех людей,
Что за детей предать готовы,
Ничем не лучше и он сам.
А доказал он это кровью.
***
Несчастный с девушкою той
Остались в том лесу навечно,
А бес в горах сейчас живет
Все с той же болью, но беспечно.
Вещий сон
Сонное утро. Город весь спит.
В комнате пусто и тихо ужасно.
Мысли бегут, и поток их бурлит,
Значит, мученья мои не напрасны.
Но этот миг одиночества минул,
Перед глазами одно лишь лицо.
Где бы еще раз увидеть, прикину…
Есть одно место! Наше бистро!
Почти каждый вечер, в четыре часа,
Пирожные, кофе, любимые книги,
Свободный английский, улыбка моя,
Ответный кивок и наши записки…
И снова: «Привет. Как дела? Как учеба?»
В ответ: «Все отлично, а у тебя?»
А дальше общенье на разные темы.
Не редки и шутки, а вскоре вопрос:
«А как у тебя успехи на личном?
Должно быть, ты давно не одна?»
И я отвечаю: «Да вроде отлично.-
И вдруг вырывается глупое «да»!
Он звонко смеется, а мне так неловко!..
А он тихо шепчет, что я – его мечта…
И тут я проснулась!
Уже почти три.
Я быстро оделась, в бистро побежала.
И тут вспоминаю слова про мечты…
А он снова шепчет: «Мечта моя – ты».
***
Я буду жить,
Пока нужна тебе.
Я буду жить,
Пока в твоей душе
Цветет любовь и сердце твое бьется.
Когда же этого не будет,
Тогда мне просто остается
Упасть бездыханно на пол,
Ведь тебе не нужна эта боль.
Я буду жить.
Пускай мой каждый вдох
Тебе приносит силы и надежды,
А с каждым выдохом пускай уходит боль
И пусть становится тебе легко на сердце.
Я буду жить.
О да, я буду жить!
И эта жизнь напрасною не будет.
И буду я тебя всю жизнь любить,
И никогда тебя я не забуду.
Портрет
Жарким июльским днем в один из музеев привезли очень ценную картину. Имя художника и возраст картины определить так и не смогли. Картина нуждалась в реставрации, поэтому ее повесили в мастерской. На серой стене в старой потертой раме висело великое произведение искусства.
Это был портрет. Портрет молодой женщины. Она стояла у окна и смотрела на заходящее солнце. Даже не на солнце, а сквозь него. Куда-то вдаль. В ее печальных задумчивых глазах отражался закат. На ее носу, наверное, самом идеальном носу в мире, робко сидели небольшие очки в позолоченной оправе.
Губы ее тронула тень улыбки. Задумчивой, проникающей глубоко в сердце. Из-за игры теней казалось, что она вот-вот заплачет, и никто не сможет ее успокоить. Черные, немного волнистые волосы отливали синевой. Ничем не сдерживаемые пряди падали на ее маленькие плечи. Тонкая шея была закрыта вязаным шарфом, который никак не подходил к легкому платью женщины. В одной руке она держала черную шелковую ленту а другой тянулась к волосам.
Вдруг ее лица коснулся луч солнца. Когда он подобрался к ее глазам, в них сверкнула слеза. Секунда... и эта слеза уже течет по щеке. Женщина грустно улыбалась и по-прежнему смотрела в никуда.
В этот момент в мастерскую вошел молодой человек. Его сразу же поразило лицо женщины, изображенной на портрете. Он подошел к картине и посмотрел ей в глаза. Когда в глазах женщины отразилось его лицо, луч солнца перескочил на стену и пополз дальше. В глазах женщины снова отражался закат. Слеза исчезла с ее лица, а улыбка стала мрачной. Жизнь сразу погасла в глазах парня. Он не видел ничего, кроме лица той загадочной женщины. В одном из углов рамы тускло сверкнула надпись «Истинное лицо любви».
Этюд
-Может, хватит играть в молчанку?
Ромул стояла в прихожей перед телефоном и слушала сообщение, которое оставил ее парень.
-Выброси из головы, Ром, - все кончено.
Ким обнял сестру. Ромул уткнулась лицом в его плечо. Футболка Кима намокла. Он крепче обнял сестру.
Через несколько секунд Ромул подняла лицо и, вытирая слезы, сказала:
-Ты прав, Ким: все и в правду кончено.
Ким ободряюще улыбнулся, и Ромул попыталась улыбнуться в ответ.
-Тебе нужно расслабиться: у тебя большая гонка сегодня.
Ромул серьезно на него посмотрела и спросила:
-Ким, как смогли родители так нас воспитать: тебя, такого умного и всегда правого, и меня, такую наивную маленькую дурочку, которая разбирается только в машинах?
Ким пожал плечами.
-Ром, наш отец профессиональный гонщик, а мать – кандидат наук. Ничего странного.
-Ты опять прав… Как говорит отец: мы заняли свои места на пьедестале.
-Если ты сейчас не перестанешь цитировать родителей, то на пьедестале вместо тебя будет стоять этот червяк Вурм.
Ким взял сестру за руку и пошел к двери. Ромул на ходу схватила рюкзак и ключи от машины.
* * *
Ромул и Ким сидели в кафе и ели пирожные. Ромул уже надела костюм, в котором обычно участвует в гонках. Ким настраивал сестру на победу.
-Главное, дай Вурму сначала вырваться вперед. Он расслабится, и тут ты его!..
-Кого «его»? Ты же не надеешься на победу своей сестры, Вайет?
Ромул обернулась. Перед ней стоял ее главный соперник – Кларк Вурм. Он играл с замком от комбинезона. Его длинные волосы, собранные в хвост, действовали Ромул на нервы. В руках Вурм держал шлем. Он определенно был новый: прежний Ромул разбила неделю назад, после полуфинала.
-Мечтаете о том, что получите кубок?
Вурм ухмыльнулся и поправил хвост. Ромул сжала вилку: она представила, как воткнет ее Вурму в руку.
-Мы только что представляли, каким будет твое лицо, когда Ромул первой пересечет финишную черту, червячок.
Последнее слово Ким выделил, и лицо Вурма налилось кровью.
-Скройся, Вайет, - огрызнулся Кларк.
-Только тогда, когда ты обойдешь меня по знаниям, Вурм!
-Договорились, Вайет! Я устрою тебе мастер-класс после гонки!
-Удачи на треке, Вурм.
Ромул не хотела вмешиваться. Просто иначе у ее брата были бы большие неприятности.
-Не разбрасывайся удачей, младшая Вайет, - она тебе очень пригодится.
Кларк еще раз поправил волосы, переложил шлем в другую руку и, бросив на Ромул и ее брата уничижительный взгляд, ушел.
-Если ты не сделаешь его, я сдам все твои кубки на металлолом!
Второй раз повторять не пришлось.
* * *
Ромул и Ким сидели в том же кафе. Ким снова уплетал пирожные. Ромул пила апельсиновый сок. Они весело разговаривали. На стуле рядом с Ромул стоял большой кубок. Иногда к ней подходили знакомые и поздравляли с победой.
-Так и быть, Ром, - я оставлю тебе твои награды!
Ромул улыбнулась.
Внезапно сияющее лицо Кима стало серьезным.
-Угадай, кто идет…
Ромул обернулась. К их столику направлялся Кларк.
-Чего тебе надо, червяк?
-Перестань язвить, Вайет! У меня дело к твоей сестре.
-Ну, раз так… Думаю, Ром даст тебе подержаться за кубок. На удачу.
-Скройся, Вайет!
Кларк посмотрел на Ромул. Он уже снял свой комбинезон в отличие от нее. Его волосы по-прежнему были собраны в хвост. В руках он держал свой шлем.
-Поздравляю с победой, младшая Вайет. Ты достойная дочь своего отца.
Ромул натянуто улыбнулась.
-Мы больше не соперники, Ромул, поэтому… давай встретимся как-нибудь?
-Я подумаю, Кларк. Спасибо.
Под столом Ким ударил сестру по ноге. Он грозно посмотрел на Ромул, явно намекая на то, что она должна согласиться. Ромул поддалась.
-А впрочем… это неплохая идея. Я бы с удовольствием встретилась с тобой.
-Тогда завтра?
-Договорились, но со мной будет Ким. Ты не против?
-O’K! Я заеду за тобой… за вами! В шесть.
Кларк улыбнулся и ушел. Ромул грозно посмотрела на брата.
-Какая тебе выгода от того, что мы встретимся? И зачем там быть тебе?
-Разбей ему сердце, Ромул.
-Никогда, Ким!
-Ну, хотя бы разик, Ром…
-Нет! Я больше не занимаюсь этим, Ким, и ты это прекрасно знаешь.
-Ну ради меня, Ромми … пожалуйста… всего разочек…
Ким хотел добавить еще что-то, но не успел.
-Кимми!
Ким обернулся. К нему спешила его девушка. Ее звали Тесс.
-А вот и кукла…
Ромул опустила глаза и зевнула, прикрыв рот ладонью.
Приблизившись к своему парню, Тесс ему улыбнулась. Ким хотел сказать ей что-то, но Ромул его опередила.
-Привет, Тесс! Ты откуда? С очередного съезда кукол Барби?
Тесс сделала вид, что удивлена остроумием Ромул.
-Ну, здравствуй. А что это стоит рядом с тобой, Ромул? Новый кубок? Или ты просто переплавила старые?
Ромул показала ей язык и отвернулась.
-Ким, что случилось с твоей сестрой?
-Ничего особенного, просто ее пригласил на свидание Кларк.
-Кларк? Кто это?
Ким вздохнул: Тесс забывала все, что было связано с его сестрой.
-Ты хотела сказать мне что-нибудь важное?
Тесс пожала плечами.
-Нет, ничего. Просто подошла поздороваться. Но раз ты занят…
Ким серьезно посмотрел на нее.
-Ладно… Поздравляю с победой, Ромул.
Тесс сердито взглянула на Ромул.
-Увидимся вечером, Кимми. До свиданья, Ромул…
Тесс круто развернулась на каблуках и ушла, высоко подняв голову. Они с Ромул никогда не ладили.
Ромул серьезно задумалась.
-Знаешь, Ким, я согласна. Я разобью Вурму сердце. Но с одним условием: если я сделаю это, ты бросишь свою куклу. Жизнь за жизнь!
Ромул развела руками. Ким сделал глубокий вдох.
-По рукам. Но если один из нас не выполняет свою часть договора, он угощает другого мороженым.
-Договорились, Кимми…
Ким замахнулся на сестру вилкой. Ромул сделала вид, что испугалась.
* * *
-Проснись, чемпионка.
Ромул сквозь сон услышала знакомый голос, но сначала не поняла, кто пытался ее разбудить.
-Ромми, вставай…
Этими словами ее обычно будила мама. Ромул с головой накрылась одеялом.
-Еще две минутки, мам…
Ромул зевнула и отвернулась к стенке.
-Хватит спать, Ром!
Ромул подскочила – ее будила не мама. Это был Ким.
-Какой сегодня день?..
-Суббота, Ром.
-Что было вчера?
-Финал. Ты приехала первой и…
-Гонку я помню! Что было вечером?
-Вы с родителями отпраздновали твою победу. Отмечали весь вечер и всю ночь. Это было ужасно!
-И ты… А что сделал ты?
-Я был у Тесс. Мы всю ночь провели вместе.
-Родители знают?
-Да, конечно!..
-Я имела в виду - ЕЕ родители, Ким!
-Им начихать: они уехали на какой-то курорт, проведут там все выходные и вообще…
Ромул повернулась к брату. Ким стоял у ее кровати, скрестив руки на груди. У него было серьезное лицо. Он внимательно смотрел на то место, где секунду назад была спина его сестры. Ромул посмотрела на брата, потом в окно.
-Который час, Ким?
-Четыре. Ровно. Я поэтому и пришел: ты чуть не проспала свидание с Кларком.
-О господи! Я никуда не пойду! Не сегодня! Сегодня… сегодня у меня… важная встреча! Да, точно! Встреча!
-Именно, Ром! И я уже нашел отличные вещи, которые можно надеть по такому случаю! И даже подобрал кое-что из косметики, поэтому ты просто обязана пойти!
Ромул снова легла, укрылась и отвернулась к стенке.
-Я обязательно скажу спасибо Тесс. Уверена, ей было нелегко. Еще бы! Помочь тебе собрать меня на «свидание»!
Ким удивился тому, как легко Ромул догадалась, что за него все сделала Тесс.
Ромул зевнула от всей души. После праздника, устроенного ее родителями прошлым вечером, ей хотелось одного – спать.
-Я сказал, вставай. Если ты не пойдешь, я расскажу Вурму о нашем споре.
Ким стянул с сестры одеяло.
-Так вот где моя футболка! А я ее уже год ищу…
Ромул попыталась найти одеяло, но оно лежало на полу. Она встала, чтобы его поднять. Как только Ромул сделала это, Ким подхватил ее, перекинул через плечо и отнес в ванную. Заперев там сестру, Ким оперся спиной на дверь и сказал:
-Будешь сидеть там, пока не примешь душ!
Ромул ударила кулаком в дверь и спросила:
-А если я не сделаю этого? Будешь меня держать здесь всю жизнь?
-Да хоть целую вечность!
-А если вдруг тебе приспичит? Что тогда?
-Что-нибудь придумаю. К соседям схожу! Тем более что мы их давно не видели. Чем не повод заскочить на чашку чая?
Ромул засмеялась.
-А если приспичит отцу? Или маме? Им ты тоже предложишь заглянуть к соседям?
Ким задумчиво почесал подбородок. Ромул всегда ловила его на подобных мелочах.
-Как-нибудь справимся, Ром. Ты лучше подумай, чем будешь питаться. Мылом? Но его надолго не хватит…
Ромул ударила кулаком в дверь и села на пол. За подколку Ким отомстил ей сполна. К тому же она не хотела кормить его мороженым только за то, что не встретилась с Кларком. Подобного проступка она не простила бы себе никогда.
* * *
Машина Кларка остановилась у дома Ромул ровно в шесть часов. Вурм посигналил несколько раз. Ромул вышла почти сразу. Она помахала Кларку рукой и легко сбежала по ступеням. Вурм открыл переднюю дверь машины и жестом предложил Ромул сесть. Она подошла к машине и остановилась – на сидении лежал шлем Кларка. Тот, в котором он участвовал в последней гонке. Кларк пожал плечами и переложил его на заднее сидение. Ромул села в машину и закрыла дверь.
-Это значит, что мы устроим гонку?
Кларк отрицательно покачал головой.
-Если я убрал шлем, значит, никаких гонок не будет. Я думал, ты знаешь подобные вещи. Ты все-таки профессиональная гонщица! Или я что-то путаю?
Ромул, смеясь, пожала плечами. Кларк сказал еще что-то. Ромул ответила. Пока они разговаривали, к машине подошел Ким.
-Я вижу, голубки уже нашли общий язык!
Ромул показала брату язык и указала на заднее сидение.
Кларк завел машину.
* * *
Кларк остановил машину у дома Ромул. На улице уже темнело. Ромул звонко смеялась. Ким с восторгом смотрел на сестру: она уже давно никого в себя не влюбляла, но до сих пор не потеряла навык. Ромул была весь вечер на высоте, и это только больше привлекало в ней Кларка.
Когда Ромул перестала смеяться и внимательно посмотрела на Вурма, Ким понял, что ему пора выходить. Он незаметно выскользнул из машины и направился к дому. Закрыв за собой входную дверь, Ким спрятался за занавеской и стал наблюдать за сестрой. Сзади к нему тихо подошла мама.
-Что делаем?
Ким приложил палец к губам.
-Т-ш-ш… ты можешь меня выдать. Там Ромул.
Ким осторожно отодвинул занавеску. Так, чтобы его не было видно.
-А вот это интересно…
Ким удивленно посмотрел на мать.
-Не отвлекайся, а то нас действительно заметят.
Эвилин спряталась за спину сына и немного опустила занавеску. Ким пожал плечами и продолжил шпионить за сестрой.
Ромул еще раз посмотрела на Вурма, потом - на свои колени и вздохнула:
-Ну, мне, пожалуй, пора…
Кларк пожал плечами:
-Пожалуй…
Он не хотел, чтобы она уходила. Ему так понравилось проводить с Ромул время, что он не хотел ее отпускать.
-Пожалуй…
Она улыбнулась ему и открыла дверь машины, чтобы выйти. Кларк остановил ее легким прикосновением руки. Ромул обернулась и почувствовала на своей щеке сухие от волнения губы Вурма. Она изящно выскочила из машины и быстрой красивой походкой направилась к своему дому. У самой двери она обернулась и, улыбнувшись Вурму в последний раз, захлопнула за собой дверь.
* * *
-И что это было?
Мать Ромул стояла, уперев руки в боки, и грозно смотрела на дочь. Ромул стояла у двери и улыбалась, довольная своими успехами.
-Поцелуй.
Эвилин отрицательно покачала головой.
-Я это уже поняла. С кем?
Ромул пожала плечами.
-С Вурмом.
Эвилин снова покачала головой.
-Я еще помню, как выглядит Кларк Вурм и кто он такой. А ты, судя по всему, забыла.
-Я тоже помню.
-Нет, не помнишь! Потому что целовалась с ним. На первом свидании. Ведь это именно первое свидание? Ты вообще представляешь, что будет с отцом, если он узнает?
Ромул развела руками. Эвилин обернулась – у нее за спиной стоял ее муж.
-Ты слышал наш разговор, да?
Джейсон кивнул.
-Ты злишься, да?
Он вопросительно посмотрел на жену:
-Почему я должен злиться?
Эвилин от удивления широко открыла глаза.
-Твоя дочь целуется со своим главным соперником, а ты даже не удивлен! Ты же говорил, что это неправильно, что это почти предательство, а теперь!..
Джейсон обнял жену за плечи и притянул к себе, не дав договорить. Затем задал дочери вопрос:
-С кем ты целовалась, Ромул?
-С Вурмом. И это даже нельзя назвать поцелуем. Он просто чмокнул меня на прощание, вот и все.
Джейсон улыбнулся жене.
-Вот видишь? Все в порядке. Это всего лишь Вурм. И сейчас нет никаких гонок, поэтому никакого предательства не было.
-Ты прав. Прости. Я просто забыла о вашем уговоре не называть человека по имени, если он для тебя ничего не значит.
Джейсон обнял Эвилин одной рукой и повел в комнату. До Кима и Ромул донеслись слова: «Между прочим, Кларк отличный парень. Я знаю его отца: они оба достойные люди».
Ким покачал головой, едва сдерживаясь от смеха.
-Как успехи с «отличным парнем»?
-Он почти готов. Будем брать тепленьким.
Ромул улыбнулась брату. Она уже видела разъяренное лицо Тесс, которую только что бросил Ким, и большую пиалу с клубничным мороженым.
* * *
-Эй, Ром! Выходи скорее! Твой молодой человек уже достал сигналить!
Ромул выбежала из дома и помахала Вурму рукой. Она явно преуспела в своей попытке влюбить Кларка в себя: они проводили вместе каждый вечер, а иногда даже целые дни и не собирались нарушать эту традицию. Каждый день Кларк приглашал Ромул куда-нибудь: в кино, кафе, на дискотеку или в картинную галерею – и нигде Ромул не было скучно. Машина Кларка как всегда стояла у тротуара, а ее владелец, тоже как всегда, выбивал по сигналу незамысловатый ритм, который слышала вся улица. Лицо Вурма было раскрашено в красный и белый цвета, а на шее висел красивый яркий шарф. Сегодня он пригласил Ромул на футбол. Краска на лице и шарф были символами их с Ромул любимой команды. На сидении рядом с Кларком лежала большая шапка все тех же красного и белого цветов, напоминающая шлем. На поднятом стекле было написано название команды. Шапка предназначалась Ромул.
Кларк открыл дверь машины и указал рукой на шапку. Ромул вскрикнула от радости.
-Я нигде ничего подобного не видела! Откуда она у тебя?
Кларк довольно улыбнулся:
-И не увидишь. Она сделана на заказ.
-Кларк Вурм, ты сумасшедший! Это стоит кучу денег! Ты, должно быть, потратил на нее всю свою награду…
Кларк взял в руки шапку, задумчиво покрутил ее на руке и ответил:
-Ну, не весь… За второе место организаторы все еще прилично платят. Даже сдача осталась…
Ромул села в машину и, отобрав у Вурма шапку, одела ее на голову.
-Ну, как тебе?
Она широко улыбнулась Вурму. С закрытыми глазами и ослепительной улыбкой Ромул вдруг напомнила Вурму довольную кошку, которая плотно пообедала и теперь нежилась на солнце.
-Мне кажется, что я сейчас услышу команду «старт» и вдавлю в пол педаль газа.
Кларк двумя руками взялся за руль и посмотрел на Ромул.
-Так чего ты ждешь? Старт!
Ромул рассмеялась, а Кларк нажал на педаль.
* * *
-Куда пойдем завтра?
Ромул, улыбаясь, смотрела на Вурма. Огромный красно-белый шлем все время падал ей на глаза, и ей приходилось держать его одной рукой. Кларк грустно покачал головой.
-Завтра мы никуда не пойдем. Я уезжаю на несколько дней. Может быть, даже на неделю…
Улыбка исчезла с лица Ромул.
-Куда?
-К отцу.
-С ним что-то случилось?
-Я узнаю это только завтра вечером. Не думаю, что случилось что-то плохое. По крайней мере, по голосу этого не было заметно.
-Расскажи мне о нем?
-Когда вернусь.
-Ты позвонишь мне?
Кларк внимательно на нее посмотрел. Было заметно, что он хочет сказать ей что-то, но не может решиться.
-Позвоню. Когда доеду. До встречи?
Ромул грустно ему улыбнулась и вышла из машины. Когда она была на середине дорожки, ведущей к дому, Ромул услышала голос Вурма.
-Ром, подожди!
Она обернулась и увидела перед собой Кларка. Он внимательно посмотрел ей в глаза и поцеловал. Ромул почувствовала, как улетает. Шапка снова упала ей на глаза. Ромул сняла ее и, держа в одной руке, обняла Кларка.
* * *
Ромул тихо вошла в дом, осторожно закрыла за собой дверь и остановилась. Она широко улыбалась. Не потому, что Кларк был влюблен в нее по уши. И не потому, что она почти выиграла пари. Ей просто было очень хорошо, и от этого она сияла.
Щеки Ромул пылали румянцем. Она представила лицо Кларка и, чуть не рассмеявшись от переполнившего ее чувства, прикрыла рот одной рукой. Простояв так несколько минут, Ромул сделала глубокий вдох и с силой выдохнула. Как хорошо, что все давно спят и никто не видит ее такой.
-Явилась? За ушами не запылилась?
Ромул чуть не вскрикнула от неожиданности. Ким стоял у окна, скрестив на груди руки и постукивая ногой по полу. Он был явно ею недоволен.
-Что сейчас произошло?
Ромул бросила на брата непонимающий взгляд.
-О чем ты?
Ким подошел к сестре и крепко взял ее за плечи.
-Что произошло сейчас на дорожке?
-Мы с Кларком ходили на футбол, потом посидели в кафе, и он, как воспитанный человек, довез меня до дома.
На лице Кима на какое-то мгновение проблеснуло выражение, которое Ромул прежде еще не видела.
-С кем?
-С Кларком… Ну, с Вурмом. А что? Что-то не так?
Ким опустил голову. Случилось то, чего он так боялся, когда заключал с Ромул пари. Она еще не потеряла навык влюблять в себя парней, но совсем разучилась не влюбляться сама.
Ким встряхнул головой и махнул на Ромул рукой.
-Ладно, иди спать… потом поговорим…
Ромул поцеловала брата в щеку и бесшумно направилась в свою комнату. Что-то подсказывало Киму, что это уже не простое пари.
* * *
Ромул сидела на высоком стуле, болтала ногами и гипнотизировала телефон. Перед ней на барной стойке, гордости ее отца, стоял большой стакан с апельсиновым соком. В нем были также зонтик и трубочка, которую Ромул крутила двумя пальцами. Стакан был наполовину пуст. Ромул ждала звонка.
Она отодвинула стакан и, положив руки на стол, опустила на них голову. Она задремала. Ее разбудил неожиданный телефонный звонок.
Ромул подняла трубку и сонным голосом сказала «Алло». В трубке раздался знакомый голос:
-Ром, привет! Это я, Кларк! Как дела? Еще не спишь?
Ромул соскочила со стула и радостно ответила:
-Скорее, уже не сплю! У меня все отлично. Ты как? Уже у отца?
-Да, уже около часа. Извини, что раньше не позвонил. Я был в шоке. Мой отец женится, представляешь?
Ромул подпрыгнула от радости.
-Как здорово! Поздравляю! Когда свадьба?
Кларк пожал плечами:
-Скоро. Еще не решили точно. Я тебе все расскажу, когда вернусь. То есть дня через три. Тут нужно кое-что сделать, отец сам не справится. Я позвоню тебе завтра. Ты не против?
Ромул замотала головой:
-Нет-нет! Я только за! Буду ждать твоего звонка.
-Тогда до связи?
-До связи…
Ромул положила трубку и грустно посмотрела на телефон. Ей почему-то хотелось, чтобы Кларк был сейчас рядом с ней. Почему она сама не знала. И от этого ей еще больше хотелось его увидеть.
* * *
- Ром. Ромул. Ром!
Ким стоял у телефона, прикрыв трубку одной рукой, и звал сестру. Через несколько секунд голос Ромул раздался в трубке, и Ким нажал на рычаг. Ромул улыбалась.
-Ты почему так долго трубку не брала? Не хотела со мной разговаривать?
Ромул замотала головой.
-Нет, конечно! Я читала журнал. Хочу купить кое-что для машины.
Кларк довольно кивнул.
-Теперь понятно. А я уже решил, что ты не ждешь моего звонка.
Ромул снова замотала головой. Кларк догадался об этом.
-У меня к тебе деловое предложение. Давай встретимся?
-Сейчас?
Кларк покачал головой.
-Если ты так настаиваешь, то можно и сейчас, но у меня есть идея получше. Как насчет послезавтра? Я возвращаюсь днем, а вечером можно прогуляться. Как тебе такая идея?
Ромул задумалась. Ей вспомнилась просьба Кима под любым предлогом взять его на следующее свидание с Вурмом.
-У меня есть идея еще лучше. Давай устроим двойное свидание? Мы с тобой вместе с Кимом и Тесс.
Теперь задумался Кларк.
-Я согласен! Как раз устрою твоему брату мастер класс. Обещал все-таки.
Ромул подпрыгнула от радости.
-Приезжай скорее! Буду ждать нашей встречи.
Кларк улыбнулся в трубку.
-Я тоже буду ждать.
Ромул нажала на рычаг и прикусила губу. Ким не мог просто так попроситься на свидание. У него была какая-то причина, причем причина веская. Но какая? Впервые в жизни Ромул не могла понять брата.
* * *
Ромул осторожно постучала в дверь. Ким вышел из своей комнаты и удивленно уставился на сестру.
-Мне нужно с тобой серьезно поговорить.
Ким пожал плечами.
-Ну, так говори.
Ромул покачала головой и затолкала брата обратно в комнату. Тихо закрыв за собой дверь и усадив Кима на кровать, Ромул упала на стул и тяжело вздохнула.
-Так о чем ты хотела поговорить?
-Ты просил взять тебя на следующее свидание с Кларком, помнишь?
Ким кивнул.
-Так вот, он согласился на двойное свидание. Я потом скажу тебе, куда мы пойдем. Послезавтра, когда мы уедем, ты возьмешь Тесс, и вы присоединитесь к нам.
Ромул закрыла глаза. Ким был удивлен тем, как она сказала ему об этом свидании. Слова сестры ему не понравились. Но еще больше ему не понравилось выражение ее лица. Лицо Ромул было очень бледным, а глаза - напуганными. Киму показалось, что он видел в них муку, причем очень сильную.
-Ромул, послушай: если ты не хочешь, чтобы я пошел, я не пойду. Сестра мне дороже любого пари.
Ромул с мольбой посмотрела на брата. Он никогда ничего подобного ей не говорил. Ким продолжил:
-Ты можешь отказаться от пари, Ром. Я же вижу, что ты чувствуешь.
Ромул бросила на Кима разъяренный взгляд.
-Я ничего не чувствую! Кларк мне никто! Я доведу дело до конца, слышишь? И мне плевать на последствия!
Ромул встала и вышла из комнаты, сильно хлопнув дверью. Она понимала, что Ким прав. Никогда прежде она не называла Кларка по имени, никогда прежде она не хотела так сильно быть рядом с ним. Но и отказаться она не могла – дело принципа.
* * *
Ромул сидела на большом старом бревне и смотрела, как Ким в нескольких метрах от нее ходил из стороны в сторону. Он говорил с Тесс и потому не мог сидеть рядом с сестрой и поддерживать ее своими вечными шутками, пока она ждала Кларка. Ромул боялась оставаться с ним наедине. Она чувствовала себя виноватой перед ним.
Ромул задумалась и не заметила, как к ней подошел Кларк. Он держал в руках шлем, тот самый, в котором он участвовал в последней гонке и который лежал когда-то на заднем сидении его автомобиля. Ромул удивленно посмотрела на него, а он, не спуская с нее глаз, медленно опустился на одно колено.
-Я слышал, что раньше некоторые правители коллекционировали головы поверженных противников. В общем, я хочу, чтобы этот шлем стоял на какой-нибудь полке в твоей комнате, в знак твоей победы надо мной.
Вурм протянул Ромул шлем. Она смотрела на Кларка широко открытыми глазами и не могла выдавить ничего кроме «Я». Кларк вопросительно на нее посмотрел.
-Ты удивлена, да?
Ромул смогла только кивнуть.
-Я не думал, что так удивлю тебя этим поступком…
-Я не думала, что ты сделаешь что-нибудь подобное…
Ромул улыбнулась и взяла шлем. Кларк сел с ней рядом.
-Как получилось, что главный гонщик в вашей семье ты?
Кларк сам не ожидал, что задаст подобный вопрос, но ему вдруг очень захотелось знать.
-А с чего ты взял, что именно я главный гонщик?
Кларк пожал плечами.
-С того, что твой отец ушел из гонок. Да и Кима давно не видно на треках.
Ромул скрестила руки на груди и серьезно посмотрела на Вурма.
-Никогда не говори, что мой отец ушел из гонок. Это то же самое, как если бы ты сказал, что он умер. Тот факт, что папа больше не участвует в гонках, еще не значит, что он их бросил. Он тренирует меня, воспитывает в Киме настоящего гонщика… В нашей семье только отец и не ушел из большого спорта. Карьеры моего деда, прадеда – да всех Вайетов! – заканчивались помолвкой и свадьбой, а отец после свадьбы вышел на новый уровень.
Ромул так увлеклась своим рассказом, что не заметила, как встала и перешла почти на крик. Она покраснела, ее волосы развевались на ветру. В одной руке она держала шлем Кларка и порой махала им. Кларк смотрел на нее, как зачарованный. Ким, услышав звонкий голос сестры и посмотрев на нее, долго не мог оторвать от нее глаз. Он даже забыл о Тесс, которая пыталась что-то ему сказать.
-А что с Кимом? Почему он больше не сидит за рулем в команде «Вайет»?
-Ким?..
Голос Ромул дрогнул. Она опустила глаза и села обратно на бревно.
-Он… Был финал. Вы с ним ехали бок о бок. На последнем круге, перед самым финишем что-то случилось с его машиной. Ким не справился с управлением и… врезался в ограждение…
Ромул вспомнила тот день в мельчайших подробностях, и слезы выступили у нее на глазах. Кларк тоже вспомнил тот день. Он видел аварию уже из-за финишной черты, но не знал, что было дальше. Ромул постаралась взять себя в руки и продолжила:
-Машина загорелась, но ее успели потушить. Она превратилась в груду металла. Кима вытащили оттуда… я видела его лицо… оно было в крови, а ноги …
Ромул уронила шлем и на секунду закрыла лицо руками. Кларк услышал, как она плачет. Через некоторое время Ромул перестала плакать и посмотрела на Вурма. Ее лицо было белым, как снег. Только глаза немного припухли от слез. В свете заходящего солнца она была очень красива, но эта красота пугала Кларка.
-Ким серьезно пострадал в той аварии: у него было сотрясение мозга, переломы обеих ног и нескольких ребер. Все лицо было изранено осколками стекла. Было еще что-то серьезное, но мне до сих пор не говорят подробностей. Я узнала только, что травмы были почти не совместимы с жизнью. Киму сделали несколько операций подряд. Потом он лежал в коме, а потом…
Ромул посмотрела на закат, и Кларк еще раз восхитился про себя ее красотой. Он заметил, как по ее бледному лицу ползла слеза, и захотел положить руки ей на плечи или сделать еще что-нибудь, только бы успокоить ее, но не решился. Вместо этого он сжал руки в кулаки и продолжил наблюдать за ней.
-Когда Ким пришел в себя, врачи только встревожились еще больше. Ким, конечно, справился с самым тяжелым периодом, но это еще не значило, что дальше будет легче. Ким… он… врачи говорили, что он уже не сможет ходить…
Ромул снова закрыла лицо руками. Сейчас она боялась тех событий не меньше, чем когда они происходили.
-Ким очень переживал, но снова встал на ноги. У него была цель – вернуться на место главного пилота команды «Вайет». Только он не знал… не знал…
Ромул вскочила и отбежала от Кларка, чтобы он не видел ее слез, не слышал, как она плачет…
Ким увидел, что произошло, и быстрыми шагами направился к сестре. Подойдя к Ромул, он крепко обнял ее за плечи и прижал к себе. Он всегда делал так, если нужно было ее успокоить.
-Ты снова вспомнила ту аварию?
Слова Кима звучали скорее как утверждение, чем вопрос. Ромул кивнула и уткнулась лицом в плечо брата. Ким почувствовал, как от ее слез намокла его рубашка.
-Хочешь поехать домой?
Ромул снова кивнула. Она злилась на себя за то, что не смогла сдержать слез, и только заплакала сильнее.
-Хочешь, я отвезу тебя?
Ким знал, что не сможет сесть за руль, но он должен был сказать что-нибудь.
-Ты… ты… Господи, Ким! Ты же не можешь!..
Ромул сильнее прижалась к брату. Ким погладил ее по спине.
-Я могу вызвать такси. Хочешь?
И на этот раз Ромул ответила кивком. Ким обнял ее одной рукой и повел к дороге.
-Я могу помочь чем-нибудь?
Кларк пытался загладить свою вину перед Ромул, но не смог придумать ничего, кроме этого дурацкого вопроса. Ким бросил на него рассерженный взгляд и отрицательно покачал головой.
Они уже почти дошли до дороги, когда Кларк набрался смелости спросить:
-Они запретили тебе ездить?
Ким посмотрел на него полными тоски и боли глазами и медленно, едва заметно кивнул. Кларк кивнул ему в ответ и пошел к своей машине, подобрав с земли свой шлем. Он был весь в пыли и мелких царапинах. В одном месте шлем даже треснул. Кларку эта трещина показалась символической.
* * *
Было уже далеко за полночь, а Ромул все еще не спала. Ей не давал покоя их с Кларком разговор. Она лежала на кровати, завернувшись в одеяло, смотрела в окно на ночное небо и думала о том, как ей теперь вести себя с ним. Пролежав так еще некоторое время, она встала с кровати и, все еще завернутая в одеяло, пошла в комнату Кима.
Ромул тихо вошла в комнату брата и, осторожно закрыв дверь, шепнула:
-Ким…
Ким не отозвался и только недовольно отвернулся к стенке. Ромул села на край его кровати и потрясла Кима рукой. Через несколько секунд он все-таки открыл глаза и удивленно посмотрел на сестру.
-Что случилось, Ром?
Ромул все еще была бледной. Было заметно, что она недавно плакала.
-Я чувствую себя виноватой в том, как закончился этот вечер, Ким… наше пари… теперь я поняла твои слова… я уже не уверена, смогу ли…
Ким сел на кровати и взял в свои руки руку сестры. Она была влажной и прохладной. Ким попытался ее согреть.
-Ты ни в чем не виновата, Ром. Я уже говорил тебе: если хочешь, мы расторгнем этот договор. Прямо сейчас. Хочешь?
Ромул покачала головой:
-Нет, не хочу. Я постараюсь довести дело до конца. Тем более что я не хочу кормить тебя мороженым!
Лицо Ромул озарила улыбка. Которая, впрочем, быстро исчезла.
-Может, нужно позвонить ему и извиниться? Да, позвонить. Прямо сейчас!
Ромул подскочила и потянулась к телефону. На этот раз улыбнулся Ким. Он покачал головой и ответил:
-Лучше не стоит. Не думаю, что Кларк правильно тебя поймет в три часа ночи.
Ромул вздохнула.
-Ты, пожалуй, прав…
Они просидели молча несколько минут, прежде чем Ким нарушил тишину.
-О чем думаешь?
Он очень хотел знать, что беспокоит его сестру именно сейчас. Во-первых, потому, что он хотел помочь ей, а во-вторых… А он и сам не знал, что во-вторых. Ему просто хотелось помочь.
-Я действительно должна извиниться. Ради пари.
Ким ласково ей улыбнулся:
-Ну ладно, как хочешь. Только одно сообщение!
Ромул схватила телефон и быстро написала смс. Через две минуты она уже получила отчет о доставке и с довольным лицом отложила телефон.
-Ну, как? Помогло?
Ромул широко ему улыбнулась и довольно кивнула.
-Помогло. Причем очень.
Она положила руки на колени, выпрямила спину, высоко подняла голову и сидела так, улыбаясь темноте. Ким внимательно наблюдал за сестрой. Пока что ничего нового он в ней не заметил.
Ночную тишину нарушил телефонный звонок. Ромул подскочила и схватила мобильник.
-Ром, это ты?
Звонил Кларк. Его голос немного дрожал, и Ромул показалось, что он совсем не спал этой ночью.
-Ты ни в чем не виновата. Это все я. Прости меня.
Ромул улыбнулась в трубку.
-Уже простила. Знаешь, я не могла уснуть – мучилась из-за этого дурацкого разговора.
Кларк тоже улыбнулся. У него была та же проблема.
-Встретимся завтра?
Ромул прикрыла трубку рукой и прошептала Киму просьбу Кларка. Ким закивал. Ромул вздохнула и грустно покачала головой.
-Я… мне нужно немного времени, понимаешь? Давай подождем пару дней. Я позвоню тебе. Или напишу.
Кларк не успел ничего ей ответить. Ромул положила трубку и села обратно на стул.
-Ты с ума сошла?
Ким вскочил с кровати от негодования. Он говорил шепотом, но Ромул казалось, что он кричал.
-Ты же любишь его, Ром! Так почему ты не встретишься с ним и не расскажешь ему все?
Ромул тоже встала и ответила:
-Что расскажу, Ким? Как мы с тобой поспорили? Что я должна была разбить ему сердце, а вместо этого влюбилась сама? Если я сделаю это, он возненавидит меня, Ким… возненавидит…
Ким попытался обнять сестру, но Ромул оттолкнула его и вышла из комнаты. Она уже думала о том, чтобы рассказать Кларку правду. Это был единственный выход, но и он вел в тупик.
Ромул вернулась в свою комнату, легла на кровать и снова устремила взгляд на звезды. Ей нужно было о многом подумать.
* * *
Ромул посмотрела на часы. Было уже семь. Она встала с кровати, нашла телефон и набрала давно заученный номер. Ответили не сразу. В трубке раздался сонный голос:
-Ты не звонила месяц. Не могла подождать еще час?
Голос принадлежал бывшему парню Ромул. Во всяком случае, она считала его таковым. В отличие от него самого. Последний месяц он заваливал ее сообщениями типа «Ромул, перестань», «Может быть, все-таки поговорим?» и т.д. Это он оставил ей сообщение, которое Ромул прослушала перед самым финалом. Ромул сделала глубокий вдох и на одном дыхании выпалила:
-Встретимся сегодня в пять в моем любимом кафе, - и бросила трубку.
Потом она набрала номер Кларка. Он сразу ответил. Видимо, он тоже не спал всю ночь. Ромул сделала глубокий вдох, выдохнула и сказала:
-Я подумала, Кларк. Давай встретимся сегодня в пять часов?
Кларк облегченно вздохнул.
-Конечно. Я приду. Где мне тебя ждать?
-В моем любимом кафе. Я должна многое тебе рассказать…
Кларк хотел ответить, но снова не успел. Ромул положила трубку раньше, чем до него дошел смысл ее слов.
Ромул села на пол. Она всю ночь думала об их с Кимом разговоре и решила, что он прав. Нужно рассказать Кларку все, пока кто-нибудь другой этого не сделал.
Ромул еще раз сделала глубокий вдох и пошла к Киму. Его уже не было в комнате. Он сидел в баре отца и мешал соки в большой бутылке. У него получилась густая жидкость какого-то странного цвета, напомнившего Ромул болото. Эту убийственную смесь Ким собирался опробовать на первом человеке, который попадется ему на глаза. Увидев Ромул, Ким плеснул загадочной жидкости в стакан и протянул его сестре.
-Ром, я решил разобраться, как эта… штука влияет на адекватных людей. Единственный адекватный человек в семье ты, поэтому выпей, пожалуйста.
Ким жалостливо посмотрел на сестру. Ромул засмеялась.
-Что это?
Ким замялся.
-Ну… рабочее название этой смеси «коктейль Вайета». Но я еще не знаю, как он действует.
-Тогда я не буду пить.
Ромул вытолкала брата из-за стойки и достала из холодильника большую коробку с апельсиновым соком.
-Не знаю, как отец пустил тебя сюда. Знаю только, что, если ты когда-нибудь станешь барменом, я не выпью ничего из того, что ты сделаешь своими руками.
Ким показал сестре язык. Ромул налила в стакан сока, бросила в него трубочку и села на высокий стул. Сделав несколько глотков, она посмотрела на Кима и сказала:
-Я назначила им встречу.
Ким, продолжая взбалтывать бутылку, спросил:
-Кому «им»?
-Кларку и Марвину.
Ким со стуком поставил бутылку на стол.
-Марвину? Это случайно не тот, который был Эштоном?
-Случайно он.
-Ты с ума сошла?
Ким сел рядом с сестрой.
-Что ты им скажешь?
-Порву с Марвином на глазах у Кларка. А что? Ты сам просил во всем ему признаться, а я не могу встречаться с одним, не разобравшись с другим.
-Только не говори, что оба будут ждать тебя в одно время и в одном месте.
-Поздно…
Ким взял в руки телефон.
-Кому ты звонишь?
-Тесс.
Ромул облегченно вздохнула, но сразу же подскочила – она боялась, что Ким позвонит Кларку или Марвину, но лучше они, чем Тесс.
-Я хочу, чтобы она пришла. Самому мне с тобой не справиться.
Ромул замахала руками.
-Не надо Тесс! Если хочешь, я сейчас же позвоню Марвину и порву с ним по телефону!
Ким отрицательно покачал головой.
-Мне плевать на Марвина. Я боюсь, что не смогу успокоить тебя, когда Вурм увидит тебя с ним, развернется и уйдет. А если учесть привычку твоего бывшего молчела лезть, куда не просят, я могу предположить, что Кларк уйдет не только с разбитым сердцем, но еще и униженный. Ему тоже понадобится помощь.
Но Ромул не переставала возражать.
-Но ведь Тесс разбирается только в моде! Как она сможет помочь? Она ведь даже в университет без тебя не смогла поступить!
Ким снова мотнул головой.
-Я наврал. Тесс поступила сама, без моей помощи. Я узнал, что мы учимся на одном факультете, только когда увидел ее в аудитории. Она лучшая ученица на курсе. Сама. И еще: иногда я списываю у нее контрольные, и она помогает мне с докладами.
Ромул села обратно на стул. Она сейчас узнала, что издевалась над хорошим человеком.
-Значит, Тесс не такая, какой себя показывает?
Ким кивнул.
-Ты привыкла видеть ее такой, и она решила не разрушать иллюзий.
Ромул подняла на брата непонимающий взгляд.
-Тогда почему ты согласился на мое условие?
Ким положил трубку.
-Помнишь, я сказал перед первой твоей встречей с Кларком, что провел у Тесс всю ночь?
Ромул кивнула.
-Мы проговорили все это время. Я рассказал ей о нашем пари, и она все поняла. Она сказала, что знает, какой я замечательный парень, но так и не поняла, какой я друг, и согласилась. Она сказал, что это даже к лучшему и что мы всегда сможем снова быть вместе. Она замечательная, Ромул. Жаль, что я не сказал тебе этого раньше.
Ромул встала и крепко обняла брата. Ким погладил ее по спине.
-Прости меня, Ким… я просто хотела, чтобы твоя девушка была лучшей. Оказывается, я пыталась тебя с такой девушкой разлучить…
-Да ладно. Все в порядке, Ром. Мы сами хороши. Нельзя было так поступать. И вообще… я еще вчера попросил Тесс, чтобы она приехала.
Ромул сделала вид, будто обиделась на брата. На самом деле она была рада тому, что Тесс будет поддерживать ее сегодня.
-Я боюсь, Ким. Вдруг что-нибудь пойдет не так?
Ким обнял сестру.
-На этот случай мы и будем рядом.
В дверь постучали.
-Можно я открою?
Ромул кивнула, и Ким вышел из комнаты. Через мгновение до Ромул донесся голос Тесс, а еще через несколько секунд появилась и она сама. Девушки обнялись как лучшие подруги. Тесс махнула Киму рукой, и он вышел из комнаты. Она усадила Ромул на стул, присела на корточки и посмотрела на нее с участливой улыбкой.
-Я начну с одной просьбы. Ромул. Ты не против?
Ромул мотнула головой и доверчиво посмотрела на Тесс.
-В таком случае вот что. Я уже сказала Киму и теперь скажу тебе: если твой брат еще хотя бы раз заставит тебя сделать что-либо подобное, я его убью. А тебя прошу сдать мне его, если он снова начнет выделываться.
Ромул с удовольствием кивнула. Время от времени сдавать брата было ее любимым занятием. Тесс довольно улыбнулась и, спрятав одну руку Ромул в своих ладонях, встала.
-Пора разобраться в сложившейся ситуации. Здесь нам не удастся нормально поговорить. Идем в комнату?
Ромул с готовностью встала и направилась в свою комнату. Когда она открыла дверь, ей стало немного стыдно – в комнате был жуткий беспорядок. Тесс довольно потерла руки. Это был ее любимые способ поговорить – делая что-либо вместе с собеседником, а не сидя на одном месте.
* * *
Описание Тесс должно стать единственным вмешательством автора в течение событий. Это будет не столько описание внешности, сколько описание характера и отношений с Кимом и Ромул.
Итак, внешне Тесс была типичной блондинкой, если так вообще можно выразиться. У нее были длинные шелковистые блестящие волосы, очень мягкие, всегда пахнущие какими-нибудь цветами и всегда красиво уложенные. На лице всегда был макияж. Одевалась Тесс стильно и со вкусом. Она всегда выглядела так, словно покупает одежду в самых дорогих и самых модных бутиках. Словом, Тесс выглядела как модель 24 часа в сутки.
Но она этого не очень хотела.
Тесс никогда не делала прическу в салоне. Она никогда не тратила больше пятнадцати минут на то, чтобы накраситься. В ее гардеробе было несколько дизайнерских вещей, которые она купила совершенно случайно и которые носила с самыми обычными вещами, купленными на самом обычном рынке.
Тесс несколько месяцев была поклонницей команды Вайет и ее главного пилота – Кима. Она не пропустила ни одной гонки, в которой он участвовал. Она была на трибуне и в день аварии. Тогда Тесс сидела недалеко от ограждения - как раз напротив того места, куда врезался Ким. Именно она вызвала скорую и спасателей, а когда на официальном сайте команды Вайет опубликовали информацию и состоянии Кима, первой предложила свою помощь: как моральную, так и материальную. Она знала, что лечение обойдется родителям Кима в кругленькую сумму. Тесс долгое время копила деньги и к тому времени собрала сумму, достаточную, чтобы оплатить половину лечения. Но отец Кима согласился принять только моральную помощь.
Тесс часто поддерживала Джейсона и Эвилин, пока Ким лежал в больнице. Не редко по их просьбе она ухаживала за Кимом.
Через несколько дней после того, как его выписали, Тесс позвонила Джейсону. Она хотела спросить, как себя чувствует Ким. Вместо того чтобы ответить самому, Джейсон дал трубку сыну, предварительно объяснив, кто такая Тесс и что она для них сделала. Через три минуты разговора Ким и Тесс уже договорились о встрече. Они сразу понравились друг другу. Не прошло и нескольких месяцев, как Ким предложил Тесс встречаться. Она с радостью приняла его предложение, и уже на следующий день Ким представил Тесс родителям, как свою безумно любимую девушку. Отношения у них были замечательными, а чувства – взаимными. Конечно же, они не редко ссорились, но очень быстро мирились. Причем первой прощения всегда просила Тесс. Даже если ее парень был неправ, она чувствовала себя виноватой. Ким это качество очень ценил и иногда пытался опередить Тесс и позвонить первым. Самое большее, что ему удавалось, - взять в руки телефон за секунду до звонка Тесс.
Конечно же, Ким познакомил со своей девушкой и сестру. Ромул никто не сказал, что Тесс сделала для их семьи, и она составила свое собственное мнение - тупая разукрашенная кукла – которое не скрывала. Тесс прекрасно понимала, как к ней относится сестра Кима, но сама ее уважала и хотела однажды с ней подружиться. А пока что предпочитала не менять мнение Ромул о себе.
Так прошло два года. Ким и Тесс любили друг друга. Они оба собирались поступать в университет, но не говорили друг другу в какой именно. В первый же день учебы оказалось, что университет они выбрали один и тот же и даже занимаются в одной группе.
Ким был рад этому. Он сказал, что Тесс поступила сама, только родителям. Ромул же снова ничего не сказали, и она решила, что дело было так: Ким помог Тесс сдать экзамены, Ким делал за Тесс задания, Ким писал за Тесс контрольные – словом, Ким учился за двоих, а Тесс служила украшением аудитории.
Ромул не нравилась внешность Тесс, уровень ее умственного развития, ее речь и поведение. Поэтому Ромул всячески пыталась разлучить Тесс с Кимом. Тесс это противостояние нравилось, а вот Кима оно убивало. Он находился между двух огней, и ему постоянно казалось, что он вот-вот разорвется на две части. Тесс видела это и понимала, что Ким чувствует. Но так же она понимала, что правду Ромул не примет, и старалась дальше держать ее в заблуждении.
Когда Ким рассказал Тесс о пари, она сразу поняла, зачем Ромул согласилась. Ее очень волновало счастье брата, а Тесс по ее мнению не могла сделать его счастливым. Тесс пообещала Киму помочь, если что-нибудь пойдет не так. И сдержала слово.
Когда Ким сказал Тесс, что его очень волнует состояние Ромул, Тесс дала ему несколько советов. А когда Ким позвонил ей в три часа ночи и сказал, что его подозрения оправдались, Тесс вызвалась приехать и поговорить с Ромул. Но только при условии, что сначала Ким расскажет сестре всю правду о ней. Ким согласился на условие, и рано утром Тесс уже мчалась к дому своего парня.
После продолжительной беседы Ромул и Тесс подружились. Ромул рассказала Тесс о своих чувствах, а Тесс в свою очередь предложила простой план: они с Кимом будут караулить у кафе, пока Ромул будет разговаривать с Кларком и Марвином, и в случае чего вмешаются в беседу. Ромул этот план одобрила.
* * *
Ромул сидела за столиком в кафе и смотрела по сторонам. Ей было интересно, кто придет первым - Маврин или Кларк – и страшно одновременно.
Первым на горизонте появился Маврин. Ромул не сразу узнала его – они не виделись около двух месяцев, и она успела забыть, как он выглядит. Ромул пришлось помахать ему рукой, чтобы он ее заметил. Маврин самодовольно улыбнулся и направился к ее столику. Он был уверен, что сейчас она начнет просить прощения.
Ромул серьезно посмотрела на своего бывшего парня. Он ухмыльнулся – лицо Ромул говорило ему, что он прав. Ромул закинула ногу на ногу и, скрестив на груди руки, холодно сказала:
-Вижу, ты очень собой доволен. Впрочем, как всегда. Думаешь, я упаду на колени и буду молить о прощении? Не дождешься. Я позвала тебя только для того, чтобы сказать: между нами все кончено. Я сказала это еще два месяца назад, но ты не поверил. Теперь я влюбилась, и могу это доказать…
Маврин перебил ее вопросом:
-Это он?
Ромул обернулась и увидела Кларка. Он стоял у нее за спиной и слышал почти все ее слова. Кларк был удивлен тем, что сейчас услышал. Он и не мечтал о том, что Ромул однажды ответит ему взаимностью.
Пока Ромул и Кларк смущенно смотрели друг на друга, у Маврина созрел план действий.
-Так вот как выглядит ваша очередная жертва, Ромул? Не думал, что вы так жестоки…
Ромул широко открыла глаза – как он мог узнать о пари? Кларк удивленно посмотрел на нее, потом - на Марвина.
-Что это значит, Ром?
Ромул встала, загораживая собой Марвина.
-Его слова не значат ничего. Главное, что…
Ее снова перебил Маврин:
-Главное, что она поспорила с братом, что разобьет тебе сердце. Мне интересно, Ром, чью жизнь ты попросила взамен?
-Что происходит, Ром? О чем он говорит? И вообще кто это?
Ромул открыла рот, чтобы ответить, но не успела. Ее опередил Маврин.
-А я тебе сейчас объясню, что происходит. Дело в том, что Ромул и ее брат частенько заключают пари. Обычно тема такая: Ромул разбивает кому-нибудь сердце, а Ким потом делает что-нибудь взамен. Я был одной из ее мишеней, но случайно узнал об этом, и решил сам разбить ей сердце. В результате мы стали встречаться.
Кларк побледнел.
-Я понял, Ром. Ты победила – ты разбила мне сердце. Теперь мне осталось только уйти.
Он развернулся и быстрыми шагами направился к выходу. Ромул попыталась его остановить.
-Кларк, подожди! Ты ведь слышал, что я сказала вначале! Я!.. я...
Кларк обернулся.
-Мой отец женится послезавтра. Я обещал его с тобой познакомить. Теперь придется ему солгать.
Ромул остановилась. По ее лицу текли слезы.
-Кларк, я…
-Можешь оставить себе шапку. Она мне не нужна.
Кларк вышел из кафе. Ромул обреченно поплелась к столику. Там ее ждал Маврин. Его лицо сияло от удовольствия.
Ромул со вздохом упала на стул. Она уже перестала плакать. Не хватало только, чтобы Маврин видел ее слезы.
-Откуда ты узнал о пари?
Голос Ромул немного дрожал, но был холодным. Маврин пожал плечами.
-А я не знал. Я сказал это просто так и, судя по твоей реакции, попал в яблочко.
Ромул встала из-за стола и вышла из кафе. На улице ее ждала Тесс. Увидев Ромул, она подошла к ней и участливо улыбнулась.
-Ну, как все прошло?
Ромул покачала головой, взяла Тесс за руку и пошла домой.
* * *
Ромул сидела на высоком стуле у барной стойки отца. Перед ней стоял стакан с соком, который она мешала трубочкой. За стойкой делала коктейли Тесс. Ким ходил из стороны в сторону с телефоном в руках и по очереди набирал два разных номера. Он пытался дозвониться Кларку, но пока что у него не получалось. Наконец, Ким положил телефон и плюхнулся на диван.
-Мы уже третий день не можем дозвониться! Его мобильник выключен, а у его отца стоит автоответчик!
Ромул выпустила из рук трубочку.
-Ты звонишь с моего телефона?
Ким выпрямился. Это были первые слова его сестры за эти три дня.
Ким покачал головой.
-Нет, я взял телефон Тесс.
Ромул вздохнула и снова взяла в руки трубочку. Ким задумался, а потом, сам того не ожидая, спросил:
-Ты думала, он поставил запрет?
Ромул кивнула.
-Я тоже так думал…
Ромул опустила голову. Эти три дня были для нее пыткой. Она пыталась не думать о Кларке, но каждая мысль приводила ее к нему.
Ромул встала и быстро вышла из комнаты. Ким удивленно посмотрел ей вслед.
-Как думаешь, куда это она?
Тесс пожала плечами.
-Не знаю. Она сама не своя все это время. Ее нужно отвлечь. Только как, я не знаю…
Тесс вышла из-за стойки с двумя стаканами в руках. Один она дала Киму и села рядом с ним. Ким сделал несколько глотков и вскочил.
-Я знаю, что нужно сделать!
Тесс недоверчиво на него посмотрела.
-И что же?
Ким покачал головой и сел обратно на диван.
-Сейчас сама все увидишь.
Едва Ким успел договорить, в комнате снова появилась Ромул. В руках она держала большой коричневый конверт. Положив его на стойку и сев на свое место, Ромул дрожащим голосом сказала:
-Весной я подала документы в университет, в котором вы учитесь. Несколько дней назад мне пришел ответ. Меня приняли.
Ким широко открыл глаза.
-А как же гонки? У команды не будет водителя, если ты уйдешь!
Ромул покачала головой.
-Я не уйду. Я просто возьму отпуск.
-А твоя последняя победа? Думаешь, после такого триумфа тебя отпустят? Ты должна принять участие хотя бы в одном турнире, иначе…
-Иначе я нарушу семейную традицию. Не беспокойся об этом. В августе будет еще один чемпионат. Я уже подала заявку.
Ким пристально посмотрел на сестру.
-Что ты задумала? Ромул, скажи мне, что ты хочешь сделать?
Ромул пожала плечами, встала и, забрав конверт, вышла из комнаты. Тесс хихикнула.
-И что я должна была увидеть?
Ким надулся и ответил:
-Я хотел предложить ей участие в этом чемпионате…
* * *
Ким и Тесс сидели за столиком в кафе и наблюдали, как Ромул разговаривала с главным механиком команды. Она уже надела костюм. Ее волосы были собраны в хвост на затылке. В руках Ромул держала шлем. У нее было серьезное лицо. Было видно, что она настроена только на победу.
Ким задумался и покачал головой. Это заметила Тесс.
-О чем ты думаешь?
Ким грустно на нее посмотрел.
-Уже месяц прошел, а она ни разу не заговорила о Кларке. Даже случайно его имя ни разу не произнесла. А как она готовилась к чемпионату? С утра до вечера была на треке. Несколько раз даже в гараже ночевала. Что с ней происходит?
Тесс вздохнула.
-Не понимаю, как ты не догадался…
-Не догадался о чем?
Тесс показала Киму список участников чемпионата. Вторым номером сразу под именем Ромул было написано имя Кларка Вурма. Ким чуть не упал со стула.
-Так вот что она задумала! Тесс, не спускай с нее глаз! Я сейчас вернусь - нужно предупредить отца, пока она что-нибудь не натворила.
* * *
Ромул летела по треку на максимальной скорости. Немного впереди маячила машина Кларка. Гонка длилась уже почти два часа, и все это время они по очереди дышали друг другу в спину.
Поворот, еще один и еще… за следующим – последний круг. Ромул вывернула руль. Она прошла этот поворот лучше Кларка и теперь ехала первой. С каждой секундой разрыв увеличивался. Снова поворот…
Вот уже впереди видна финишная черта. Кларк снова ее догнал, и они ехали бок о бок. До финиша осталось несколько метров. Внезапно Ромул повернула руль вправо, пропуская вперед Кларка. Она даже не подумала, что справа находится ограждение.
Ромул ударила ногой по тормозам. Ее машина завертелась как волчок и, несколько раз зацепив ограждение, остановилась.
* * *
Ромул лежала на кровати, смотрела в потолок и размышляла вслух. Со дня последней гонки прошло всего два дня, один из которых Ромул провела в больничной палате. Она почти не пострадала – получила несколько ушибов и шок. А вот машине пришлось несладко.
-Папа сказал, на ремонт уйдет несколько месяцев.
Ромул села на кровати.
-Так долго? Хотя, какая теперь разница… отец не разрешает читать статьи о той гонке. Наверно, про меня написали какую-нибудь гадость…
Постучали в дверь, и Ромул услышала голос брата.
-Ром, тебе тут звонят. Возьми трубку, пожалуйста.
Ромул встала и, приоткрыв немного дверь, протянула руку. Ким вложил трубку ей в руку и ретировался. Ромул села на кровать и поднесла трубку к уху.
-Алло.
Сначала она услышала какое-то шипение, а потом дрожащий, до боли знакомый голос.
-Здравствуй, Ром…
Звонил Кларк. В его голосе было что-то такое, что завораживало Ромул. После небольшой паузы она ответила:
-Здравствуй…
В трубке раздался облегченный вздох. Первые слова были самые трудные – Кларк боялся, что Ромул не захочет с ним разговаривать. Но она хотела и в следующий момент завалила его вопросами:
-Почему ты звонишь? Ты еще злишься на меня, ведь так? И твой отец, наверно, тоже. Он ведь дружит с моим отцом… как у тебя дела? И как закончилась гонка? Ты победил? И что пишут про мой поступок? Кто-нибудь знает, что я ухожу?..
Кларк еле слышно прошептал:
-Уходишь…
Ромул расслышала его слова.
-Да. Я опозорилась, подвела отца… А у команды снова нет водителя… постой, ты не удивлен?
-Это не телефонный разговор, Ром. Я сейчас приеду к тебе, и тогда поговорим.
Ромул пообещала его ждать и положила трубку. Она вышла из комнаты, размышляя о предстоящем разговоре. Она хотела спросить совета у Кима, но то, что она увидела в гостиной, заставило ее забыть обо всем.
В комнате было очень шумно. Громко играла музыка. Сквозь нее доносились голоса Кима и Тесс. Они увлеченно кричали друг другу что-то.
Ким сидел на полу возле дивана, сильно наклонившись вперед и уставившись в телевизор. На диване с ногами сидела Тесс. Она тоже, не отрываясь, смотрела в телевизор. Ромул внимательно рассмотрела их обоих. Они держали в руках джойстики от игровой приставки, а на полу стояла она сама. Ромул посмотрела на экран телевизора. Там, по широкой извилистой дороге, неслись два гоночных автомобиля. Ромул стало интересно, что же кричат Ким и Тесс, и выключила магнитофон. В этот самый момент Ким обгонял Тесс. Объезжая ее автомобиль, он закричал:
-Кыш, пернатая!
Тесс двинула его ногой по спине и ответила:
-И не мечтай!
Ромул засмеялась. На нее уставились четыре удивленных глаза. Ким нажал на паузу, и немного заикаясь от волнения, спросил:
-А-а-а т-ты чт-то здесь д-делаешь?
Ромул перестала смеяться и весело ответила:
-Я хотела поговорить. Но, как я понимаю, буду только мешать.
Ким покраснел.
-Видишь ли, Ром… после того, как мы с Тесс расстались, у нас появилось много свободного времени, и, чтобы как-то его занимать, мы купили вот эту вещь. Я теперь снова за рулем, Ром! Пусть даже и виртуальным.
Ромул улыбнулась брату. Ему давно пора было сделать нечто подобное.
-Возможно, скоро у вас этого времени снова не будет. Он едет сюда. Хочет поговорить. Я не знаю, что мне делать, Ким! Не знаю…
Ромул закрыла лицо руками и упала на диван. Тесс обняла ее за плечи.
-Не плач, Ром. Не нужно.
Но Ромул не успокаивалась. Тогда Тесс решила ее отвлечь.
-Ким хочет тебе что-то рассказать, Ромул. О Кларке.
Ромул опустила руки и внимательно посмотрела на брата. Ким удивленно хлопал глазами. Чтобы как-то привести его в чувства, Тесс снова двинула Кима ногой по спине и сказала:
-Начиная с гонки. Ты разве забыл?
Ким понял, на что намекала Тесс. Он сел рядом с сестрой и начал свой рассказ:
-Думаю, тебе интересно, кто победил в последней гонке.
Ромул отрицательно покачала головой:
-Это сделал Кларк. Иначе быть не может.
На этот раз головой покачал Ким:
-Победил не Кларк. Я не помню, как зовут того парня. Да это и не важно! Важно то, что Кларк увидел, как ты врезалась, развернулся и помчался тебе на помощь. Это он вытащил тебя из машины, Ром. А потом поехал с нами в больницу. Пока ты спала, он разговаривал с нашим отцом. Не знаю, о чем именно они говорили. Знаю только, что отец предложил Кларку быть главным пилотом команды, пока ты будешь учиться. И Кларк согласился – после того, что он вытворил на треке, спонсоры разорвали с ним контракт.
Ромул хотела сказать что-то, но Ким жестом попросил ее помолчать.
-Так, о гонке я рассказал. А теперь самое главное…
Ким сделал глубокий вдох и продолжил:
-Я поговорил с Кларком. Я рассказал ему, как все было на самом деле. Сказал, что это полностью моя вина. Он простил тебя, Ром. Давно простил, еще до гонки. Просто он боялся сказать тебе об этом. Ведь он действительно любит тебя, Ром. И сейчас не он звонил первым. Мы договорились, что он приедет. Я решил позвонить ему и убедиться, что он выехал. А он попросил дать тебе трубку. Он хотел, чтобы ты узнала все от него, но его опередила Тесс…
Прежде чем Ким успел сказать еще что-то, раздался стук в дверь. Ромул вскочила с дивана и выбежала из комнаты. Она открыла дверь и увидела Кларка. Он стоял с опущенной вниз головой, беззвучно шевеля губами.
Ромул осторожно дотронулась рукой до его плеча. Кларк поднял голову и остановил взгляд на Ромул. Он уже давно не видел ее так близко. Они встретились глазами, и Ромул, немного покраснев, опустила взгляд. Кларк сжал руки в кулаки и севшим от волнения голосом произнес:
-Я люблю тебя, Ром. Прости, что не стал слушать тебя тогда…
Несколько минут они стояли молча, думая каждый о чем-то своем. Вдруг Кларка осенило. Он наклонился и осторожно поцеловал Ромул в щеку. Когда Кларк снова выпрямился, Ромул крепко его обняла и прошептала:
-Я тоже тебя люблю…
* * *
Ромул взяла в руки вазочку с мороженым, подняла ее до уровня глаз и покрутила:
-Как хорошо, что мы решили расплатиться мороженым!
Ким довольно кивнул:
-Я умею выбирать себе наказание!
Ромул улыбнулась:
-Не себе, а нам, Ким. Мы оба проштрафились.
Ромул взяла за руку сидевшего рядом Кларка и широко ему улыбнулась. Ким обнял Тесс и поцеловал ее в щеку. Тесс улыбнулась:
-Проштрафились вы, а наслаждаемся мы все. Я даже рада, что вы поспорили!
Кларк весело посмотрел на Ромул:
-А уж я-то как рад!
Ромул довольно кивнула.
-Еще бы! Нашел себе красивую умную девушку, интересную непыльную работу и не будешь рад? Предупреждаю, если будешь НЕ рад, я тебя убью.
Кларк открыл рот от удивления. Ромул хихикнула и вернулась к мороженому.
Кларк посмотрел на часы и вскочил.
-Ромул, мы опаздываем! Оставь мороженое, потом доешь! Побежали!
Ромул пожала плечами, съела последнюю ложку мороженого и, встав из-за стола, следом за Кларком пошла к выходу.
Тесс удивленно посмотрела на Кима.
-Куда это они?
-Ты разве не знаешь? У них совместные тренировки. Кларк уговорил Ром совместить учебу и гонки. Ромул согласилась. Теперь у команды «Вайет» два первых пилота.
Николь.
Часть первая. О герцоге.
Этот город вы не найдете ни на одной карте. О его существовании знают только те, кто там живет. Его название – Дэвиль.
Раньше здесь была небольшая деревушка, на месте которой впоследствии был построен город. В деревушке жила старая колдунья, славившаяся на всю округу своей силой. У колдуньи была молодая красивая дочь, которая, к сожалению, так навсегда и осталась молодой. Нет, она не была бессмертной. Она была убита в самом расцвете лет. Узнав имя преступника, колдунья поклялась убить первую девушку, которая родится в его семье.
Колдунья исчезла. Об убийстве забыли. А на месте деревни построили город.
В городе правил молодой могущественный герцог по имени Эдуард. Он был красивым, умным мужчиной; у него было все, чего он хотел. Кроме одного - у него не было дочери.
Несмотря на легенду о том, что первая девушка, родившаяся в его семье, погибнет от рук колдуньи, Эдуард безумно хотел иметь наследницу. Но сначала он должен был жениться. К выбору невесты герцог подошел очень серьезно. Он встретился с тысячами знатных девушек, но ни одна ему так и не понравилась.
Однажды Эдуард возвращался в свой замок после одной из подобных встреч. Он был в плохом расположении духа: девушка, с которой он познакомился сегодня, не подходила ему, несмотря на все свои достоинства. Но погода была замечательной, и настроение Эдуарда постепенно улучшилось. Карета неслась по дороге к замку. Мелькали деревья и дома, пели птицы, ярко светило солнце. Ничего не предвещало беды. Но вдруг птицы смолкли. В одну секунду небо было затянуто тучами. В землю, перед каретой ударила молния. Карета перевернулась…
Когда Эдуард пришел в себя и вылез из кареты, он увидел девушку необычайной красоты, без сознания лежавшую на земле. Эдуард привел ее в чувства, помог встать. Девушка смотрела на него грустными глазами. «Не сдавайся. Ищи. Николь», - разнесся над дорогой ее голос, и девушка исчезла.
***
Наши дни. У подножья скалы раскинулся небольшой красивый город. От мира его отделяет огромная пропасть, через которую переброшен широкий мост. С этого моста можно увидеть много замечательных вещей. Среди них церковь необычайной красоты, расположенная на главной площади, густой лес, окружающий городок. Отсюда можно наблюдать окрашенный в алый цвет закат и золотистый рассвет. А во время дождя видны лишь смутные очертания скалы и самое главное место в городе – замок. Многие годы ходили легенды о его хозяине. Говорили, что он был сумасшедшим и жестоким, но все точно знали, что почти всю свою жизнь он искал девушку по имени Николь. Также было известно, что он так и не женился. Больше сорока лет Эдуард провел в одной из башен замка, где и умер в одиночестве в возрасте семидесяти лет. С тех пор, в дождь, не раз видели его призрак на одной из пустынных улочек. Уже много лет он бродит по Дэвилю в поисках загадочной девушки…
Часть вторая. О девушке.
Ι
Именно этими словами закончилась статья «Легенды дьявольского города». Именно эти строки принесла в редакцию местной газеты девушка по имени Николь Стэнфорд.
Ей 17 лет. Она живет в небольшом городке у подножья скалы. Из окна ее комнаты виден старинный замок, в одной из башен которого каждую ночь горит свет.
Все 17 лет ее жизни этот свет манит Николь. Все 17 лет она ищет ответ на вопрос: как она связана с этим замком?
ΙΙ
Вернемся на неделю назад - в тот день, когда Николь твердо решила как можно больше узнать о замке и его таинственном хозяине.
Этот день она провела в редакции газеты со своим отцом. Приносили новые статьи, кто-то кричал: «Сенсация!» и размахивал небольшой стопкой фотографий, но ничего стоящего в этом не было. Приближалась гроза. Закрывались магазины, останавливался транспорт, люди спешили укрыться дома. Отец отправил Николь домой и не столько попросил, сколько приказал бежать как можно быстрее и, вернувшись, первым делом позвонить ему. Николь пожала плечами, но возражать не стала. В глазах отца она четко видела страх и тревогу.
Девушка вышла из редакции и побежала домой. Начал накрапывать дождь. Где-то вдалеке сверкнула молния. Со стороны замка донесся оглушительный раскат грома. Николь бежала изо всех сил. Она боялась столкнуться с призраком герцога, который якобы бродит по улицам города в такую погоду. Нет, Николь не боялась призрака. Она боялась, что она и есть та девушка, которую ищет герцог.
Николь бежала по улице, смахивая с лица капли дождя и слезы отчаяния. Она знала, что буря настигнет ее на одной из улиц в самый неподходящий момент. Дождь начал срываться сильнее. Ослепительно полыхнула молния. На другом конце улицы Николь увидела человека. Это был мужчина. Он шел навстречу Николь. Заметив девушку, он протянул вперед руку и произнес: «Я нашел тебя. Помоги мне». «Что я должна сделать?» - спросила Николь севшим от страха голосом. Мужчина указал в сторону замка. Над скалой еще раз сверкнула молния, словно привлекая внимание девушки. Николь перевела взгляд с призрака на замок. Когда она снова повернулась, мужчины уже не было. Сильный порыв ветра едва не сбил девушку с ног. «Николь…»- донесся до ее слуха чей-то голос.
Часть третья. О путешествии.
Ι
Следующую неделю Николь провела в библиотеке. Она искала информацию о человеке, которого видела в грозу. В старых архивах оказался его портрет. Имя человека Николь не удивило. Она искала герцога Эдуарда. Николь удалось найти подробную карту замка и ключи. Она продумала несколько путей, по которым можно быстро и без серьезных проблем добраться до той самой башни, огни которой так часто тревожили ее сон.
Уже через неделю Николь была полностью готова к путешествию. Осталось только дождаться подходящего момента, чтобы отправится в путь. Этот момент настал, когда в газете появилась ее статья о призраке.
Под видом похода Николь попросила отца отпустить ее на несколько дней в лес. Через сорок минут споров он сломался и дал добро на поход, но при условии, что Николь возьмет телефон и будет звонить каждый вечер. Пообещав отцу позвонить, как только стемнеет, девушка побежала в сторону скалы.
Николь пересекла несколько улиц и оказалась у начала узкой тропы, которая вела через лес к скале. Сжав руки в кулаки, она сделала несколько шагов и остановилась. Темнело. Где-то в глубине леса ухнула сова. Николь решила найти небольшую поляну, чтобы переждать ночь. Через несколько минут подходящая полянка была обнаружена. Николь установила палатку, развела маленький костерок и, завернувшись в одеяло, которое предусмотрительно взяла с собой, уснула. Во сне она не видела ничего. Разве что чей-то голос тихо звал ее на помощь и просил поторопиться.
Проснулась Николь до рассвета. Воздух был прохладным и свежим, хотелось спать. Не обращая внимания на подобные вещи, девушка перехватила пару бутербродов и отправилась дальше. По дороге она чуть не столкнулась с кучкой туристов, которым уже порядком надоело торчать в лесу. Пару раз Николь останавливалась, чтобы поесть и отдохнуть, и к вечеру добралась до подножья скалы. Здесь начиналась дорога, ведущая в замок. Она была вымощена булыжником и, по мнению девушки не тянула на свои века. Николь решила остановиться подальше от дороги, а утром, вооружившись новыми силами и страховкой, продолжить путь.
Ночь выдалась на редкость тихой и теплой, дул легкий ветерок. Над лесом угрюмо висела луна. Небо было ясным, без единого облачка. Яркими точками горели звезды. Где-то вдалеке пели туристы, распугивая всех лесных обитателей. Николь спала, почти не двигаясь, словно боялась спугнуть это спокойствие. В палатку заглянула луна. Ветер подул сильнее. В башне замка снова загорелся свет. Чья-то холодная рука потянулась к Николь. Печально завыли волки. Небо затянулось тучами. Николь резко встала. Ей приснился кошмар. Где-то совсем близко чей-то грубый голос рявкнул: «Не смей!»
ΙΙ
Заснуть снова Николь не смогла. Около шести часов утра она решила идти дальше. Небо снова было ясным. Пели птицы. Ярко светило солнце. Николь забросила за спину рюкзак и начала подниматься вверх по скале. Она медленно шла по дороге, думая о своем кошмаре. Николь все еще ощущала на себе холод тех рук. Он душил ее, мешал идти. Откуда-то доносился тихий скрежет, словно кто-то старательно, с огромными усилиями сжимал руки на ее горле. Несколько раз Николь едва сохраняла равновесие, чтобы не упасть. Она упорно шла к цели, мечтая о том, что найдет какой-то клад или узнает что-то особенное о себе или своих родителях.
К вечеру небо снова затянулось тучами, стало прохладно. Вот-вот должен был начаться дождь. До ворот замка оставалось несколько метров. Николь ускорила шаг. Она не хотела провести там ночь, но еще больше не желала остаться под дождем. Спустя несколько минут Николь вставила ключ в замок на воротах, и, повернув его несколько раз, вошла во двор.
Часть четвертая. О замке.
Ι
Двор перед замком был гораздо больше, чем Николь предполагала. Дорожки, ворота, фонтан – все было опутано травой. Вдоль дороги, ведущей к главному входу, росли высокие деревья. Начал накрапывать дождь, и Николь побежала к дверям. Она поднялась по широким мраморным ступеням и оказалась напротив парадного входа. Дубовая дверь была в несколько раз больше Николь. С ручек на девушку смотрели львиные морды. К ее удивлению на двери не было ни цепи с замком, ни простой замочной скважины. Николь осторожно толкнула дверь. Ничего не произошло. «Что ж, поищем другую дверь»,- пожала плечами девушка и развернулась, чтобы уйти. Но в этот момент дверь со скрипом открылась. Николь буркнула что-то себе под нос и, вооружившись фонариком, вошла.
Ее взору открылось удивительное зрелище: огромный зал, освещенный лунным светом, красный ковер, скрадывающий шаги. Окна были завешены шторами невероятных размеров такого же ярко-алого цвета. С потолка свисала хрустальная люстра с огарками свечей, вдоль стен стояли подсвечники. В самом центре зала находилась винтовая лестница с высокими ступенями. Справа и слева от двери Николь увидела еще две лестницы. Они были с низкими широкими ступеньками. Девушка взглянула на карту: винтовая лестница ведет прямо в ту башню, которая так манила Николь, широкие же ступени остальных лестниц составляли дорогу к огромным праздничным залам, кухне, столовой и спальням. Николь решила отложить визит в башню до утра и направилась в ближайшую спальню, чтобы впервые за эти несколько дней хорошенько выспаться на мягкой постели. Она направилась к правой лестнице. Ее ступени были скрыты мягкой ковровой дорожкой все того же алого цвета, к слову сказать, любимого цвета Эдуарда. Николь медленно поднималась наверх, разглядывая висевшие на стенах картины. Это были пейзажи, натюрморты, несколько портретов красивых девушек в скромных платьях. Через несколько пролетов Николь увидела первый портрет самого Эдуарда. На нем совсем еще ребенок Эдуард играет с маленькими золотыми шариками. На следующем портрете Эдуард, юноша, молодой, статный, красивый, с немного надменным лицом и гордо поднятой головой, держит в руке лук. На его плече висит колчан со стрелами уже привычного Николь алого цвета. Где-то вдалеке виднеется мишень, и три стрелы, немного надменные, как и юноша, гордо торчат в десятке. На третьей картине Эдуард, молодой красивый мужчина с грустными глазами и задумчивым лицом, танцует с девушкой в пышном платье. На секунду Николь показалось, что девушка вот-вот утонет в нем. На остальных портретах герцог пожимал кому-то руки, охотился, читал книги или просто сидел без дела. Но особенно Николь задела только одна картина. На ней Эдуард, мужчина лет тридцати, стоит рядом с совсем юной девушкой в бедном платье. Лицо девушки было грустным, а Эдуард сиял от счастья. Их руки тянулись друг к другу, и было заметно, что они едва сдерживаются, чтобы не слиться в поцелуе. Николь показалось, что она очень похожа на эту девушку: те же глаза, нос, губы…
Девушка продолжала идти по лестнице. Через несколько минут она добралась до спальни. Это была большая красивая комната с окнами невероятных размеров, которые были завешены шторами ярко алого цвета. На стенах висели картины. В основном портреты Эдуарда. На кровати горой лежали подушки. На них золотыми буквами была написана всего одна буква – «Э». Николь нырнула в кровать и уснула. Она даже не заметила, что из окон этой комнаты была видна самая высокая башня замка.
ΙΙ
Николь проснулась на рассвете, когда в комнату заглянули первые лучи солнца. Она ущипнула себя, не веря своим глазам – она на самом деле была во замке Эдуарда.
Николь подошла к окну и ахнула – весь Дэвиль был словно на ладони. Она увидела церковь, редакцию газеты, старую школу и свой дом. Город был окружен прочным кольцом леса. Внизу, похожие на муравьев, суетились люди. Каким-то невероятным образом Николь узнала отца, такого же маленького, как и все остальные. Он как всегда спешил в редакцию, держа в руках очередную порцию статей с пометкой «сенсация». Он спешил. Как всегда на минуту заскочил в кафе выпить, или скорее пролить на новые штаны, чашку горячего сладкого кофе. Затем махнул рукой своему помощнику, который выглядывал из окна его кабинета, и скрылся в редакции. Николь вздохнула и, захватив рюкзак, вышла из комнаты. Она бежала вниз по лестнице, жуя на ходу бутерброд. Она наслаждалась этим одиночеством. Спустя пару минут Николь вновь оказалась на первом этаже, в зале, из которого вели три лестницы. Девушка осмотрелась. При солнечном свете зал выглядел еще великолепнее. Ее в очередной раз удивила эта роскошь, в которой столько лет прожил Эдуард.
Николь засмеялась и побежала к винтовой лестнице. У первой ее ступени она немного передохнула и, посмотрев вверх, решила, что пробежать такое количество ступеней у нее не получится. Первое время Николь считала ступени, но где-то между 349 и 439 сбилась и бросила эту затею. Через 15 минут, когда у нее начала кружиться голова, Николь увидела небольшое окошко, в которое пробивался свет. Девушка решила в него заглянуть, но слишком поздно поняла свою ошибку. Из окна, которое находилось в нескольких сотнях метров над землей, были видны только скала и небо, и несколько тонких деревьев, которые умудрились вырасти на голых камнях. От высоты голова Николь закружилась сильнее. Девушка медленно пошла дальше, держась за стену. Николь не знала, как долго она поднималась, но когда она, наконец, увидела заветную дверь в потолке, девушка так устала, что не могла даже улыбнуться. Николь из последних сил толкнула дверь и забралась в башню.
Часть пятая. О колдунье.
Николь сидела на полу, свесив ноги и тяжело дыша. Она устала, хотела есть, но гордилась собой. Отдохнув, Николь решила осмотреться. Она была удивлена. К уже привычной для нее роскоши залов добавилась скромность и простота небольшой, но уютной коморки. Эта была маленькая комнатка с книжными шкафами, диваном и письменным столом, на котором стояла почти догоревшая свеча, единственный источник света в коморке. На стол из окна падал тонкий луч света. Николь открыла верхний ящик. В нем лежали какие-то документы и небольшой портрет в деревянной рамке. Это был портрет той самой девушки, с которой Эдуард изображен на одной из картин на лестнице. Николь еще раз огляделась. На диванчике лежало несколько подушек и теплый плед. Девушка присела, решив немного отдохнуть. Вдруг сильный порыв ветра ворвался в окно, сдув некоторые бумаги, лежавшие на столе. Чей-то голос, сухой, шипящий и почему-то знакомый Николь, произнес: «Вот мы и встретились».
Девушка огляделась. У шкафов никого не было. Рядом с камином тоже никто не стоял, и только бросив взгляд на стол, Николь увидела источник голоса. Это была невысокая, уже не молодая женщина с морщинистым лицом и глазами неприятно зеленого цвета. На ее плечах лежали редкие пряди седых, завивающихся волос. Она немного пригибалась, словно боялась кого-то. Николь невольно залезла подальше на диван, подгибая ноги. Ей было страшно. Когда женщина появилась в комнате, Николь вновь почувствовала те руки, которые душили ее по дороге к замку. «Ты боишься меня?» - вдруг с легкой усмешкой спросила женщина. Страх Николь только делал ее сильнее. Девушка хотела задать вопрос, но ее опередила старуха. «Я не тот человек, который может и должен тебе что-то объяснять», - сказала она, и вновь эти холодные руки потянулись к Николь. Девушку опутал страх. Она не могла пошевелиться. Николь почувствовала, что руки уже у ее шеи. Еще немного, и ее задушит страх. Руки старухи сомкнулись на шее девушки. Николь провалилась в пустоту.
Часть шестая. О кошмаре.
Когда руки старухи сомкнулись на шее Николь, она вдруг проснулась. В окно смотрело счастливое солнце, на улице пели птицы. Страх, опутавший девушку, начал рассеиваться. Николь жадно хватала ртом воздух. Она все еще чувствовала холод этих рук. Девушка глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Она чувствовала боль в ногах, словно на самом деле прошла ступени той самой винтовой лестницы. Во рту стоял привкус колбасы. Той самой колбасы, которая покрывала «лестничный» бутерброд. Николь подошла к зеркалу и едва не закричала – на ее шее остались следы тех костлявых ледяных рук. Девушка быстро оделась, взяла свою статью и побежала в редакцию. По радио передавали сообщение о надвигающейся грозе…
Часть седьмая. О страхах.
После встречи с загадочной девушкой, герцог начал искать особу по имени Николь. Но ее он не нашел. Вместо этого Эдуард встретил совсем юную, очень красивую девушку по имени Моник. Она жила со своей матерью в небольшом доме на окраине Дэвиля. Девушка была очень похожа на дочь старой колдуньи. Эдуард влюбился. Он предложил Моник поселиться в замке, и она согласилась. Через несколько месяцев они поженились. У них родился сын. С одной стороны Эдуард был огорчен, а с другой – счастлив. Он так хотел, чтобы у него была дочь, но в то же время он боялся, что ее найдет колдунья.
Шли годы. Мальчик рос. Он был смышленым, подвижным, очень походил на отца. Но Эдуарда не оставляла тревога. У него все еще могла родиться дочь. К тому же его сын уже был юношей и всерьез начал задумываться о собственной семье. Герцог попытался предотвратить опасность. Он решил, что если никто не будет ничего знать о его семье, то и колдунья тоже ничего не узнает. Для этого Эдуард спрятал жену и сына в церкви. С тех пор он не виделся и не говорил с ними. В городе же объявили об их гибели. Сам Эдуард попытался найти колдунью прежде, чем она найдет его семью. На это у него ушла вся жизнь.
Прошли годы. Эдуард умер, но его труды не были напрасными. Он смог сделать так, чтобы колдунья могла добраться до его внучки или правнучки только, если та окажется в коморке под крышей самой высокой башни замка.
Но колдунья воспользовалась этим: чтобы исполнить свою клятву, она каждый вечер зажигала свечу, стоявшую на письменном столе герцога. Этот свет должен был манить только одну девушку – правнучку Эдуарда.
Итак, сын Эдуарда женился и стал отцом: у него тоже родился сын, который также подарил своему отцу внука. Мальчик подрос, стал часто заглядывать в местную газетенку, и вскоре стал ее главным редактором. Как и его отец, он женился и ни на миг не забывал о легенде, которую заучил еще в детстве. И все было бы замечательно, но у него родилась дочь, прелестнейшая маленькая девочка. Ее назвали Николь. Она быстро росла, была очень красивой и веселой, но отец смотрел на нее с тревогой. Николь исполнилось 5 лет. Все было в порядке, ее жизни ничто не угрожало. Ее отец немного расслабился, но все равно запрещал думать о замке на скале. Запреты отца только делали любопытство девочки сильнее. Она уже не могла спокойно думать о замке и особенно о башне, в которой каждую ночь загорался свет. Между тем терпения колдунье не хватало, и она решила подослать к девушке «призрак» Эдуарда, который попросил бы ее о помощи. План сработал, и девушка отправилась в замок. Но что-то помешало колдунье ее убить, а сама девушка с тех пор больше никогда не пыталась вернуться в замок.
Часть восьмая. О будущем.
Николь начнет изучать историю Дэвиля и его первого правителя. Она проживет много счастливых лет назло колдунье. Старуха так и не сумеет добраться до нее. В семье Николь очень скоро забудут о проклятье. Только портреты на стенах замка будут напоминать о таинственной связи Николь с Эдуардом. Но скольких еще девушек колдунья сможет затянуть в подобную ловушку? Сколько девушек отправятся на помощь таинственному призраку? И сколько из них смогут выбраться из лап смерти живыми, несмотря ни на что?
Как Дед Мороз сделал себе помощников
Золотой циркуль
Почта
Щелкунчик
Новогодние гирлянды